Миг - и нет меня - Эдриан Маккинти

— Но у нас же ничего не вышло.

— Почему не вышло? Ведь ублюдка Финюкина-то вы пришили.

— Его пришил кто-то из своих, — сказал я.

— Ну, Лучик-то подал это совершенно иначе. По его выходит, что все сделали вы двое: ты и Скотчи. Это было круто, Майкл. Улет. И как вы только не боялись, что вас застрелят, тебя и его?! А я-то ничего не знал, просто сидел в машине и ждал. Впрочем, некоторые считают, что это самое трудное. Ждать — я имею в виду. Вы-то, по крайней мере, были чем-то заняты, хотя… уже небось к встрече с творцом готовились, а? Скажи, Майкл, а это точно «Гиннесс»? Вкус какой-то необычный. Да, кстати, я слышал, как ты отделал Лопату… Спасибо тебе. Огромное спасибо.

— Не стоит благодарности, — сказал я. Мне хотелось сменить тему, но ничего подходящего не приходило в голову, и Энди все сыпал и сыпал:

— А потом, я ведь только что вышел из больницы. Согласись, что для человека, который только что вышел из больницы, это было нешуточное дельце.

— Нешуточное, — согласился я.

— Ты действительно так думаешь? — спросил Энди взволнованно.

— Еще бы, — подтвердил я. — Ну а сейчас-то ты в порядке, паренек?

— Все о'кей, — сказал Энди и кивнул. — Меня могли выписать еще вчера, но врачи захотели подстраховаться.

— Ну а какие там были сиделочки? — спросил я и подмигнул. — Симпатичные?

— Не особенно. Впрочем, была там одна девчонка, с Ямайки, что ли… Я было решил, что дело выгорит, но она просто любезничала.

— Ну хоть телефончик-то ты у нее взял? — не отставал я.

— Нет, ни телефона, ни адреса. Слушай, Майкл, хочешь конфетку? — спросил он.

— Не откажусь. А это, случайно, не подарок?

— Премия за хорошую работу, — сказал Энди и ухмыльнулся.

Я позволил ему сходить за очередной пинтой пива и конфетами, за которые я авансом внес свои пять баксов, так что теперь вправе был рассчитывать на самое высокое качество. Иначе я, честное слово, устроил бы скандал.

Вскоре Энди вернулся. Из-за жары я перешел на лагер. На редкость скверное пойло, но шло оно куда легче «Гиннесса».

— А чем ты занимался потом? — спросил Энди, ставя передо мной кружку.

Я выбрал батончик с орехами, пару карамелек и нугу. И сунул их в рот разом.

— Что-что? — переспросил я.

— Что ты делал после этой заварушки?

— Ничего. Спал.

— Я бы так не смог, — покачал головой Энди. — Неужели ты правда спал?

— Точно тебе говорю: я поехал домой и завалился спать.

— Ну ты даешь! Я же говорю — спокойствия тебе не занимать!

— Спасибо.

— Нет, серьезно. На меня-то колотун напал. Знаешь, как меня трясло? Ты-то небось действовал на автопилоте, а я сидел и дрожал как заяц. А потом мне еще пришлось вести машину, это тоже было нечто… Кстати, как твоя рука? Скотчи сказал, тебя по глупости под пулю угораздило.

— Скотчи так сказал?

— Ну да, когда докладывал мистеру Уайту. Еще до того, как начался облом. Сначала он слушал спокойно, мистер Уайт то есть, ну а потом не выдержал. Слышал бы ты, как он орал на Скотчи…

— Что Скотчи говорил обо мне конкретно? — перебил я.

— Да в общем-то ничего особенного. Что-то насчет того, что Брюс, мол, специально полез под пули, чтобы заработать шрам, которым можно будет хвастаться перед девчонками, но я думаю, это он шутил. Точно — шутил.

— Ну что за сволочь этот Скотчи! — пробормотал я сквозь зубы. — Я был единственным, кто пытался хоть что-то сделать, пока он валялся на полу и думал, как бы не обделаться.

В этот момент на верху лестницы появился Лучик. Я кивнул ему в знак приветствия, и он сразу подошел ко мне. Лучик улыбался. Остатки его волос были подстрижены, вымыты и уложены особым образом, чтобы замаскировать плешь. Должно быть, подумал я, ему пришлось как следует постараться, чтобы привести себя в порядок после утренней заварушки. Впрочем, разнос, который устроил Лучику Темный, того, похоже, ни в малейшей степени не беспокоил, и я невольно задался вопросом, уж не обвел ли меня Энди вокруг пальца.

— Привет, Майкл, мне нужно с тобой поговорить, — сказал Лучик.

— Валяй, говори, — ответил я.

— Пойдем-ка лучше вон туда, — предложил он и подвел меня к стойке бара. — Это тебе, — сказал Лучик, вручая мне конверт.

Мне очень хотелось казаться невозмутимым, но я не сумел совладать с любопытством и открыл конверт. Там оказалось десять пятидесятидолларовых банкнот — почти вдвое больше, чем я зарабатывал в неделю (за вычетом налогов Темного).

— Это за что? — спросил я.

— За сегодняшнее утро. Если бы ты не попытался заговорить зубы этому ублюдку, нас всех бы арестовали. Или еще хуже — завалили. К счастью, тебе удалось убедить… нет, не его, а парней, которых он нанял, но этого оказалось достаточно. Словом, сегодня ты спас мою задницу, Майкл.

— Наши задницы.

— Да, наши.

— Что ж, спасибо, — сказал я.

— Здесь вообще-то немного…

— И тем не менее.

— Об операции докладывал Скотчи, но я рассказал Темному, что сделал ты, — многозначительно добавил Лучик.

— Да, я знаю. Энди тоже рассказал мне кое-что, — довольно злобно отозвался я.

— Но я постарался, чтобы Темный знал, как все было на самом деле, — прошептал Лучик и посмотрел на меня. Отчего-то в эти мгновения он мне показался каким-то странным, словно он все еще был немного не в себе. Что ж, немудрено после всего, что Лучик пережил утром. Зато теперь, подумалось мне, он не скоро отправится на операцию без тщательнейшей подготовки.

Я вдохнул идущий от его волос запах кондиционера и сказал:

— Хорошо, что ты замолвил за меня словечко. Спасибо тебе.

— Знаешь, Майкл, на самом деле мы с тобой очень похожи, и, сдается мне, тебя здесь недооценивают. Но пусть тебя это не беспокоит. Я-то знаю, что ты сделал сегодня для всех нас. В общем, можешь потратить эти деньги на удовольствия, ты это заслужил.

— Спасибо, — сказал я в третий или четвертый раз. — Пожалуй, так я и поступлю.

— Не стоит благодарности, Майкл. Право слово — не стоит.

— О'кей.

Мне казалось, что Лучик хочет сказать что-то еще, но он только кивнул и начал было подниматься обратно наверх. Я припустил за ним бегом.

— Еще одно, Лучик… Твою пушку мне пришлось выбросить. Как насчет того, чтобы вернуть мне мой револьвер?

Он посмотрел на меня и улыбнулся с таким видом, словно я проявил неслыханную предусмотрительность.

— Правильно, Майкл. Хорошо, что ты об этом подумал, — мне это и в голову не пришло. Разумеется, я верну тебе твою игрушку. А может, достать тебе что-то посерьезнее?