Приват-танец мисс Марпл - Дарья Донцова

Нина схватила со столика чашку и разом ее опустошила.

– Ну а теперь представьте себя на нашем месте. Лидия ушла, мы сопли пустили. У Кати были еще свежи воспоминания о ее беспомощном состоянии, я вся от жалости вспотела. «Луч надежды» только организовался, Варсавина была первая, обратившаяся к нам. С одной стороны, мы, наивные маргаритки, желающие поддержать нуждающихся, с другой – пустая штанина, костыли, заштопанная кофта, древняя брошка, отказ от обеда и покупки харчей, одним словом, гордая нищета. Короче, мы не стали ждать, когда народ деньги присылать начнет, Катя отдала свои, позвонила Лидии и сообщила: «Мы собрали для вас средства». Та расплакалась и выслала нам номер расчетного счета немецкой фирмы, которая делает протезы. У нее в Москве есть представительство, издаются буклеты, солидная организация.

Нина замолчала.

– И вы перечислили деньги, – договорила я за Парамонову.

– Да, совершили глупость, – подтвердила она. – И некоторое время считали, что помогли прекрасному человеку. Потом решили узнать, как у нее дела, позвонили ей. К телефону подошел мужчина, который о Варсавиной даже не слышал, купил не так давно этот номер и пользуется им. Прекрасно помню, как, повесив трубку, я сказала Володе: «Вот странно. Мы ей деньги десятого числа перевели, а одиннадцатого телефон Лидии приобрел другой человек». Муж, еще более наивный, чем мы с Катюхой, выдвинул предположение: «Наверное, совсем у нее с деньгами кирдык, пришлось от мобильного отказаться». Я вздрогнула, неуютно вдруг стало. У такой женщины, как Лида, подумала, вообще не должно быть сотового, ведь за связь надо платить. Да и с кем Варсавиной беседовать? Она пять раз нам повторила: «Вынуждена к вам обратиться, потому что никого рядом нет, ни родных, ни друзей, я ни с кем не общаюсь, совершенно одинока». Смотрим мы друг на друга, и Катя говорит: «Она электронные письма отсылала, значит, Интернетом пользовалась…» Володя снова: «Вероятно, к приятелям пошла или к коллегам. Может, в интернет-салон заглянула». А я все одно и то же думаю: «Никого у нее нет, а в салоне платить надо».

– И как вы поступили? – заинтересовалась я.

– Нинуша, ты дома? – раздался из коридора знакомый голос. – Очень надо с тобой поговорить. Прямо сейчас.

Парамонова быстро встала.

– Дашенька, можете минуточку побыть одна?

– Конечно, – заверила я, – никуда не спешу.

Нина вышла за дверь, и до меня донесся ее вопрос:

– Что случилось? У меня клиент.

– Прости, прости, прости! – зачастила женщина, и я узнала характерные интонации Татьяны Федоровой. – Пожалуйста, если можешь! Я подло поступила!

– О чем ты? – разыграла удивление Нина.

Федорова разрыдалась.

– А ну пошли сюда, – приказала хозяйка, и все стихло.

Я встала, осторожно выглянула за дверь, потом на цыпочках подошла к соседней створке и, чуть-чуть потянув ее на себя, прижалась ухом к образовавшейся щели. Да, понимаю, подслушивать неприлично, но ведь я пытаюсь поймать маньяка, а на войне как на войне, иногда приходится забывать о хорошем воспитании. Сейчас тихий внутренний голос подсказал: «Дашенька, вдруг визит Тани как-то связан со смертью Илоны?»

– Перестань плакать, – попросила Нина.

– Не знаю, чего меня понесло, – всхлипнула Татьяна, – почему тебе при всех мерзостей наговорила в клубе. Навыдумывала про твоего любовника, сказала, что ты Диму не от Володи родила.

– Ах это… – засмеялась Нина. – Да ерунда! Я тоже хороша, начала цепляться к тебе, сомневаться в твоих профессиональных навыках.

