Особый прием Гурова - Алексей Макеев

– Ой, как вкусно пахнет!

Стоявший возле двери сержант при виде их застыл чуть ли не с открытым ртом.

– Варежку закрой! – буркнул ему Костя, и тот смутился.

Они пошли по пустому коридору, и Володя сказал Косте:

– Отведи его в ту допросную, что видео…

– Я понял, о чем ты, – кивнул ему Константин.

– И побудь с ним, а я к себе в кабинет за документами, – закончил свою фразу Никитин, а потом повернулся к эксперту и, пристально глядя тому в глаза, жестко проговорил: – Надеюсь, вы понимаете, что обо всем этом нужно молчать?

– И даже больше, чем вы, молодой человек, – невесело ответил тот. – И еще! Я подольше вас на свете прожил, но такого, как он, не встречал!

– Все в жизни когда-то бывает впервые, – буркнул Володя и отправился к себе в кабинет, чтобы забрать документы.

Усталость ощущалась все больше и больше, да и нервное напряжение, в котором он жил все последние дни, давало о себе знать, так что он чувствовал себя полной развалиной. Чтобы хоть чуть-чуть прийти в себя, плеснул в руку воды из чайника, протер лицо, похлопал себя по щекам и несколько раз глубоко вздохнул. Достав телефон, позвонил кому-то и сказал:

– Родион Кузьмич! Я за вами сейчас машину пришлю, чтобы вам самому не утруждаться. Вам снизу позвонят, и вы спуститесь.

Володя уже собирался выйти, когда в кабинет вбежал запыхавшийся эксперт и, тяжело дыша, протянул ему запаянные в фольгу таблетки:

– Вот! Выпейте одну! Как я понял, вы целый день ничего не ели, так что на голодный желудок это на вас подействует минут через десять. Вы будете полны сил и энергии, а голова – совершенно ясной.

– Последствия?

– Без! – кратко ответил эксперт. – Просто часов через пять отрубитесь, и все! Но если нужно будет подольше продержаться, примите вторую. Это не очень здорово, но вы человек молодой, крепкий, так что выдержите. А вот третью я вам категорически пить не рекомендую! Опасно!

– Спасибо! – сказал Никитин и принял таблетку, а остальные сунул в карман.

Узнав у дежурного, где та самая допросная, он пошел туда и в коридоре возле приоткрытой двери увидел Костю, который умудрялся одним глазом смотреть на задержанного, а вторым – высматривать его.

– Ты знаешь, это крепкий орешек! Он спокоен, как мамонт, и непробиваем, как скала. Намучаешься ты с ним! – шепнул он Никитину.

– Будем посмотреть, – ответил тот и протянул ему листок. – Отправь кого-нибудь вот за этим дедом. Родион Кузьмич Филимонов. Свидетель на вес золота, но человек непростой и с норовом, так что обходиться с ним надо максимально вежливо. А потом ты тут возле двери с ним посиди, поговори уважительно, а я, когда надо, его позову.

– Буду носиться, как с тухлым яйцом, – пообещал Костя.

Никитин же повел плечами, прочистил горло, глубоко вздохнул и, сопровождаемый шепотом Кости: «С богом, Володя!», шагнул в допросную. Он сел напротив Евгения и увидел, что тот действительно непробиваемо спокоен.

– Ну, Евгений Александрович! Давайте еще раз познакомимся. О вас я уже все знаю, а меня зовут Владимир Владимирович Никитин. Звание – капитан полиции, а прибыл я сюда, чтобы помочь местным коллегам разобраться с покушением на вашего отца и мэра города. Как я уже говорил, у меня накопилось к вам много вопросов, и я хотел бы получить на них ответы. Если вы не против, наша беседа будет зафиксирована с помощью аудио– и видеозаписи.

– Я не против, – согласился Евгений и поинтересовался: – Курить можно?

– Да, пожалуйста, – разрешил Володя, и Евгений, достав пачку красных «Мальборо», закурил.

– Вот здесь, – похлопал по пачке бумаги Никитин, – собраны отчеты работников, выполнявших мои распоряжения, и акты экспертизы. Я почти ничего из этого еще не смотрел, потому что и так представляю себе, что случилось. Я вам сейчас расскажу, как вижу это дело, а вы меня, если нужно, поправите.

– Я слушаю вас, – совершенно спокойно отозвался тот.

– Итак! Вам было семь лет, когда трагически погибла ваша мама. Отец прожил один пять лет и только потом женился. Вас же после смерти мамы забрали ее родители, вместе с которыми проживал и брат мамы, Валерий, геолог по профессии. Вы жили там до достижения вами восемнадцати лет, а потом ваш дядя разменял эту квартиру. Вы с ним стали жить в двухкомнатной, где мы вас и задержали, а ваша бабушка – в однокомнатной, потому что ваш дед давно умер. Вы оставили эту пожилую женщину без всякой поддержки, что ни вас, ни дядю никак не красит.

– Вы привезли меня сюда, чтобы поинтересоваться отношениями в нашей семье? – невинно поинтересовался Евгений.

– Нет, но, согласитесь, что данный факт характеризует вас не с самой лучшей стороны. Кстати, а почему ни вы, ни ваш дядя никогда не были женаты и даже длительных, серьезных романов не заводили?

– Вообще-то, на подобный вопрос люди обычно дают любопытствующему очень краткий, но исчерпывающий ответ, – невозмутимо заметил задержанный. – Но я, исключительно из уважения к вам, поясню: я не встретил вторую такую женщину, как моя мама, а дядя Лера просто холостяк по натуре, да и работа геолога крепости семейных уз не способствует. Чего же другим людям жизнь портить?

– Я понимаю, что ваш дядя постоянно находится в разъездах, но вы же могли время от времени навещать свою престарелую бабушку – она ведь вас вырастила. А вдруг ей ваша помощь может потребоваться?

– Она никогда не любила меня, соответственно, и я не люблю ее, – спокойно объяснил Евгений. – К тому же она здорова, как рота гренадеров. Более того, к ней ежедневно приходит социальный работник, который получает деньги за то, чтобы выслушивать ее воспоминания о былом величии и помогать по хозяйству, так что она ни в чем не нуждается. А в доме имеется телефон, и она в любую минуту может вызвать «Скорую помощь». – И заметил: – Нет, вы меня определенно пригласили для того, чтобы поговорить о личных отношениях в нашей семье.

– Нет, это так, реплика в сторону, – ответил Володя и продолжил: – У вас была хорошая, почти новая машина, но вы ее почему-то четыре месяца назад продали. Почему?

– Решил другую модель взять, – пожал плечами Евгений.

– Почему же за это время не купили? Или вас кинули при продаже?

– Ну, что вы? Покупатель расплатился со мной честь по чести. Все, как положено. Да вот только поехал я в банк, чтобы деньги на счет положить, на автобусе. Сел я, а «дипломат» рядом собой на пол ставил. Доехал до своей остановки – глядь, а «дипломата» и нет! Украли! Вообще-то, в нашем городе это редкость, а вот мне не повезло! Вот и остался я и без машины, и без денег, – развел руками Багров.

– Ни у кого ничего не крадут, а вот вы таким редким исключением оказались! Только не верю я вам! Никто у вас ничего не крал, и этим деньгам нашлось другое применение, – сказал Володя. – Они лежали, ждали своего часа и дождались. Вы обдумывали убийство Королева и своего отца, и они нужны были вам для того, чтобы оплатить услуги киллера.