Месть Лисьей долины - Марина Серова

А что, если Павел Станиславович прав? Что, если эти акулы местного бизнеса причастны к гибели Бориса Горенштейна? Может быть, они и Аркадия устранили? Анна тоже говорила много интересного, что наводит на подозрения. Например, вот такое: «Аркадий был занят серьезным проектом, связанным с застройкой. Мало ли, кому могло не понравиться то, что он купил кусок земли в центре города и собирался строить там деловой центр. Мы никогда раньше не занимались строительством…»

Еще мне очень не понравилось внимание этих господ к близнецам на похоронах их дяди.

Конечно, я не собиралась предъявлять какие-либо обвинения ни Базарчуку, ни Ващенко. Эти люди меня в порошок разотрут, попробуй я сделать это. Я приехала сюда с единственной целью – узнать, не известно ли им что-либо о пропавшей Тине Горенштейн.

Но Базарчук мне и рта не дал открыть:

– Вот что, Евгения… как вас там? Да, Максимовна. Мы тут навели справки и выяснили, кто вы такая. Оказывается, вы в нашем городе личность известная.

– У вас репутация кристально честного человека, – польстил мне более дипломатичный Ващенко. – Не могу поверить, будто вы замышляете что-то против нас. Чего вы от нас хотите, Евгения?

Сесть мне никто не предложил, поэтому я осталась стоять.

– Вам известно, что произошло сегодня утром в Семирадово? – спросила я.

Бизнесмены переглянулись.

– Лично я встаю не раньше десяти, – лениво протянул Дмитрий Юрьевич, – это Илья у нас жаворонок. Ты как, Илья Иванович, не в курсе, что там случилось в Семирадово?

Базарчук помотал головой и не удостоил меня ответом.

– Может быть, вы нас просветите, Евгения? – в том же тоне продолжал Ващенко.

– Сегодня рано утром Валентина Горенштейн пропала.

Акулы бизнеса уставились на меня.

– Как – пропала? Что значит – пропала? – недоумевал Базарчук. – Она что – иголка?

– Девочку похитили? – деловито предположил Илья Иванович. – Просят выкуп? Сколько? Мы готовы помочь Анне, если нужно. Я девочек еще вот такими помню, – и мужчина показал ладонями размеры хорошего кота.

– Надеюсь, Анна обратилась в полицию? – всерьез забеспокоился Ващенко. – Бедная женщина, в последнее время на нее столько всего свалилось! Она не всегда действует адекватно. Скажите, Евгения, она ведь не сделала такую глупость – не пошла на поводу у похитителей? А то, знаете, все эти записки: «Не обращайтесь к ментам, а то заложнику конец»…

– Или она именно так и поступила, а вас отправила вести переговоры? – нахмурил мохнатые брови Базарчук.

– Но почему вы пришли к нам? – удивленно уставился на меня Дмитрий Юрьевич. – Думаете, мы можем что-то знать?

Я только успевала вертеть головой, как будто наблюдала за теннисным матчем. Подача слева, принято! Теперь справа… Базарчук и его более молодой коллега явно были отлично сыгранной командой. Пробить брешь и в их двойной обороне шансов не было.

– Нет-нет, Анна вызвала полицию, девушку уже ищут, – поспешила я заверить обеспокоенных бизнесменов.

– Тогда чем мы можем вам помочь? – участливо поинтересовался Ващенко. – Хотите, дам распоряжение выделить людей из моей личной службы безопасности? У меня работают толковые спецы…

– Нет, благодарю, не нужно. Скажите, а кто управляет делами Аркадия Станиславовича теперь?

Базарчук вдруг поднялся из кресла и пошел на меня, тяжело ступая.

– Вон что ты задумала, овчарка дешевая! – взревел бизнесмен. – Ты на кого хвост пружинишь? Ты знаешь, с кем разговариваешь?

– Илья Иванович, держи себя в руках, – лениво бросил Ващенко.

Как ни странно, это подействовало. Похожий на носорога мужчина остановился, не дойдя до меня каких-то двух шагов, посмотрел почему-то на свои руки (задушить он меня собирался, что ли?) и упал в свое кресло. Я ничуть не боялась пожилого мужчину, просто не хотелось обострять ситуацию, и без того до предела накаленную.

– Ты понимаешь, Дмитрий, что эта девка только что сказала? – никак не успокаивался Базарчук. – Она обвиняет нас с тобой, будто мы хотим у сирот кусок хлеба отнять!

Тут я, признаться, разозлилась:

– А это не так, Илья Иванович?

Бизнесмен горько усмехнулся и полез в карман за платком. Утер вспотевший лоб и сказал на удивление спокойно:

– Что мы, нехристи? Если бы хотели выкинуть Горенштейнов из дела, то это проще было бы провернуть с Аркашкой. Пусть ему земля будет пухом, но в делах он был профан.

– Серьезно? – удивилась я. – Как же так – империя Горештейнов процветала, доходы росли, крупные контракты заключались… и вдруг слышу такое?

– У Аркадия был отличный стартовый капитал и налаженные деловые связи, – сквозь зубы процедил Ващенко. – Борис оставил в наследство. Да и мы старались, благополучие одного означает процветание всех. Хотя от Аркадия иногда было больше вреда, чем пользы.

– Но девочек мы бы ни за что не обидели, – прогудел Базарчук. – Конечно, кое-какие активы мы перенаправили, не без этого… но капитал не тронули бы ни за что.

– Например, деловой центр в Тарасове теперь будете строить вы, – предположила я.

– Естественно, малышкам такой проект не потянуть, – ухмыльнулся Ващенко. – Но прибылью поделимся, обещаю.

– И подыщем толкового управляющего, – вмешался Базарчук. – Анна в делах понимает еще меньше девочек, только самоуверенная очень.

– А Вадим? – вдруг вспомнила я. – У Аркадия остался взрослый сын. Почему вы его не принимаете в расчет? Это ведь он наследник отца.

– Знаете, Евгения, вы слишком много от нас хотите, – покачал головой Ващенко. – Мы вам что – Робин Гуды? Перед близнецами у нас обязательства, Борис просил приглядеть за девочками. А Вадим нам никто. Ну, получил он наследство. Знаете, что он сделает? Продаст все местные активы и свалит жить в Лондон.

– Да нам же и продаст, – подал реплику Базарчук, добродушно усмехаясь. – Я бы купил.

– Я бы тоже купил, – жестко произнес Ващенко. – Но сейчас мы не об этом. Так что там с Валентиной?

Что ж, следовало признать, что оба бизнесмена были вполне искренними со мной. Я им верила. Значит, эту версию – о причастности деловых партнеров – можно отбросить.

– Илья, ты не знаешь, почему мы были так откровенны с этой милой, но малознакомой девушкой? – усмехнулся Ващенко.

– Лишнего мы наговорили порядочно, – задумчиво протянул Базарчук, искоса поглядывая на меня. – Но больно девка красивая. Это она нас специально раззадорила, разозлила, а мы ей все выложили, что она хотела знать. Умная, а? Где ты там, девонька, училась? В каком-то элитном учебном заведении, что кадры для конторы поставляет?

Я подняла руки, демонстрируя открытые ладони жестом примирения.

– Прошу прощения за отнятое время и беспокойство. Но я должна была проверить. Должна была убедиться, что вы…