– Не понимаю, что меня зажгло? Прямо в голове потемнело! – пожаловалась Федорова. – Такая злость невесть откуда поднялась. Сейчас от стыда сгораю. Мы же в хороших отношениях, ты знаешь, я совсем не агрессивный, не злой человек, и вдруг такое… Прости, если сможешь. Вот, возьми, тут в конверте двести тысяч. Обычно я в фонд по пятьдесят перевожу, а сейчас хочу больше дать. Ночью мне несчастная сестра приснилась, будто Оксана на меня с небес смотрит и расстраивается, что я так с тобой поступила. Умоляю, пожалуйста, забудь о моем хамстве!

– За деньги огромное спасибо. Ты нам регулярно помогаешь, мы знаем, ты милосердный человек, – заговорила Парамонова. – Я ничего дурного не помню, пролетело над головой и пропало. Но меня волнует твое состояние. Знаешь, почему я с тобой скандал затеяла, сорвалась? Проблем много: Дима отвратительно учится, вечно с нами ругается, выглядит хуже бомжа. У Володи с работой беда, люди не особенно рвутся гороскопы составлять, я ищу клиентов где могу. Ну, ты же понимаешь, каково это от людей зависеть – то они косяком идут, то никого. А у нас выплаты по кредиту за машину. Дима явно на хорошие баллы ЕГЭ на будущий год не сдаст, значит, готовьте, предки, сумму на платный вуз, иначе неразумное чадо в армию загремит. Меня денежный вопрос извел, постоянно думаю, как выкрутиться. Да, я могу взять сколько угодно денег у сестры мужа, но не хочу. Две недели назад позвонила женщина с телевидения и предложила поучаствовать в шоу. Оно рассчитано на полгода, надо давать во время программы советы участникам, стать экспертом. Канал, где действо затевается, кабельный, но все равно у него есть зрители. Я обрадовалась, подумала, помелькаю на экране, ко мне клиенты потянутся. И за съемки заплатят. Отправилась в студию, а там, оказывается, кастинг. Телевидение пригласило шесть психологов, из них выбирали одного эксперта. Меня не взяли. Понимаешь, в каком настроении я пошла на репетицию? Следовало дома остаться, но я не хотела всех подводить и рассчитывала слегка отвлечься. Вот и отвлеклась, обвинила тебя в непрофессионализме. Прости меня. Наверное, с тобой тоже какая-нибудь неприятность произошла, отсюда и скандал. Хочешь, поговорим об этом? Сейчас у меня человек, но если заглянешь через часок…

– Спасибо, Нинуша, но нет, – сдавленно произнесла Федорова, – сегодня не получится. Я, может, в среду забегу. Еще раз – прости.

Послышался шорох, я поняла, что владелица фитнес-клуба сейчас покинет комнату, и быстро вернулась назад.

Едва я плюхнулась в кресло, появилась хозяйка.

– Извините, Дашенька, приходила женщина, принесла деньги для фонда. Прекрасный человек, постоянно нам помогает. У нее случилась трагедия, сестру изнасиловали, а потом убили. Давно беда случилась, а рана до сих пор кровоточит. В память о ней она нам и помогает. Горе сделало ее милосердной. Я считаю, что хороших людей на свете больше, чем плохих, но, к сожалению, нет-нет да и встретится индивидуум, которого нельзя назвать человеком. Это выродки, как, например, Лидия Варсавина. Мы нашли в документах ее московский адрес, и оказалось, что красотка прописана в шикарной квартире в самом центре столицы. Поехали безо всякого предупреждения к ней домой. Дверь открыла незнакомая милая женщина. Только она услышала наш вопрос и как закричит: «Поймайте, наконец, гадючку! Это меня зовут Лидия Варсавина, пару лет назад я потеряла паспорт, а теперь страдаю. Мошенница использует мой документ, берет у людей деньги, кредиторы потом сюда приезжают. Нет сил более терпеть!» И мы ушли.