Принц Эдип - Наталья Андреева

— Да.

— Тогда поехали.

Вопросов он больше не задавал. Потому что слишком устал. Они ехали к ней на квартиру. Нечаева жила одна. Не считая домашнего животного, коих Монти терпеть ненавидел. Огромный белый кот, увидев гостя, выгнул спину и зашипел. Монти подумал, что не зря испытывает неприязнь особенно к котам. Коты ревнивы.

— Кис-кис-кис, — сказал он. И когда кот уже готов был к примирению, рявкнул: — Брысь отсюда!

«Ну, все. Враги», — подумал, когда обиженное животное скрылось на кухне.

В квартире было две комнаты. Не так много. Он без труда определил, за какой из дверей находится спальня, и безошибочно прошел туда. Увидев огромную кровать, не удержался и зевнул. Нечаева стояла за спиной, он чувствовал ее дыхание.

— Располагайся, — глухо сказала она. — Я сейчас.

Он снял рубашку, джинсы и рухнул на кровать. Вчерашняя поездка, подъем, раньше, чем обычно, пять часов работы в студии и сытный обед. А точнее, ужин. Глаза слипались. Когда через десять минут Нечаева вернулась из душа, одетая в полупрозрачный пеньюар, Монти уже сладко спал. Какое-то время она стояла в дверях и прислушивалась к его дыханию. Потом подошла и присела рядом, на кровать. Долго на него смотрела. Думала при этом, что у него очень красивое лицо, и неожиданно для себя почувствовала нежность. Сердце вдруг болезненно сжалось, чего с ней раньше никогда не случалось. Бедный мальчик! Во сне у него совсем другое выражение лица. И глаза… Его замечательные глаза закрыты. А ведь их взгляд мало кто может выдержать. Она и не пыталась. Наина Львовна протянула руку и ласково провела по светлым вьющимся волосам. Монти сонно забормотал что-то и перевернулся на бок. Она вздохнула и поднялась. Накрыла его обнаженное тело одеялом и вышла из спальни. А дверь за собой плотно прикрыла.

Он спал два с половиной часа. За это время Наина Львовна выкурила с десяток сигарет и выпила три чашки кофе. Непонятно почему, она нервничала. Когда Монти появился на кухне, она уже была одета в деловой костюм, лицо подкрашено, волосы тщательно уложены. Монти присел на диван, вид у него был виноватый.

— Извини.

— Это я должна извиниться. Замучила тебя.

Он не стал развивать тему, посмотрел на часы и сказал:

— Мне надо на работу.

— Я готова.

— Ты что, поедешь со мной? — удивился Монти.

— Во всяком случае, я тебя отвезу. Ты ведь без машины.

— Тебе не обязательно это делать. Поймаю такси.

— Я тебя отвезу, — повторила Нечаева. — Кофе?

— Да, спасибо.

Монти чувствовал себя неловко. Он обманул ожидания женщины. Такого с ним еще не случалось. Он молча пил кофе, Нечаева тоже не проронила ни звука. Монти подумал, что она сердится. Потом Наина Львовна загрузила грязные чашки в посудомоечную машину и кивнула: пошли.

Минут десять они ехали молча. Первым не выдержал Монти. Покосился на Нечаеву и осторожно спросил:

— Сердишься?

Она покачала головой:

— Нет.

— Тогда почему молчишь?

— Думаю. Не принимай это на свой счет.

— Странно. И что мы будем делать дальше?

— Что-нибудь придумаем.

— Какие у тебя планы на вечер?

— Я занята, — коротко ответила Нечаева.

— Жаль. Меня к тебе уже тянет.

— Она права.

— Кто?

— Елена. Фотограф. Из тебя будет толк. Я берусь устроить твою судьбу. Не вечно же тебе быть стриптизером?

— Век моделей еще короче, — возразил он.

— Зато суммы контрактов приличные. Отработаешь два-три сезона, и на твоем банковском счету появится солидная сумма. Я могу устроить тебе такой контракт.

— А почему ты решила вдруг обо мне заботиться?

— Ты странный парень. Несмотря на то, чем ты занимаешься, такой… неиспорченный. Да. Неиспорченный.

Монти расхохотался:

— Ты меня плохо знаешь.

— Во всяком случае, мои намерения насчет тебя изменились.

— А почему я об этом еще не знаю? — с иронией спросил он.

— Видишь ли, это могут быть только серьезные отношения.

«Ну, началось! — подумал Монти. — Лучше бы я с ней переспал!». Они подъезжали к клубу. Когда машина остановилась, он открыл дверцу и спросил:

— Зайдешь?

— Не сегодня.

— Ну, как знаешь.

— Постой. — Нечаева слегка придержала его за руку. — Ты что, обиделся.

— Это тот самый тип, с голубого экрана? К которому ты сейчас собралась?

— С какого экрана? Почему с экрана? — насторожилась Нечаева.

— Я видел его в политическом шоу. Типичный демагог, — грубо, сказал Монти. — По-моему, он все время врет.

— Значит, ты его узнал?

— Трудно было не узнать.

— Не все стриптизеры смотрят политические шоу.

— Я же неиспорченный.

Он вылез из машины и захлопнул за собой дверцу. Нечаева долго смотрела ему вслед. Монти спиной чувствовал этот взгляд. Он злился.