Бегемот и муза - Наталья Александрова

Но Марго уже почувствовала себя в своей стихии и закусила удила. Она аккуратно повесила сумочку на вешалку, чтобы потом долго не искать, сдула со лба прилипшие волосы, уперла руки в бока и пошла на цветастую тетку, выплевывая слова и шипя, как кобра перед прыжком:

– Это к тебе он ходит? Нашел тоже себе сокровище! Да ты же не женщина, а валенок в юбке!

– Сама ты валенок! Да тебе в таком платье только быков на арене дразнить!

Сегодня Марго с утра действительно вырядилась в ярко-красное платье. Во-первых, как она считала, красный цвет ей очень шел, а во-вторых, в красном она чувствовала себя уверенной и непобедимой. У Катерины же красный цвет вызывал совершенно непонятную ярость. Вернее, ярость вызвала сама наглая баба, ворвавшаяся к ней в квартиру с оскорблениями. Однако Марго шла на нее, красная, как революционная гвоздика, и неотвратимая, как девятый вал, и Катя решила временно отступить. Самое умное было бы выскочить на лестницу и попросить помощи у соседей, но Кате вдруг стало неудобно, уж слишком вульгарной была эта девица. Она схватила трубку и сделала вид, что набирает полицию. Марго несколько замешкалась, и Катерина, воспользовавшись паузой, сумела отпереть дверь и заскочить к себе.

Вид собственной комнаты ее несколько отрезвил. Она решила разобраться в ситуации.

Фурия вбежала в комнату следом за ней, не дав Кате запереть дверь, и остановилась на пороге.

Давненько она не была в таких апартаментах. Вернее, никогда не была.

Комната у Кати была большой, светлой, с окном необычной формы, которое украшали сшитые лично Катериной занавески. Одну стену от пола до потолка занимали стеллажи с книгами. Диван был покрыт разноцветным покрывалом, сделанным хозяйкой с большим искусством. Возле дивана стоял старинный торшер в виде букета тюльпанов, где бутоны играли роль светильников. На большом столе у окна были разложены яркие ткани и лоскутки.

Снова в голове Марго зашевелилась здравая мысль. Мысль эта заключалась в том, что ничто не могло связывать эту бабу с ее Володькой, примитивным, как инфузория, и толстокожим, как носорог. Но Марго подавила эту мысль в зародыше и привела себя в рабочую ярость.

– Я тебе сказала, чтобы ты и думать о нем не смела! – завела она прежнюю песню. – Он мой, когда захочу, тогда и брошу!

Катя оглянулась по сторонам, и на глаза ей попался Мамбазимбра. Ей показалось, что глаза у негритянского божества грозно сверкают. Мамбазимбра был недоволен, Мамбазимбра велел ей постоять за себя.

– Да что это такое! – закричала она едва ли не громче самой Марго. – Врывается какая-то зараза и начинает орать! Дрянь какая!

– Галоша старая! – ответствовала Марго. – Да ты в зеркало-то на себя погляди! Да ты ж его в два раза старше, а туда же… Да тебе бы о пенсии подумать, а ты все о мужиках да о мужиках…

Тут Катерина разъярилась по-настоящему. Какой женщине понравится, когда упоминают ее возраст, да еще в таких выражениях? Красное платье мелькало перед глазами и мешало соображать, так что ничего удивительного, что Катя совершенно забыла о своем соседе.

Прямо скажем, у нее и в голове не укладывалось, что неизвестная хулиганка в красном может приревновать ее к соседу. Она совершенно не воспринимала криминального жильца в комнате милой Зои Вениаминовны как мужчину. А поскольку за последнее время у самой Кати появился один знакомый мужчина, она решила, что красная девица явилась по его душу.

В процессе беседы Катерина успела отступить за шкаф. Марго тоже не была слишком настойчива – не пыталась переходить к активным действиям и пока работала только языком и голосовыми связками.

– Слышала? – надрывалась Марго. – Оставь его в покое, говорю тебе в последний раз!

– И не подумаю, – ответила Катерина как могла твердо. – Он мой, и я не собираюсь его тебе отдавать! Он сам ко мне пришел!

– Ах вот как? – Марго сорвалась с места и кинулась к шкафу, решив, что время активных действий наконец настало.

Шкаф покачнулся и чуть не свалился на Катьку, она едва успела отскочить. Пока она пыталась остановить падение шкафа, зловредная девица, нутром почувствовав, как ударить по самому больному, схватила яркие ткани, которые Катерина с любовью собирала по всем блошиным рынкам Европы, разбросала их и попыталась разорвать.

– Только не это! – простонала Катька и ринулась на обидчицу с кулаками.

Марго злорадно захохотала и с торжествующим криком вытащила из-под вороха лоскутков ножницы.

– На мелкие кусочки! – завизжала она. – Разрежу их на мелкие кусочки и спущу в мусоропровод!

Катерина пришла в ужас, и мысль о том, что в доме нет мусоропровода, нисколько ее не успокоила.

– Не смей!

Под руку как-то сам собой попался Мамбазимбра.

Не помня себя, Катя швырнула Мамбазимбру в ненавистную соперницу, которая сейчас угрожала не только ее личному счастью, но и любимой работе. Марго в это время несколько отвлеклась, пытаясь разрезать ткань. Когда работаешь с режущими предметами, надо внимательно смотреть, что делаешь, а то можно без пальца остаться.

Марго ослабила внимание, и Мамбазимбра попал именно туда, куда метила Катя – сопернице в голову. Негритянское божество здорово приложило нахалку по лбу, так что Катерине даже были видны искры, посыпавшиеся у Марго из глаз. Негодяйка бросила ножницы и осела на пол. Когда искры погасли и в голове несколько прояснилось, она разглядела негритянского божка, валявшегося поодаль, и завопила, показывая на самую выступающую и впечатляющую его часть:

– Ты что, сдурела? А если бы в глаз этой штукой попало?

– Убирайся из моего дома немедленно. – Катерина была непреклонна. – А не то еще не так попадет.

Но не в правилах Марго было отступать так быстро. Она поискала ножницы, не нашла, со стоном поднялась, заставила себя мобилизоваться и пошла на Катьку, растопырив оружие ближнего боя – ярко-красные длинные ногти. Катька сообразила, что сейчас ей будет плохо, и заорала наконец в полный голос:

– Караул! Помогите! Полиция!

И тут на пороге появился Владимир. Он открыл дверь своим ключом так тихо, что дерущиеся дамы этого не слышали. Нужно отдать ему должное: мгновенно оценив ситуацию, он зарычал на Марго:

– Стоять! Ни с места!

Марго от неожиданности застыла. Владимир отважно подобрался к ней поближе и, пользуясь общим замешательством, залепил здоровенную пощечину. Катя невольно охнула, а Марго как ни в чем не бывало встрепенулась и опустила наконец руки.

– Ты что это здесь делаешь?

Владимир выглядел очень свирепым. Он уже заметил разбросанные вещи, понял, что скандал в самом разгаре, после чего вспомнил, как его отмутузили двое довольно-таки умелых типов, которые явились, несомненно, по зову Кати. Совершенно ни к чему ему были очередные неприятности с соседкой.

– Ты зачем приперлась? Как ты меня выследила? – развернулся он к Марго.