Возвращение миледи - Марина Серова

– Ладно! – кивнул Володя и спросил, покачивая листком: – А эти дровишки откуда?

– Не имей сто рублей! – посоветовала я.

– Ну, спасибо, Танька! Это царский подарок! – покачал головой Киря.

– Да понимаешь! Баба я капризная, с заскоками! Надоело мне тебя подполковником видеть! Не хочу быть царицей морскою, а хочу, чтобы ты полковником стал! Буду потом подружкам хвалиться, что у меня в друзьях настоящий полковник! Я думаю, что Твердохлебов для тебя расщедрится, чтобы два новых автомобиля для своего управления получить, которые ему Дроздов в случае успеха обещал.

– Ну, я пошел твои поручения выполнять, – сказал Володька, поднимаясь из-за стола.

– Эй! Душевно тебя прошу, узнай для меня все как можно скорее.

– А то! – хмыкнул Киря. – Меня же теперь высокие звезды манят!

Приехав домой, я сварила себе кофе и, перебравшись в комнату, заново прослушала диктофонную запись. Теперь я имела ответы на все вопросы, но вот с доказательствами у меня было негусто! Не было у меня пока доказательств! Мои размышления прервал телефонный звонок, это звонил Кирьянов.

– Ну что, Татьяна! – сказал он. – Есть у нас пальчики!

– Сказочно хорошо! – обрадовалась я.

– И химанализ все подтвердил! – добавил он. – Только, сама понимаешь, юридической силы это не имеет, потому как получены эти доказательства без должного соблюдения уголовно-процессуальных норм.

– Да и не надо! – ответила я. – Когда я все закончу, дело будет решаться келейно, сиречь – в очень узком кругу.

– Ну, смотри! Тебе виднее! – ответил Киря.

– А что с адресами? – спросила я.

– Есть информация. Только из тех троих в живых лишь один остался. Некто Стогов Артем Иванович. Ныне он проживает в интернате для инвалидов под Тарасовом: 58-й километр по Петровскому тракту. Учреждение это практически режимное, потому что туда со всей области самое отребье собрали, чтобы они нормальным людям жизнь не портили! Так что там и решетки на окнах, и наши дежурят! Ты сегодня поедешь?

– Конечно! – воскликнула я. – Чего откладывать?

– Ты уж там поосторожней будь, а то мало ли что? – предостерег меня Володька.

– Во мне, Киря, сейчас столько ненависти скопилось, что меня лучше не цеплять, а то ведь и убить могу ненароком, – серьезно ответила я.

– Ну, смотри! – сказал он. – И еще! Спиртного захвати по дороге для поддержания беседы. Думаю, что тебе без него там никто ничего не скажет.

– Да уж куплю! – сказала я. – Мне ли этот сорт людей не знать?

– Ладно! – сказал Володька. – Только, как вернешься, позвони, чтобы я за тебя не волновался.

– Позвоню! – пообещала я и начала собираться.

Понимая, что придется играть в опознатушки, я достала из институтского альбома четыре фотографии, а пятая, ради которой все это и затевалось, была у меня уже готова, вставила в диктофон чистую кассету и вышла из дома. Купив по дороге две бутылки водки, я отправилась в дом инвалидов, а когда доехала до него и увидела, то даже присвистнула: территория была обнесена забором с «колючкой» поверху, и КПП выглядел весьма внушительно. Войдя внутрь, я увидела молоденького сержанта и спросила его:

– Как бы мне побеседовать с Артемом Ивановичем Стоговым?

– Не положено, – буркнул сержант, хотя никакого права на это не имел: не тюрьма же это в самом деле, где свидания только по разрешениям.

Я не стала с ним препираться, хотя могла бы, и молча положила перед ним сотенную. Сержант равнодушно взглянул на деньги и ничего не сказал. Тогда я положила еще одну сторублевку, решив, что этого ему должно хватить. Парень и правда остался вполне удовлетворен. Он отработанным жестом убрал деньги и радушно сказал:

– Чего же не побеседовать? Я сейчас позвоню, и его приведут. Тут у нас комнатка есть, в ней и поговорите. А то в самом доме что ни день, то пьянка, а что ни ночь, то драка.

Я прошла следом за сержантом в комнату, где он со сменщиками отдыхал по ночам, и села на диван. Минут через десять в комнату вошел неопрятный, заросший щетиной мужчина неопределенного возраста на костылях. Это и был Артем Стогов.

Я достала бутылки с водкой, при виде которых глаза Стогова заблестели, и сказала:

– Меня зовут Татьяна Александровна, и мне надо с вами кое о чем поговорить. Водку получите, если будете откровенным, начнете крутить – не получите ничего, а уж в молчанку со мной играть я и вовсе не советую. Понятно?

– А чего мне теперь скрывать? – ощерился Стогов, и я увидела, что зубов у него раз, два и обчелся. – Чего у меня узнать хотите? Я все расскажу!

Мой разговор со Стоговым был недолгим, но содержательным – я узнала у него все, что хотела, и отдала ему водку. Он положил бутылки во внутренние карманы пиджака и пообещал:

– Так вы, Татьяна Александровна, во мне не сомневайтесь! Все как на духу я вам рассказал и кому угодно в лицо повторю!

– Спасибо! – машинально сказала я. – Может быть, и придется!

Стогов вышел, а я немного посидела под впечатлением его рассказа, а потом отправилась обратно в город. «Господи! – думала я по дороге. – Чувствовала я, что мне придется в грязь окунуться, но чтобы в такую!..» Я даже передернулась от омерзения и, приехав домой, тут же полезла под душ – очиститься хотелось. Но из ванной меня бесцеремонно выдрал телефонный звонок, и я, завернувшись в полотенце, прошлепала к телефону.

– Слушай! – сказал Володя. – Я нашел в Тарасове пока двух человек, которые могут быть тебе полезны. Пиши адреса и телефоны!

Я аккуратно все записала и удивилась:

– Как ты быстро, однако!

– Хочу звезду с неба достать, вот и стараюсь! – отшутился он.

Я привела себя в порядок и села к телефону, нужно было договориться кое с кем о встрече. Конечно, людям было странно и подозрительно, что какая-то совершенно незнакомая женщина вдруг возжелала с ними побеседовать, причем очень срочно. Хотя и не без труда, но я все-таки уговорила их увидеться со мной, после чего бросила в сумку диктофон с очередной чистой кассетой и поехала на первую встречу. Ее результаты меня не порадовали: то есть поговорили-то мы нормально, но то, что я услышала, оставило в душе такой мерзкий осадок, что хотелось плеваться. Но вот вторая! Когда я сидела напротив милой, симпатичной женщины и слушала ее рассказ, у меня не осталось сомнений – все, что я слышала раньше, было просто повидло!

– Спасибо вам огромное! – поблагодарила я. – Вы даже не представляете себе, как вы мне помогли! – И положила на столик (мы встретились в кафе) сто долларов, которые женщина взяла без малейших колебаний.

– В наше время деньги лишними ни у кого не бывают! – объяснила она.

– Скажите, вы сможете при необходимости повторить все это в присутствии свидетелей или других заинтересованных лиц? – спросила я.