Горе в решете - Вера Ольховская

Приняв вертикальное положение, приятели заметили молодого упитанного парнишку, кружившего вокруг коня.

– Василий! – протягивая руку для знакомства, сказал он.

– А это кто? – растерянно спросил Дима, указывая на коня.

– А это мой конь Рябой. Правда красавец?

Приятели многозначительно переглянулись и представились парнишке по всем правилам с упоминанием занимаемой милицейской должности.

– Так вы из милиции? – испуганно прошептал парнишка. – Мы с Рябым не виноваты, он сам!

– Так, Василий, прекращай тараторить и объясни нормально, что произошло! Ты зачем коня своего в бар поволок? – деловито спросил Дима Сапунов.

– Да вы что? Рябой у меня непьющий! Это тот, на своей иномарке, напугал его. Мы с конем на площади людей катаем, он сам себе на корм зарабатывает, ну и мне на хлеб с маслом. У нас и бумаги разрешающие имеются! Мы шли домой после трудового дня, свернули в переулок, а сзади машина. Нет чтобы объехать, а он давай сигналить, чтоб мы ему дорогу уступили. Рябой у меня чуткий, ранимый, испугался, когда сзади дудку включили, да так громко, словно пароходный гудок, я и сам чуть в штаны не наложил. Вот он с перепугу и лягнул, да копытом фару разбил. А водила пьяный оказался, вышел и давай по матери загибать, платить нас с конем за фару заставляет.

Рябой у меня благородной породы, интеллигентный конь, как матерщину услышал, сразу наутек, спрятаться хотел, вот к двери и подбежал, только войти не смог. Он в свое стойло сам заходит, копытом стукнет, дверь и открывается. Рябой начал копытом по двери бить, да только это ж не конюшня. С места двигаться не хочет, да и этого психа на машине боится, вон он чуть поодаль стоит, пасет, чтоб мы никуда не ушли, думает, с нас деньги за фару срубить!

Дима достал телефон и вызвал дорожно-постовую службу, чтобы разобраться с пьяным водителем.

– Ну а с конем твоим что теперь делать, как его с места сдвинуть, пока посетители бара умом не двинулись? – спросил он у Василия.

– Вы его посторожите пять минут, я в соседний ларек за рафинадом сбегаю. Мы с ним сладенькое любим. Он как сахарок увидит, так сразу за мной пойдет! – предложил парнишка.

– Нет уж! Сам своего Рябого сторожи, а мы лучше за сахаром сбегаем, – решил Павел.

Купив сахара, Паша с Димой и Василий еще полчаса крутились вокруг коня, уговаривая его сдвинуться с места. Наконец им это удалось.

– Не знаю как ты, Андреевич, а я с выпивкой завязываю! – заявил Дима, когда они попрощались в Василием и его чудо-конем. – Ведь я действительно тогда подумал, что с конем разговариваю!

– И не говори, Дима, сам решил, что коня говорящего встретил. Кому скажи, не поверят!

Дима поймал такси и, как обещал, довез коллегу до гостиницы, а сам поехал домой. По дороге Паша больше не задавал вопросов, а погрузился в собственные мысли, коллега решил, что майор задремал, и не стал его беспокоить.

Поднявшись к себе в номер, Павел первым делом хотел позвонить жене, но, вспомнив о разнице во времени, отложил звонок до утра. Заснуть никак не получалось. В голове кружились детали очередной головоломки, которую он тщетно пытался решить. Что-то в этом истории настораживало, но что именно, он не мог понять. Профессиональное чутье, приобретенное за годы службы, подсказывало – кто-то очень постарался, чтобы устроить неприятности в «Вершине». По словам его коллеги, служба безопасности компании ищет беглянку, но безрезультатно, а вот Юле Кисловой удалось это сделать и почему-то за тысячи километров отсюда. И совершенно непонятная ее внезапная смерть. Зная педантичность Юли, Павел не верил, что с ней мог произойти такой нелепый несчастный случай.

Хотя Алла и утаила от мужа, что они с Ритой намерены разобраться в причине смерти подруги, Павел ни на минуту не сомневался в этом. Ритка пойдет напролом, потащит за собой Аллу, и неизвестно, чем это кончится. Он понимал, надо спешить. Если эта девушка как-то замешана в преступлениях, общение с ней очень опасно, а если она непричастна к темным делам, то ей самой необходима помощь. Скорее всего, Юля и собиралась помочь. Дело за малым – выяснить, кому выгодна смерть наследников Кожухова или же доказать, что это действительно несчастный случай. Необходимо разузнать как можно больше о семье Кожуховых, об их врагах, друзьях и конкурентах. Работы – начать да кончить, а времени до отъезда не так уж и много. Павел понимал, что без помощи коллег ему не обойтись, но как аргументировать свой интерес к нефтяной компании? Можно, конечно, воспользоваться некоторыми уловками, но это поможет раздобыть лишь поверхностную информацию, а самое важное наверняка не лежит на поверхности.

Первым делом майор Кошечкин, как всегда, начертил на бумаге схему, с помощью которой будет легче разобраться в преступлении, если оно имело место. Определил круг подозреваемых, пока лишь тех, о которых поведал Дмитрий Сапунов, но Павел был почти уверен, что не ограничится этим кругом. Необходимо пообщаться с сотрудниками «Вершины», но под каким предлогом? Если сказать правду, что он является работником милиции, можно спугнуть преступника или его подельщиков, ведь он мог работать не один. А если этого не сделать, можно и не докопаться до истины. Павел решил отложить эту проблему до той поры, когда найдется подходящий предлог.

Чем больше он думал о том, что будет, если жена сунет нос в это дело, не без помощи своей подруги, конечно, тем сильнее росла его тревога. Преступник может избавиться от слишком любопытных девушек. Он склонялся к мысли, что Юлю действительно убили, и к тому причастна нефтяная компания.

Марина с интересом разглядывала фотографии, а Федор так долго и увлеченно про них рассказывал, что Алла с Ритой успели порядком утомиться.

– Так вы, что, действительно подруги Юли? – через некоторое время все еще не уверенно спросила девушка.

– Ну, наконец-то! – хлопнув себя по коленям, облегченно вздохнула Рита. – Только теперь оценила шутку «доходит как до жирафа»! Откровенно говоря, Марина, до тебя доходит еще дольше.

Алла легонько толкнула ногой подругу и осуждающе посмотрела на нее.

– Нельзя же так, – шепнула она ей на ухо.

Рита в ответ раздраженно фыркнула и, поднявшись со стула, подошла к кровати Марины.

– Теперь будем говорить? – деловито поинтересовалась она тоном милиционера «при исполнении».

– Что? – Марина испуганно подняла глаза.

– Все, дорогуша. Как с Юлей познакомились, почему ее родственницей назвалась, почему ребенка в лесу оставила. Или ты хочешь сказать, что найденная в лесу девочка не твоя? Ее и твои документы я нашла у Юли в квартире. И предупреждаю сразу, я неплохой психолог, не стоит лукавить, я ложь за версту чую! – Пододвинув стул к кровати, Рита решительно села. – И не забудь рассказать, почему ты ребенка у родителей умыкнула. Наверное, не для того, чтобы за тридевять земель в лесу оставить.

Марина стала похожа на обиженного, испуганного ребенка, поджатые губы задрожали, глаза налились слезами.