Алмазы французского графа - Татьяна Иванова

Еще подъезжая к дому, Анатолий увидел на стоянке знакомый Джип.

— Опять приперлись! — с раздражением подумал он. — Похоже, теперь от них не будет покоя.

Квыча, увидев его, проворно выскочил из машины.

— Привет, Толян! — и протянул руку Бережному.

— Привет! — сухо ответил ему Анатолий.

— Чего такой смурной, а?

— А с чего мне радоваться — то?

— Как, с чего? Ты ж теперь, как я понимаю, за хозяина остался?

— С чего ты взял?

— Ну, ты, Толян, даешь!

Бережной оставил без реплики это замечание Квычи.

— Ты, Толя, не крутись, как ужаленный, не советую. На это только время зря потеряешь. — Посерьезнев, сказал Квыча.

— Ты хочешь сказать, что вы теперь намерены взять меня в тиски?

— Не намерены, а уже взяли. И знаешь, зачем я к тебе приехал?

— Ну?

— Шеф велел, чтобы ты подогнал ему денежки, которые планировалось взять с Самохина.

— Я же сказал, что эти деньги передам! — воскликнул Анатолий раздраженно. — Чего меня у дома вылавливать?

— А к офису нам показываться не велено, так что ты, Толян, уж не обессудь!

— Деньги я передам только тогда, когда сниму со счета. А чтобы их снять, мне потребуется доверенность жены Самохина. А, чтобы она могла ее мне дать, необходимо ее согласие на дачу этой доверенности.

— Ну, я думаю, за этим дело не станет!

— Напрасно ты так думаешь! — вздохнул Анатолий.

— Что, с вдовушкой какие-то проблемы намечаются?

— Намечаются! Она, видишь ли, собирается, унаследовав долю Самохина, взяться за работу. С самой долей, тоже, кстати проблемы. Она не собирается ее уменьшать в нашу пользу.

— Во, артистка! — засмеялся Квыча. — Похоже ты, Толян, опять остаешься с носом! Ну, ничего, не горюй, друг! — иронично произнес Квыча, сделав издевательский акцент на слове "друг", и фамильярно похлопал Бережного по плечу. — Мы будем действовать по нашему плану, и, думаю, с вдовушкой договор пройдет послаженней, чем с ее покойным супругом!

— Угу, пройдет! — покачал головой Анатолий. — А если она окажется еще проблемней, ухлопаете, как и мужа?

— Сколько раз тебе говорить, что мы его не ухлопывали! — раздраженно воскликнул Квыча. — Да мы его еще даже пальцем тронуть не успели, не то, что ухлопать!

Анатолий недоверчиво взглянул на Квычу.

— Ну, че ты смотришь так? Че смотришь? — Не веришь? Да и черт с тобой! А насчет девки не беспокойся, припугнем ее пару раз, неопытную и дело с концом. Денежки будет приносить сама, и в положенный срок, между прочим!

Анатолий окинул своего собеседника неопределенным взглядом.

— Так, говоришь, время тебе потребуется на добычу денег? — продолжил разговор о волнующей теме, Квыча.

— Я тебе все сказал.

— Ладно, погоди минутку, не уходи, я сейчас шефу об этом сообщу, а там, как он скажет! — и Квыча принялся звонить по мобильноу.

Переговорив с абонентом, он отключил телефон, и взглянул на Анатолия.

— Не хочет шеф ждать! Вот так — то, Толя.

— Что, значит, не хочет? Разве он не понимает, что переоформление и все такое, вот так, на раз, два, не делается!

— Понимает! Но ждать не хочет! Говорит, чтобы ты нашу долю изъял из оборота, или из своего кармана вынул пока!

— Из оборота? Такую сумму за раз? Он, что…

— В общем, я все сказал. Шеф дает тебе еще три дня и баста. Так что, имей в виду, в воскресенье я к тебе за деньгами заеду.

Анатолий, открыл, было, рот, чтобы возразить, но вспомнив о мертвом Самохине, осекся.

— Так-то оно лучше будет! — напутственно сказал ему Квыча, и, повернувшись, отправился к своей машине.

Анатолий же отправился домой с невеселыми мыслями.

— Связался на свою голову, черт возьми! Что вот теперь делать? Хочешь, не хочешь, а надо платить, да и Коле Сомову теперь придется рассказать о бандюках. Что же ему соврать? Скажу, что наехали только что, то есть, сразу после Володиной Смерти.