Кошки-мышки - Иэн Рэнкин

— Кофе, — сказал он. — И подъем.

Нелл подняла голову с подушки и приоткрыла глаза.

— Уже есть девять?

— Еще нет.

Она сладко зевнула и перевернулась на другой бок.

— Разбуди меня, когда будет.

— Пей кофе.

Он погладил ее по плечу. Плечо было призывно теплым, но он все же выпрямился и вышел из спальни. Сделал несколько шагов, остановился и вернулся назад. Загорелые руки Нелл обвились вокруг его шеи.

* * *

Несмотря на то, что он принес ей в камеру завтрак, Трейси принялась метать громы и молнии, особенно когда он заявил, что она не арестована и может уйти, как только захочет.

— Я защищаю тебя, — объяснил он. — От людей, которые следили за тобой, от Чарли.

— Чарли…

Услышав это имя, она как будто немного притихла и потрогала свой разбитый глаз.

— Но почему вы не пришли ко мне раньше?

Ребус пожал плечами.

— Был занят.

Теперь он рассматривал ее фотографию, а Брайан Холмс, сидя перед его столом, пил кофе из кружки с выщербленными краями. Ребус не знал, благодарен он Холмсу за эту карточку или зол на него. Войдя в кабинет, тот не поздоровался, а, не говоря ни слова, подошел к столу и положил перед ним этот снимок. Обнаженной Трейси.

Слушая отчет Холмса, Ребус продолжал разглядывать карточку. Вчера Холмс неплохо поработал и добился результатов. Но какого черта он проигнорировал Ребуса в баре и не показал ему фото? Теперь настроение стремительно портится, ночной сон пошел насмарку.

Ребус прочистил горло.

— Вы узнали о ней что-нибудь?

— Нет, сэр. Я нашел только это.

Он кивнул на снимок. В его глазах Ребус прочел: «Я добыл вам это. Неужели же вам мало?»

— Понятно, — произнес Ребус спокойно.

Он перевернул карточку и прочел наклейку на обороте. Студия Хаттона. Номер телефона.

— Оставьте мне это, Брайан. Мне нужно подумать.

— Хорошо, — ответил Холмс, недоумевая про себя: «Брайан»? Инспектор, видно, с утра не в своей тарелке.

Ребус откинулся назад, тоже попивая кофе. С молоком, без сахара. Когда Холмс попросил такой же, Ребус расстроился: неужели у них есть что-то общее?

— Как поиски квартиры?

— Плохо. — Тут Холмс спохватился. — А откуда вы… — И увидел, что из кармана пиджака у него торчит листок «Продажа недвижимости».

Ребус улыбнулся.

— Я помню, как покупал свою квартиру, — сказал он. — Я бегал по этим объявлениям месяц, пока не нашел то, что мне понравилось.

— Понравилось? — фыркнул Холмс. — Я пока что мечтаю найти угол, который будет мне по карману.

— Неужели стало так тяжело?

— А вы не заметили?

Погруженный с головой в свою проблему, Холмс не мог представить себе, что кто-то не в курсе ситуации на квартирном рынке.

— Цены улетели выше крыши. Похоже, что нигде поблизости от центра ничего, кроме этой самой крыши, я и не куплю.

— Кто-то говорил мне об этом… — припомнил Ребус. — Да, вчера на ланче. Я встречался со спонсорами кампании Фермера Уотсона. Один из них — Джеймс Карью.

— Не тот, что из «Карью Боуэр»?

— Он самый, главный босс. Может быть, попросить у него для вас скидку?

Холмс улыбнулся. Лед между ними, похоже, начинал таять.

— Это было бы роскошно, — ответил он. — Он мог бы подобрать что-нибудь подешевле на летних распродажах…

К концу фразы улыбка исчезла с его лица. Ребус, казалось, снова не слушал, углубившись в какие-то размышления.

— Да, — задумчиво произнес он. — С мистером Карью мне в любом случае придется пообщаться.

— Правда?

— У него есть некоторые связи…

— Вы тоже собираетесь подыскать себе новое жилье?

Ребус посмотрел на него непонимающим взглядом.

— В любом случае нам надо разработать план действий на сегодня.

— Я хотел просить вашего разрешения, сэр… — нерешительно начал Холмс. — Мне позвонили сегодня утром… Я несколько месяцев работал в группе, которая отслеживала собачьи бои. Сегодня собираются брать собачатников с поличным.

— Собачьи бои?

— Ну да. Стравливают двух псов на ринге, делают ставки.

— Я думал, это кончилось вместе с депрессией.

— В последнее время началось опять. Такая гадость… Могу показать вам фотографии.

— Откуда это поветрие?

— Кто ж его знает? Людям хочется острых ощущений, им нужно что-то более азартное, чем лотерея по телевизору.

Ребус кивнул и снова о чем-то задумался.

— Какого рода публика этим занимается, Холмс? Молодые богатые дельцы?

Холмс пожал плечами. «Кажется, приходит в себя. Перестал называть меня по имени».

— Ну да бог с ними. А вы хотите присутствовать при аресте?

Холмс кивнул.

— Если можно, сэр.

— Разумеется. Где проводится операция?

— Я точно еще не выяснил. Где-то в Файфе.

— В Файфе? Мои родные места.

— Я не знал. Как это в поговорке? «Связался с файфцем — держи ухо востро»?

— «Сел за стол с файфцем — бери длинную ложку».

Холмс улыбнулся:

— То же самое говорят про черта.

— Это потому, что мы с ним родственники, Холмс. Не любим чужаков и дураков. Отправляйтесь в Файф, а я повоюю здесь один.

— Есть, сэр. А что вы будете делать с… — Холмс снова посмотрел на фотографию.

Ребус взял ее со стола и аккуратно опустил в карман пиджака.

— Не волнуйтесь за меня, молодой человек. Я найду, чем себя занять. Спрятаться от Уотсона и его кампании — вот и задача на целый день. Может быть, поеду покатаюсь. Отличная погода для автомобильной прогулки.

* * *

— Отличная погода для прогулки.

Трейси сделала вид, что не слышит его. Повернувшись к боковому окну, она разглядывала витрины магазинов, туристов и слоняющихся без дела школьников. Впрочем, участок она покинула с огромной радостью. Он открыл перед ней дверь машины, убеждая не уходить. Она согласилась, но крайне неохотно. Ну что ж, она обиделась на него. Это пройдет.

— Я понимаю, — сказал он. — Ты недовольна… Но сколько можно повторять? Это было нужно для твоей безопасности, пока я выяснял некоторые обстоятельства.

— Куда мы едем?

— А ты знаешь этот район?