Смерть в райском уголке - Эмили Салливан

— Вы же говорите по-гречески! — настойчиво воскликнул он, словно это могло что-то изменить.

— Да, но едва ли я говорю на нем свободно. К тому же это совсем другой алфавит, — ответила я, пытаясь оправдаться.

И все же я открыла конверт и вытащила письмо. Оно было не очень длинным, что радовало.

— Это от ее тети, — сказала я.

Понять это оказалось несложно, ведь в строке адресата было написано «любимой племяннице» или что-то вроде того.

— Впечатляет, — сухо отозвался мистер Дориан.

Я бросила на него раздраженный взгляд и продолжила читать. Но так как я понимала только отдельные слова, это не имело особого смысла. Добравшись до конца, я покачала головой.

— Нам нужно попросить кого-то еще взглянуть на письмо. Я могу позвать мистера Пападопулоса.

Мистер Дориан поморщился:

— Лучше не стоит.

— Но я могу сбегать за ним. Он наверняка не успел уйти далеко.

— Нам нужен кто-то, кто точно не сдаст нас полиции, — решительно заявил он.

Я сомневалась, что мистер Пападопулос так поступит, но мистер Дориан по какой-то причине явно был настроен против моего друга.

— Ладно.

— Кто-то из ваших детей…

— Нет. — Слово сорвалось с языка так резко, что мы оба одинаково удивились. — Мы не будем вмешивать их в расследование, — чуть более спокойно продолжила я.

Мистер Дориан склонил голову в знак согласия.

— Понял. Что насчет вашей экономки? — спросил он мгновение спустя. — Она обучена грамоте?

— Да, — язвительно ответила я, хотя, по правде говоря, не знала наверняка, насколько хорошо миссис Курис ею владела.

Мистер Дориан вскинул руки:

— Я просто не желал делать необоснованных предположений.

Мне не хотелось вмешивать миссис Курис в это дело, но выбора у нас не было.

— Ладно, — сказала я нехотя. — Но мы не скажем ей, откуда взяли письмо.

Мистер Дориан вскинул бровь:

— Вы ей не доверяете?

— Она точно не пойдет в полицию. Вот только… — Я замолкла и бросила взгляд на дверь, ведущую на кухню, а затем продолжила шепотом: — Миссис Курис любит посплетничать, что порой бывает весьма кстати. Но…

Я склонила голову набок, и мистер Дориан кивнул.

— Понятно. Я что-нибудь придумаю. — Он жестом указал в сторону дома. — После вас.

Я вошла на кухню как раз в тот момент, когда моя экономка вытащила из печи курицу.

— Миссис Курис, можно нам отвлечь вас на секунду?

Она оторвалась от своей работы и нахмурилась:

— Я как раз собиралась уходить.

— Мы не займем у вас много времени. Мистер Дориан хотел попросить вас помочь с переводом письма.

Она нахмурилась еще сильнее:

— Зачем?

Я подавила желание закатить глаза. Я забыла сообщить мистеру Дориану, что вдобавок к своей любви к сплетням моя экономка была еще и очень подозрительна.

— Я нашел его, — вмешался мистер Дориан. — И хотел бы вернуть законному владельцу.

Миссис Курис смерила его проницательным взглядом:

— Тогда почему бы не попросить миссис Нассо?

Мистер Дориан моргнул:

— У нее сегодня выходной.

Я безмолвно взмолилась Всевышнему, чтобы его слова оказались правдой, ведь миссис Курис почти наверняка знала правильный ответ. Пускай женщины были заклятыми врагами, но это не мешало им знать друг о друге абсолютно все.

Мгновение спустя ее губы изогнулись в улыбке.

— Так и есть.

Она откашлялась и протянула руку.

— Спасибо, — поблагодарила я и вложила письмо ей в ладонь.

Миссис Курис фыркнула и начала читать. Несколько мгновений спустя она покачала головой. Затем неодобрительно щелкнула языком. Мы с мистером Дорианом удивленно переглянулись.

— Отправитель просит денег. Нет, не просит, — поправила она саму себя. — Скорее ждет. Звучит так, будто это плата за молчание или что-то вроде того.

— Хотите сказать, это шантаж? — спросил мистер Дориан, а затем повернулся ко мне: — Вы же сказали, что оно от ее тети.

— Так и есть, — ответила миссис Курис и указала на первую строку. — Anipsia значит «племянница». — Она вновь щелкнула языком. — Но такое нельзя писать члену своей семьи.

Я поморщилась. И правда, весьма дурное поведение.

— Там есть что-то еще?

Миссис Курис замолкла, вновь пробежавшись взглядом по письму.

— Отправитель говорит, что не одобряет того, что делает ее племянница.

— И все же она не прочь взять у нее деньги за молчание, — буркнула я.

Миссис Курис пожала плечами и вернула мне письмо:

— Так и есть.

— Оно подписано? — спросил мистер Дориан, наклонившись рядом с моим плечом, чтобы самому взглянуть на письмо.

— Только «от твоей любящей тетушки», — ответила миссис Курис.

Я фыркнула, отбросив все приличия, а мистер Дориан что-то с отвращением пробормотал.

— Вы и правда считаете, что сможете найти законного владельца? — спросила у него экономка.

Он, казалось, погрузился глубоко в свои мысли и слепо пялился на нее до тех пор, пока я осторожно не толкнула его локтем в бок.

— Ах да, — выпалил он, пытаясь выиграть себе больше времени. — Я точно намерен попытаться, — добавил он с очаровательной улыбкой, которая, без сомнений, не раз помогала ему выпутаться из сложных ситуаций.

Как и следовало ожидать, с моей экономкой этот трюк не сработал.

— В таком случае желаю удачи, — хмуро сказала она. — Спокойной ночи.

Миссис Курис направилась к выходу, по пути бросив на меня многозначительный взгляд, и я поняла, что придется ответить за эту выходку завтрашним утром.

— Что ж, могло быть и хуже, — выдохнула я, когда экономка вышла из кухни.

Мистер Дориан не выглядел встревоженным.

— С чего тетушке — заботливой тетушке — шантажировать свою племянницу?

— Я понятия не имею, — ответила я и подошла к столу, на котором миссис Курис оставила поднос с запеченной курицей и рисом.

Неважно, что расследование находится в самом разгаре — мне все еще нужно выполнять свои материнские обязанности.

Мистер Дориан сцепил руки в замок за спиной и начал расхаживать вдоль стола.

— Чего именно не одобряла тетя Дафны? И сколько денег девушка должна была ей отправить? Может, Дафна продавала свое мыло, чтобы заработать?

Я надела фартук и начала нарезать буханку хлеба.

— Вы спрашиваете меня или просто рассуждаете вслух?

Мой вопрос прозвучал резче, чем я хотела, но, казалось, это привлекло его внимание. Мистер Дориан остановился и взглянул на меня.

— Простите. Это помогает мне думать. — Он похлопал себя по карманам и оглянулся. — Где мой пиджак?

Я глубоко втянула носом воздух. Меня бесконечно раздражало то, что меня постоянно спрашивали о местонахождении каких-то случайных вещей. Несмотря на то что я редко знала ответа на заданный вопрос, дети, а порой и сам Оливер, думали, будто в моей голове запечатлена точная карта дома вместе с полным списком всего, что