И будет вам счастье - Люся Лютикова

– Какие еще слухи?

– В день, когда Леонид Назарьевич умер, ты заявила всемприсутствующим, что он написал завещание на тебя. Говорила ты это?

– Ну, говорила, – нехотя призналась Дашка. –А какое это имеет значение?

Я выразительно подняла брови:

– У наследницы многомиллионного состояния появляетсяотличный мотив для убийства, ты не находишь?

Писательница окончательно развеселилась:

– Они что, восприняли мои слова всерьез?

– Вообще-то нормальные люди такими вещами не шутят.

Дарья принялась ржать, как полковая лошадь. Сквозь смехпробивались восклицания:

– Вот умора! Какие же они идиотки! Обалдеть можно!

Ее ржание действовало мне на нервы.

– Значит, про завещание ты придумала?

Она кивнула.

– Зачем?

– Просто так. Разве ты никогда не врала без всякойвыгоды?

«Конечно нет!» – хотела гордо воскликнуть я, но вспомнила,как солгала Колтуновой, что являюсь дизайнером и ясновидящей. Тогда еще я незнала, что Ленка живет рядом с Лисовиком, так что никакой прямой необходимостиврать у меня не было.

– У них были такие довольные рожи, – продолжалаДашка, – что мне захотелось их немного позлить.

– У кого были довольные рожи? Вдова, по-моему, едва несвихнулась от горя.

Писательница опять принялась хихикать:

– Изольда – прекрасная актриса, в гостиной онапритворялась умирающим лебедем, а у себя в спальне металась из угла в угол впоисках документов на имущество покойного супруга, я своими глазами видела.Труп еще не остыл, а она кинулась звонить юристам, консультироваться понаследству. А уж как Танька радовалась! Еще бы, за здорово живешь получить парумиллионов евро, кто бы на ее месте не прыгал от счастья! Ну, я и решила иммалину обломать. Сказала, что Лисовик написал завещание на мое имя, и я виделадокумент! Потом, конечно, они бы разобрались, но в тот вечер я им основательноиспортила настроение:

– Ну хорошо, допустим. А на самом деле на когосоставлено завещание?

– Почем я знаю? – искренне удивилась Дашка. –Он обещал, что оставит все нам троим: мне, Таньке и Изольдке. Однако в кабинетемы завещание не нашли. Возможно, оно хранится у юриста.

Мне захотелось немного ее подразнить:

– Ты действительно в это веришь? Что мужик оставит всесвое состояние, нажитое тяжелым трудом, бывшим женам? С какой такой радости? Выу него и так кровушки достаточно попили, не жирно ли будет еще и после смертивас содержать?

Дарья по-кукольному захлопала ресницами:

– Вообще-то это была не моя идея. Я бы лично ни копейкибывшему мужу не оставила. Но Лёня сам предложил! Сам! А мне что было делать –отказываться: «Нет, дорогой, оставь кому-нибудь другому, более достойному»?Конечно, я возьму наследство! И спасибо скажу! Приду на могилу, положуцветочки.

– Кстати, когда похороны Лисовика?

– Неизвестно, милиция еще не отдала тело.

Я взяла паузу, раздумывая, о чем бы еще спросить. Самоеглавное я узнала: у писательницы не было мотива для убийства. Наверное, надобыстренько закончить разговор и искать убийцу в другом месте.

До Дарьи неожиданно дошло, что ее только что с пристрастиемдопросили. Она принялась наверстывать упущенное:

– Не пойму, тебе-то какое дело? Интересуешься,выпытываешь… Ты ведь никакого отношения к Лисовику не имеешь, завещание тебе несветит!

– И тем не менее мне жизненно необходимо знать, ктоубил Леонида Назарьевича.

– Почему??

Ответ пришел сам собой:

– Это мое кармическое испытание. Каждой ясновидящейпериодически дают определенное задание, чтобы испытать ее возможности. Мое –такое.

– Кто дает?

Я закатила глаза к потолку:

– Высшие силы, кто же еще. Если не выполню задание –все, конец, перекроют поток.

Как ни странно, Дарью удовлетворило это объяснение.

– Я тоже иногда чувствую зов свыше, – доверительносообщила она.

– Слышишь голоса?

А писательница-то, оказывается, ку-ку!

– Не голоса, а зов вдохновения, – строго поправилаона. – Иногда, когда сажусь писать, мне словно кто-то надиктовывает роман.Работа идет как по маслу! А иной день часами бьюсь над каждой строчкой,бесконечно переписываю текст, а такая фигня получается! Нет, конечно, все равнолучше, чем у разных там донцовых и марининых, но не мой обычный уровень,понимаешь?

У нее был ужасно самодовольный вид. Движимая скореераздражением, чем желанием узнать правду, я стала подначивать Дашку:

– Скажи-ка мне, зачем ты врала про ремонт? Будто тебязалили соседи, и теперь в квартире нельзя жить из-за нескончаемых ремонтныхработ. Зачем, а?

– Это не имеет никакого отношения к убийству, –отрезала Дарья.

– А вот я так не думаю! Мне очевидно, что ты навралапро ремонт, чтобы иметь возможность жить в доме Лисовика. И что, спрашивается,тебе там понадобилось? Уж не связано ли это как-то с ограблением сейфа? Самапризналась, что в нем лежала солидная сумма денег.

Дарья приняла вид оскорбленной невинности:

– Мне не нужны чужие деньги, у меня своих полно. Я,между прочим, самая популярная писательница России, мои книги выходятмиллионными тиражами!

Хозяйка метнулась в комнату и через полминуты бросила наобеденный стол яркие книжки, изданные в карманном формате:

– Вот, полюбуйся, они на каждом углу продаются!

Я полистала томики. Названия романов Дарьи Лисовик неблистали оригинальностью: «Кошка в бриллиантах», «Змея в сапфирах», «Крыса ваметистах», «Свинья в изумрудах»… Очевидно, автор решила пройтись по всемдрагоценным камням и животным.

Что же касается миллионных тиражей, то здесь Дашка немногопреувеличила. Я открыла последнюю страницу «Крысы в аметистах» и посмотрелавыходные данные. Тираж всего-навсего шесть тысяч экземпляров! И тот нераскупается. Неделю назад я видела книги рублевской писательницы на лотке околометро. «Все по 20 рублей» – гласила призывная надпись. «Кошка в бриллиантах»соседствовала со «Справочником садовода» и «Сборником задач по химии дляпоступающих в вузы». Так что доходы у госпожи Лисовик весьма скромные. Затоаппетиты немереные, одна затея с певцом Кристианом чего стоит. Деньги из сейфабывшего мужа ей нужны позарез.

– Была самая популярная, да вся вышла, – ответилая, захлопнув книгу.

На секунду мне показалось, что Дашка набросится на меня скулаками. Однако она взяла себя в руки.