Проклятие Кеннеди - Гордон Стивенс

Бретлоу пристроил свой портфель на поручень перед стойкой, взял чашку кофе и булочку с кунжутом, положил их на портфель и подтолкнул его к кассе.

— Доллар двадцать, мистер Бретлоу.

Бретлоу придержал портфель левой рукой, а правой выудил из кармана мелочь.

— Спасибо, Мак.

Без пиджака, заметили все, с засученными рукавами, портфель несет перед собой, как поднос, на нем — чашка кофе и блюдце с булочкой. Так почему же ЗДО пришел сегодня рано, почему явился в столовую?

Брифинг, посвященный убийству Зева Бартольски, начался в девять: все главы отделов, кого это касалось, собрались в кабинете Бретлоу на восьмом этаже, Крэнлоу из Бонна подключился по селектору и заговорил первым.

— Пока создается впечатление, что мишенью был не Зев, а первый секретарь. Ни Боннское отделение, ни Зев лично не занимались ничем таким, что могло бы послужить причиной нападения. По крайней мере, в последнее время. — Подразумевалось, что террористы — народ злопамятный и в Лэнгли должны проверить, не найдется ли в прошлом Зева чего-нибудь, опровергающего нынешнюю гипотезу. — А вот первый секретарь только что вернулся с Ближнего Востока. — Крэнлоу сообщил подробности поездки. — Есть предположение, что, еще будучи на своем предыдущем посту, он мог привлечь внимание некоторых группировок. — Они-то, видимо, и совершили теракт.

— Каких именно?

Крэнлоу перечислил их. Обычный список, это понимали все; даже если бы у немцев было что-то существенное, подозреваемые наверняка уже успели удрать из страны. И даже в противном случае, если бы немцы еще имели возможность выследить их, они не стали бы проявлять большого рвения. Особенно в Бонне — там было слишком много неприятных прецедентов. Арестуй кого-нибудь, посади в свою тюрьму — и сам станешь мишенью. Начнутся похищения, требования выкупа. Такое бывало неоднократно.

— Как насчет русских? — Это спросил шеф «советского отдела».

— Пока никаких оснований обвинять их в этом деле.

— Что эксперты? Изучили бомбу?

— Нет еще. Там работают немецкие власти.

— Свидетели?

— Есть несколько, но проку от них никакого.

— Подозрения? — Что подсказывает тебе чутье?

— Ничего серьезного сказать не могу.

Однако… Бретлоу заметил это. Возможно, потому, что был настороже, а возможно, потому, что Крэнлоу был его выдвиженцем.

— Как с организацией похорон?

Они углубились в детали.

— Что семья?

— Охраняем, чтобы корреспонденты не дергали.

— Хорошо. Как там Марта?

— Как и следовало ожидать. Держится молодцом. — Дальше ей будет труднее — это подразумевалось. — Ребята, которые к ней приставлены, говорят, что она благодарна вашей жене за звонок.

Совещание закончилось в девять сорок. В девять сорок пять Бретлоу снова соединился с Крэнлоу.

— Спасибо за то, что проинформировал нас. Но у меня сложилось впечатление, что ты знаешь еще что-то и не хочешь сказать.

— Это только слухи. Дайте мне еще полдня.

— Хорошо.

Он откинулся на спинку стула.

Двое американцев убиты в Бонне, а трое виновных до сих пор разгуливают на свободе и имеют возможность похваляться своей удачей — это будет выглядеть не слишком здорово, если Донахью прорвется-таки в Белый дом, а он сам выдвинет свою кандидатуру на пост ДЦР.

К тому же за ним долг.

Потому что Зев Бартольски был его другом, потому что они проработали вместе много лет. И Зев входил в ядро «внутреннего круга», был одним из его немногих доверенных лиц. Он и теперь помнил тот вечер, когда они обсуждали это, вечер, когда он сказал Зеву, что́ ему от него нужно. Прямо как переписывание истории, пошутил Зев. Только это была не история — это было будущее.

Так что́ он должен теперь сделать? Немцы проведут расследование, проверят своих подозреваемых. Но это ничего не даст. Впрочем, имеется и другой путь. Он подлил себе кофе, закурил сигарету. Правила есть правила, но на то они и созданы, чтобы их нарушать. Иногда в этом мире, где ты живешь и дышишь, тебе самому приходится создавать правила и самому же действовать им наперекор. Поэтому то, что он собирался сделать, могли вменить ему в вину только самые непонятливые.

Он предупредил Мэгги, чтобы ему не мешали, глотнул «Джека Дэниэлса» и вызвал по прямой связи кабинет на четвертом этаже здания, находящегося на 16-й улице рядом с Университетским клубом.

Конечно, бывает всякое, но во всем можно отыскать определенную логику. В смерти Зева — по крайней мере, на первый взгляд — логики не было. В ней не было бы логики, даже случись это в «арктическом климате» холодной войны. Даже тогда Советы вели себя более осторожно и не позволяли себе подобных открытых эскапад. Разве что намеренно — а в таких случаях они были способны на все. Но и тогда игра велась по определенным правилам. Даже тогда имелась какая-то логика.

— Это «Юниверсал экспортс». Вам посылка.

Это не могли быть Советы — или русские, как он теперь привык называть их, — но это мог быть кто-то, кого они финансировали, либо в настоящее время, либо прежде. А если так, если их пособники зарвались, то разобраться во всем этом столько же в интересах Москвы, сколько и Вашингтона.

— Время?

— Девять часов.

Киролев был не просто старым комитетчиком — ныне, при новом порядке, он занимал такой высокий пост, какой едва можно было себе вообразить. Прежде Киролев был приближенным Маленко, а в последние годы смуты и перемен Маленко блестяще разыграл свою партию, продемонстрировав смекалку и расчетливость, которые были свойственны ему и в прошлом. Но мало того. Киролев был не только глазами и ушами Маленко в Вашингтоне — Киролев был связующим звеном между старыми врагами и новыми друзьями. А может быть, и не друзьями, даже не союзниками. Бретлоу не мог придумать подходящее слово.

— Отлично, значит, в девять, — согласился он.

И еще одно, решил он. Он заказал комнату на ночь в Университетском клубе, потом позвонил домой и сказал Мэри, что, скорее всего, не вернется ночевать и сегодня.

Последний звонок от Крэнлоу раздался в восемь вечера — в два пополуночи по боннскому времени.

— Есть кое-что новенькое. — Новый шеф Боннского отделения говорил спокойно, уверенно. — Утром я сказал, что мишенью, видимо, был не Зев, а первый секретарь.

— Да.

— Возможно, что ею не были ни тот ни другой.

— Подробнее.

— Визит первого секретаря не был запланирован, сведения о нем не могли просочиться в прессу, а в списке приглашенных не было ни его, ни Зева.

— И?..

— В числе приглашенных были несколько западно-германских политиков и промышленников. У одного из них машина той же марки, что и у первого секретаря, того же цвета. У немцев есть сведения о том, что четыре недели назад на него уже было совершено покушение. Они думают, что террористы ошиблись автомобилем.