Трагедия Икс - Эллери Квин

— Значит, гости здесь бывают редко?

— Не слишком часто, сэр. Правда, сейчас в доме гостит мистер Эмпериаль, но он тоже близкий друг и бывает здесь три или четыре раза в год. Но вообще мистер де Витт принимает очень мало гостей.

— Насколько я понимаю, немногие гости в доме — клиенты или деловые партнеры?

— Да, сэр. Но и они бывают редко. Например, недавно здесь гостил бизнесмен из Южной Америки.

Друри Лейн казался задумчивым.

— Насколько недавно?

— Он пробыл в доме месяц и уехал около месяца назад.

— А он бывал здесь раньше?

— Не припоминаю, сэр.

— Вы сказали, он из Южной Америки. Из какой именно ее части?

— Не знаю, сэр.

— И какого числа он уехал?

— По-моему, 14 августа, сэр.

Некоторое время Лейн молчал. Когда он заговорил, в его голосе звучал интерес.

— Не помните, приходил ли сюда мистер Лонгстрит в тот период, когда в доме гостил южноамериканец?

— Да, сэр, — сразу же ответил Джоргенс. — Гораздо чаще, чем обычно. Вечером, на следующий день после приезда мистера Макинчао — его зовут Фелипе Макинчао, сэр, — мистер де Витт, мистер Лонгстрит и мистер Макинчао закрылись в библиотеке и разошлись только среди ночи.

— Разумеется, вам не известно содержание их разговора?

Джоргенс выглядел шокированным.

— О нет, сэр!

— Естественно. Глупый вопрос, — пробормотал Друри Лейн. — Фелипе Макинчао… Необычное имя. Что он был за человек, Джоргенс? Можете его описать?

Дворецкий откашлялся:

— Иностранец, сэр, похожий на испанца. Высокий, с черными усиками, как у военного, и очень смуглый — почти как цветной или индеец. Он странный джентльмен, сэр. Редко принимал пищу с семьей, часто уходил из дому и вообще, так сказать, не держался запанибрата. Иногда возвращался в четыре или пять утра, а иногда вовсе не ночевал здесь.

Лейн улыбнулся:

— И какое впечатление производили странные действия странного гостя на мистера де Витта?

Джоргенс казался обеспокоенным.

— Мистер де Витт воспринимал приходы и уходы мистера Макинчао как нечто само собой разумеющееся, сэр.

— Что еще вы знаете о нем?

— Ну, сэр, он говорил по-английски с испанским акцентом, и у него было очень мало багажа — только большой чемодан. По вечерам он часто секретничал с мистером де Виттом, а иногда с ним и мистером Лонгстритом. Если иногда приходили другие гости, мистер де Витт представлял его им… э-э-э… не более чем требовали приличия. Это все, что мне известно, сэр.

— Мистер Эйхерн хорошо знал мистера Макинчао?

— Нет, сэр.

— А мистер Эмпериаль?

— Его тогда здесь не было. Он приехал вскоре после отъезда мистера Макинчао.

— Вы знаете, куда отправился южноамериканец, покинув этот дом?

— Нет, сэр. Он сам вынес свой чемодан. Не думаю, чтобы кто-нибудь в доме, кроме мистера де Витта, знал о нем больше меня, сэр. Даже миссис и мисс де Витт.

— Кстати, Джоргенс, откуда вам известно, что он южноамериканец?

Джоргенс кашлянул в пергаментную ладонь.

— Миссис де Витт однажды спросила об этом мистера де Витта в моем присутствии, сэр, и мистер де Витт ответил, что мистер Макинчао из Южной Америки.

Друри Лейн кивнул и закрыл глаза, потом открыл их снова и осведомился:

— Вы не припоминаете других посетителей, которые могли прибыть из Южной Америки?

— Нет, сэр. Мистер Макинчао — единственный испанский джентльмен, который бывал здесь.

— Отлично, Джоргенс. Я очень вами доволен. А теперь, пожалуйста, позвоните мистеру де Витту, скажите ему, что звоните по просьбе мистера Друри Лейна и что я прошу его срочно встретиться со мной за ленчем.

— Да, сэр. — Джоргенс подошел к аппарату, набрал номер и попросил к телефону брокера. — Мистер де Витт? Это Джоргенс, сэр… Здесь мистер Друри Лейн, сэр, и он просит, чтобы вы встретились с ним сегодня за ленчем… Он говорит, что это срочно, сэр… — Джоргенс отвернулся от аппарата: — Биржевой клуб в полдень вам подойдет, мистер Лейн?

Глаза Лейна блеснули.

— Великолепно, Джоргенс.

Выйдя к лимузину, Лейн сказал Куоси, пытающемуся ослабить воротник:

— Мне пришло в голову, Куоси, что твои таланты наблюдателя много лет пропадали впустую. Как насчет того, чтобы временно стать детективом?

Машина тронулась, и Куоси отчаянным усилием оторвал воротничок от морщинистой шеи.

— Как скажете, мистер Друри. Черт бы побрал этот воротник!..

Лейн усмехнулся:

— Должен извиниться за то, что даю тебе маленькое поручение, но, в конце концов, ты новичок в этой игре… Покуда я буду заниматься другими делами, потревожь всех южноамериканских консулов в Нью-Йорке и найди того, кто может связаться с неким Фелипе Макинчао — высоким, смуглым, усатым южноамериканцем, возможно, с примесью индейской или негритянской крови. Настоящий Отелло, Куоси… Надеюсь, ты понимаешь, что должен действовать осмотрительно. Мне бы не хотелось, чтобы инспектор Тамм или окружной прокурор Бруно узнали, в каком направлении я действую. Comprende?[33]

— Макинчао, — повторил Куоси, теребя бороду коричневыми пальцами. — Интересно, как пишется эта фамилия…

— Ибо, — продолжал мистер Друри Лейн, — если инспектору Тамму и прокурору Бруно не хватает здравого смысла расспросить дворецкого де Витта, они заслуживают того, чтобы пребывать в неведении.

— Он слишком много говорит, — сурово промолвил Куоси тоном человека, который проводит большую часть жизни слушая.

— Напротив, — пробормотал мистер Друри Лейн. — Он говорит слишком мало.