Седьмой уровень - Миюки Миябэ

Он пожал плечами.

— Пойду, разбужу ее.

Когда он вошел в семьсот седьмую квартиру, она уже проснулась и встала с кровати. Более того, стояла босиком возле окна. Тонкие, изящные лодыжки невольно приковали его взгляд.

Услышав шаги, она обернулась, заулыбавшись.

— Доброе утро.

— Доброе утро… Как тебе удалось дойти до окна?

— На своих двоих. Не волнуйся, я в состоянии сама передвигаться, ощупью и соблюдая осторожность.

Придерживая рукой штору, она повернулась лицом к окну.

— Кажется, сегодня тоже хорошая погода.

Он опасливо приблизился к ней и встал рядом. Она не ошиблась, сегодня так же, как вчера, ярко сияло солнце, небо, как голубой шелк, простиралось над головой.

— Чувствуешь лучи?

Подставляя лицо солнцу, она кивнула. Пушок на щеках золотисто поблескивал.

— Как ты поняла, что вошел именно я?

— Ты же сам вчера сказал, что придешь меня разбудить.

— Так-то оно так, но…

Шаловливо улыбнувшись, она повернула к нему ясные глаза — невозможно было поверить, что они незрячие.

— У этого человека, у Саэгусы, какие-то проблемы с ногой, да? — шепотом спросила она.

— Ты правда не видишь? — удивился он.

— Такими вещами не шутят.

— Как же ты догадалась, что он прихрамывает?

Она небрежно повела глазами вниз, указывая на его ноги.

— По звуку шагов. Он как-то неровно ходит. Но какая нога у него повреждена, этого я сказать не могу.

Некоторое время он молчал, глядя на нее.

— Он прихрамывает на правую ногу, — наконец сказал он. — Совсем немного. Как будто вывих. Издалека не заметно. Он и сам небось не осознает.

Она покачала головой:

— Сомневаюсь.

Он промолчал. Его поразили острота ее слуха и проницательность.

— Ты что-нибудь вспомнил, проснувшись? — спросила она.

Вместо ответа он только вздохнул.

— Ничего?.. Я тоже.

— Саэгуса, он, в общем… — начал он.

— Ну же, говори.

— Он предложил нам взять какие-нибудь имена. Я отказался.

Откинув пальцами волосы за уши, она тем же машинальным жестом разметала их по спине.

— И правильно сделал. Я не хочу носить чужое имя.

— Я так и подумал.

Приоткрыв губы, она сощурила обращенные к солнцу глаза. Точно защищаясь от слепящего света.

— Ладно, мне надо одеться. Вчера, пока глаза еще видели, я успела заметить, что в шкафу есть женская одежда.

Он взял ее за руку и подвел к шкафу, снял с вешалки юбку цвета хаки и в тон блузку. Выбрать нижнее белье он не решился, и только показал ящик, в котором оно хранилось.

— Спасибо, оденусь я как-нибудь сама.

— Когда закончишь, позови. Я буду за дверью.

— Пожалуйста, если не трудно, убери все, обо что можно споткнуться на пути в ванную? Тогда я, держась стены, пойду умоюсь.

— Ты уверена, что осилишь?

— Постараюсь.

В общем и целом она вела себя на удивление спокойно и разумно. Трудно поверить, что только накануне ослепла. Ему вдруг пришло в голову, что, возможно, в какой-то период своего утраченного прошлого она уже испытала потерю зрения.

Повесив блузку на левую руку, правой стала нащупывать пуговицы. Задержавшись в дверях, он пристально наблюдал за ней, как вдруг ее рука замерла, она повернулась, обратив лицо прямо на него.

— Ну-ка, вон отсюда, — сказала она, надув губы.

Он засмеялся:

— Раскусила!

— Я чувствую, когда кто-то рядом.

— По запаху?

Повернувшись к нему, она потрясла маленьким кулачком, засмеялась:

— Извращенец!

После разговора с ней он несколько приободрился. Как бы там ни было, он покинул свой угол и вышел на середину ринга. Легкая ли у него поступь, способен ли он нанести меткий удар — это уже другой вопрос.

Саэгуса предложил перво-наперво тщательно обыскать квартиру.

— Вы уже нашли ксерокопию карты, глядишь, что-нибудь еще отыщется. У меня свежий взгляд, может быть, повезет.

Пока Саэгуса с головой ушел в поиски, он позвонил из семьсот седьмой квартиры в газовую и телефонную компании.

Она стояла рядом, прислушиваясь.

В газовой компании бойкий голос молоденькой девушки попросил его назвать свой телефонный номер. Испытывая ужасный стыд, он ответил, что не знает.

— Тогда ваш адрес?

Сказал. После двух минут тишины в трубке вновь заверещал голосок:

— Простите, что заставила вас ждать. Это «Палас», квартира семьсот семь, правильно? Записано на имя Итиро Сато.[5]

Итиро Сато.

Невольно вырвалось:

— Это настоящее имя?

— Что?

— Нет, ничего, это я так.

Немного помолчав, девушка в трубке рассудительно сказала:

— Если человек назвался таким именем, как еще его могут звать?

— Другими словами, вы просто записываете имя, которое называет клиент.

— Да, разумеется.

— Получается, можно назвать и фальшивое имя?

— Ну… Получается, что так.

Он пытался вспомнить. Снимают квартиру. Или покупают дом. Какие действия необходимо предпринять, чтобы получить возможность пользоваться газом и телефоном?

— Каким образом происходит оплата?

— Мы присылаем квитанцию.

— Оплата… произведена?

— Нет. Газ был подключен десятого августа. Еще рано.

Десятого августа? Всего три дня назад!

Продолжая сжимать в руке трубку, он лихорадочно соображал, что еще надо спросить. Она быстро шепнула:

— Свидетель. Спроси, кто был свидетель.

— Что?

— По правилам при подключении газа обязательно должен присутствовать свидетель. Ну-ка, дай мне.

Разнервничавшись, она вырвала у него из рук трубку.

— Алло? Прошу прощения, у нас к вам еще один вопрос. Знаете ли вы, кто присутствовал в качестве свидетеля, когда подключали газ? Владелец квартиры? То есть сам владелец квартиры — Итиро Сато? Кто-нибудь помнит, что это был за человек? Прошу вас. Сложились такие обстоятельства, что нам необходимо это выяснить.