Если бы смерть спала - Рекс Стаут

Я бы сказал, что мистер Кремер и сержант Стеббинс весят примерно одинаково, около ста девяноста фунтов каждый, но толстым ни одного, ни другого не назовешь. Не подумайте, будто у них одинаковые фигуры: у Кремера тело упругое, у Стеббинса – отвислое, у Кремера пальцы костлявые, у Стеббинса не видно ни единой косточки. Наверное, и все остальное у них в таком духе, но я никогда не загорал с ними на одном пляже, так что ручаться не могу. Не знаю, с кем из них труднее совладать, возможно, в один прекрасный день я это узнаю, хотя они и представляют собой закон.

Разумеется, не сегодня – ведь мы сами пригласили их к себе, чтобы дать им милостыню. Поздоровавшись с Вульфом, вновь прибывшие заняли свои места: Кремер – красное кожаное кресло, Пэрли уселся рядом с ним в желтое. Кремер даже постарался пошутить: он спросил у Вульфа, как обстоят дела с его соответствующим ходом рассуждений.

– Никак, – сказал Вульф. Он повернул голову так, чтобы видеть их обоих, и не прикидывался, будто он этому рад. – Мой разум перестал функционировать. Он потонул в потоке обстоятельств. Мой телефонный звонок вам был продиктован не разумом, а неудачей. Я скис и пошел на дно. Только что я вернул одному своему бывшему клиенту аванс в десять тысяч долларов. Отису Джареллу. Теперь у меня нет клиента.

Вы еще подумаете, будто хитрые серые глазки Кремера просияли от радости, – ничего подобного. Он верит сказанному Вульфом лишь после того, как оно пройдет соответствующую обработку в его лаборатории.

– Очень плохо, – громко сказал он. – Плохо для вас, хорошо для меня. Сведения всегда мне пригодятся. Вы сказали, они касаются убийства Ибера и Брайэма.

Вульф кивнул.

– Я их узнал не сию минуту, а несколько часов тому назад и тут же был вынужден признать, что обязан вам их сообщить. Они касаются одного события, имевшего место в доме мистера Джарелла в прошлую среду, свидетелем которого был Гудвин, который мне о нем и доложил. Прежде чем я вам их сообщу, мне нужно, чтобы вы ответили на один или два моих вопроса. Догадываюсь, вы узнали от мистера Джарелла, что он нанял меня в связи с одним делом, вследствие чего мистер Гудвин очутился у него в доме под вымышленной фамилией в качестве его секретаря. Я также догадываюсь, что он отказался сообщить вам, что это за дело, на том основании, что оно сугубо личное и конфиденциальное и к вашему расследованию отношения не имеет. Кстати, окружной прокурор и комиссар полиции его объяснения приняли. Вам, очевидно, тоже пришлось их проглотить, потому вы и не надоедали ни мистеру Гудвину, ни мне.

– Верно, я вам не надоедал. Что касается ваших догадок, гадайте себе на здоровье.

– Однако вы их не опровергаете. Я всего лишь хочу, чтобы вы уяснили себе, почему я не собираюсь докладывать вам о том, с какой целью нанял меня мистер Джарелл, хотя он больше и не мой клиент. Полагаю, это не пришлось бы по вкусу комиссару полиции и Окружному прокурору, а я не собираюсь настраивать их против себя. Второй вопрос… Да, мистер Стеббинс?

Пэрли не вымолвил ни слова. Он просто издал утробный рык и крепко стиснул зубы.

Вульф снова повернулся к Кремеру.

– Второй вопрос. Вы арестовали кого-нибудь хотя бы в связи с одним из этих убийств?

– Нет.

– Быть может, у вас есть достаточно оснований для того, чтобы заподозрить кого-то, не принадлежащего к семейному кругу Джарелла?

– Нет.

– Теперь сложный вопрос, на который требуется односложный ответ. Мне необходимо знать, не обнаружено ли что-нибудь такое, о чем еще не сообщалось и что лишает мое сообщение смысла? Быть может, было установлено, что кто-то входил либо выходил из дома, в котором проживал Ибер, в четверг днем? То же самое касательно Брайэма. Исходя из опубликованных сведений, можно предположить, что кто-то находился с ним на заднем сиденье его машины, которую припарковали в таком месте, где ее никто не мог увидеть, что его кто-то застрелил, прикрыл тело ковриком, пригнал машину на Тридцать девятую авеню в район Седьмой авеню, откуда можно быстро попасть в метро, поставил машину на стоянку и исчез. По-прежнему ли все это пребывает в стадии предположения? Может, нашелся свидетель, который видел эту машину то ли по пути, то ли тогда, когда ее припарковывали, и, следовательно, мог бы описать водителя? Из всего сказанного сформулируем один-единственный вопрос: располагаете ли вы какими-либо обнадеживающими фактами, на которых можно было бы основывать расследование и которые еще не были обнародованы ?

Кремер сдавленно хмыкнул.

– Вам требуется совсем немного, верно? Получите. Ответ на этот вопрос: нет. А теперь послушаем вас.

– Только тогда, когда я буду к этому готов. Пока же я принимаю все, рекомендованные в подобных случаях, предосторожности. Согласно сведениям, которыми располагаю я, оба убийства могли быть совершены Отисом Джареллом, его женой, Уименом Джареллом, его женой, Лоис Джарелл, Норой Кент и Роджером Футом. Или же двумя или тремя, а может, и всеми сообща. Итак, следующий вопрос: известно ли вам что-либо такое, что снимало бы подозрение с кого-нибудь из этих людей?

– Нет. – Кремер сузил глаза. – Вот, оказывается, в чем дело. Неудивительно, что вы с ним развязались. И вернули ему аванс. А ну-ка выкладывайте.