Рецепт от Фрейда - Ирина Градова

– А не мог кто-то из охраны или санитаров стать причиной пожара?

– Вполне вероятно. Однако не только источник пожара неясен. – Медсестра выпустила колечко дыма идеально круглой формы. Неля невольно проследила глазами за тем, как оно поднялось в воздух и медленно поплыло вверх, постепенно расширяясь, рассасываясь и теряя цвет. – Видите ли, угорели всего трое. Каким-то образом они оказались в соседних палатах, а все остальные пациенты находились в другом коридоре. К счастью, их успели эвакуировать.

– То есть в том злополучном коридоре были всего трое?

– Верно.

Неля задумалась.

– А правда, что их перевели с нашего отделения? – спросила она.

– Вот это мне неизвестно, – покачала головой Татьяна.

– А вы знаете, сколько у вас пациентов?

– Разумеется – восемьдесят девять.

– А есть среди них те, кто попал к вам через суд?

– Больше половины.

– Значит, здание не пострадало?

– Абсолютно. Потому-то и расследования не было. Мы ожидали большой бучи, однако Ракитину удалось отбрехаться, и гроза прошла стороной.

– Я заметила, что на территории «Горки» есть несколько пустующих зданий. Для чего они предназначены?

– Точно не скажу, – пожала плечами молодая женщина. – Думаю, раньше больных было больше. Тогда наше отделение располагалось в другом корпусе. Его закрыли на ремонт, пациентов перевели… А ремонт, по-моему, так и не закончили: финансирования нет. Теперь можно я спрошу? Почему вы задаете мне все эти вопросы, Нелли Аркадьевна?

Прекрасные глаза медсестры пристально уставились в Нелины.

– Боюсь, мне нечего вам ответить, – честно сказала та. – Во всяком случае – пока.

Татьяна помолчала, виртуозно пуская дымовые колечки.

– Мне нужно беспокоиться? – спросила она через некоторое время.

– Вам? – удивилась Неля.

– Вы отлично понимаете, о чем я, – передернула плечами Татьяна. – Искать другую работу?

– Не стоит торопиться.

– Хорошо, а то мне здесь нравится. Я сразу поняла, что вы – не та, за кого себя выдаете.

– В самом деле? – напряглась Неля.

– Ну да, это же очевидно. Не бойтесь, я никому не скажу: если «Горкой» заинтересовались, значит, пора!

Вздохнув с облегчением, Неля решила задать еще один вопрос:

– Татьяна, а вы не знаете, проводилось ли вскрытие погибших пациентов?

– Вскрытие? Зачем его проводить, ведь причина смерти очевидна – отравление угарным газом!

* * *

Неля заканчивала работу с бумагами, когда зазвонил стационарный телефон. Она не сразу поняла, кто звонит, а когда поняла, едва не бросила трубку.

– Еще работаете, док? – поинтересовался Паратов. – Когда у вас там рабочий день заканчивается?

– По сути, мы работаем круглосуточно, – осторожно ответила она.

– Понятно, держите руку «на пульсе»?

– Вы хотите поговорить об Ольге?

– Да нет, не о ней. Я насчет вашей просьбы.

– Моей… просьбы?

– Ну, вы же сами просили меня узнать о том, что произошло в семье Макса Рощина, или уже забыли?

Неля не то чтобы забыла, она просто не рассчитывала, что следователь, при его загруженности и предвзятом отношении к ней и как к человеку, и как к профессионалу, серьезно отнесется к ее словам.

– Извините, – пробормотала она в трубку, – просто голова другим занята! Вам удалось что-то выяснить?

– По правде говоря, немного. Такое впечатление, что кто-то упорно старался замять дело, чтобы его обстоятельства не получили огласки!

– Так что же вы узнали?

– Пока лишь официальную версию: имело место ограбление и двойное убийство. Только кое-что во всей этой истории не вяжется.

– А именно? – от нетерпения Неля начала кусать колпачок ручки, которую держала в руке.

– Во-первых, Марк Рощин зачем-то отпустил прислугу, а ее в его загородном доме было немало.

– Ну… – протянула Неля. – Решил отдохнуть без посторонних?

– Может, вы и правы, но дом оборудован сигнализацией: как только чужак проникает внутрь, она срабатывает, и наряд полиции приезжает в течение десяти минут. Воры просто не успели бы обокрасть дом и убить двух человек!

– Но они успели!

– Сигнализация не сработала.

– Ее отключили?

– Она оказалась сломана, и почему-то никто этого в течение дня не заметил.

– Бывает.

– Согласен. Дальше: сразу после ограбления Макс Рощин, сын убитого, попал в больницу.

– В психиатрическую, – подтвердила Неля.

– Ничего подобного, в частную клинику общего профиля.

– И с каким же диагнозом?

– Врачебная тайна. Что характерно, материалы его допроса отсутствуют: похоже, эта процедура с ним вообще не проводилась. После больницы он как будто растворился в воздухе. Удивительно, ведь Макс Рощин был мировой знаменитостью, и вдруг – ни следа!

– А как шло расследование?

– Провели ряд обычных в таких случаях мероприятий, поставили дело на контроль «наверху» – все-таки известный человек погиб. Убийц нашли.

– Так дело закрыто?

– Да. Удивительно другое.

– Что?

– Все прошло как-то слишком тихо и быстро. Семья погибшего не пыталась воздействовать на следствие. Обычно все происходит наоборот! Люди с деньгами в состоянии «подстегнуть» органы, иногда они даже нанимают частных детективов. Арина Шевчук результатов не требовала и даже на суде не присутствовала.

– Шевчук?

– У нее фамилия матери. А теперь, может, расскажете, почему вас так интересует это дело – вы знакомы с семьей?

– Можно и так сказать.

– Нет уж, Нелли Аркадьевна, давайте рассказывайте, а то мне приходится действовать вслепую! – Она по голосу слышала, что следователь сердится. – Подряжаете меня наводить справки о деле, которое никоим образом меня не касается, поэтому…

– Извините меня, – мягко перебила Неля. – Конечно, вы имеете право знать правду, но это – не телефонный разговор. Давайте встретимся в выходные?

«Надеюсь, – подумала она про себя, – к тому времени у меня появятся хоть какие-то факты!»

* * *

Она взглянула на часы: половина первого. В это время все в здании обычно спят, и вряд ли можно опасаться столкнуться с кем-то из персонала по пути в главный корпус. Другое дело – миновать пост охраны, но Неля хорошо изучила график этих ребят, чтобы понимать: скорее всего, они будут в комнате отдыха смотреть кабельное телевидение и глушить пиво.