Вечность продается со скидкой - Антон Леонтьев

– Игорек, не будь занудой, – пьяненьким голосом произнесла восходящая поп-звезда. – Мне так хорошо…

– Я тоже думаю, что это не несчастный случай, – высказалась Лиза. – Похоже на преднамеренное убийство. Но что все это значит?

Часы, тикающие в полной тишине, отмеряли уходящие секунды старого года. Енусидзе победоносно оглядел присутствующих и произнес:

– Мы имеем дело с любопытным случаем. Такого в моей многолетней практике еще не встречалось. Мы все в абсолютно равных условиях. Все под подозрением. Василия мог убить любой…

Заметив возражающий жест Кати Вранкевич, полковник покачал головой:

– Алиби нет ни у кого. Кроме разве что Елизаветы, которая пришла в кемпинг после того, как было совершено убийство. Смерть Найденовой – продолжение хорошо срежиссированного спектакля.

– Это означает, – произнес осторожно Дима Реутов, – что нам следует ждать еще одного убийства?

– Не говорите так! – закричала Настя Куликова. – Денис, я не хочу ничего слышать! Увези меня отсюда.

Она беззвучно заплакала. Куликов подхватил ее на руки и сказал:

– Моей жене требуется отдых. Я думаю, он нужен нам всем. Мне все равно, что здесь происходит, для меня важно одно – обеспечить безопасность Анастасии.

С этими словами он отправился к себе в комнату. Астролог тоже метнулся наверх. Поколебавшись, общество покинул и Виктор Антонов.

– Остались те, кому интересны мои предположения, – заключил Енусидзе. Он разворошил поленья в камине. Мириады оранжевых искорок взлетели вверх, погасая через мгновение. – Один из нас – убийца, – будничным голосом произнес полковник. – Он и затеял все представление, для чего собрал нас в «Серебряной поляне» под фиктивными предлогами. Никто, в том числе и я, не заподозрил, что дело нечисто.

– И что же нам теперь делать? – обреченно проговорила Ольга Гончарова. – Вы должны найти этого сумасшедшего.

– Именно – сумасшедшего, – сказал Енусидзе. – Как следует из странной записи на компакт-диске, которая прозвучала в первый день нашего пребывания здесь, все мы виноваты в преступлениях и не понесли наказания за них. Каждый из нас совершил убийство. По крайней мере, таково утверждение неизвестного.

– Как в «Десяти негритятах», – выдохнула Лиза. – Мы оказываемся в запертом пространстве и один за другим умираем.

– Тот, кто это организовал, серьезно болен. Он настоящий псих, – заявила Ирэн Аристарховна. – Я не понимаю, почему меня включили в этот список.

– Вы совершили преступление, уважаемая госпожа Костандилли? – спросил ее журналист Реутов.

– Нет, – слишком поспешно ответила та. – Я не понимаю и не хочу знать, о чем идет речь.

– А мне кажется, вы все хорошо понимаете, – заявил историк Сколышев. – Я могу признаться: да, я убил человека и совершенно в этом не раскаиваюсь. Я не собираюсь вам рассказывать об этом. И мне жалко того, кто взял на себя функции вселенского судьи.

Дискуссия затянулась далеко за полночь. Пояркина, окончательно придя в себя, приготовила легкий ужин.

– В любом случае мы не знаем, кто и зачем выкрал тело Василия, – сказал Енусидзе. – Я не вижу в этом особого смысла, но если мы являемся пешками в чужой игре… Нам нужно действовать.

– И что конкретно вы предлагаете? – спросила Лиза.

– Нам нужно найти убийцу, пока он не нанес следующий удар.

Вика Богатырева, пошатываясь, с трудом поднялась по лестнице. Она не любила алкоголь, но сегодня была рада, что напилась. На душе стало так весело и спокойно. Совсем как в тот раз…

Она отогнала от себя мысли о прошлом. Нет, то, что произошло, навсегда останется в недрах ее памяти. Сегодня, когда астролог при всех заявил, что она убила двух человек, Вика сильно испугалась. Испугалась – не то слово. Откуда он узнал правду? Неужели прочел по ее ладони?

Игорь остался внизу. Они все болтают и болтают. Вика не хотела говорить, она мечтала об одном – оказаться как можно дальше от этого кемпинга.

Она закрыла за собой дверь. Проверила замок два раза. Игорь, если захочет вернуться, постучит. Потом напустила полную ванну воды, полежала в ней, ни о чем не думая.

После ванны Вика уселась перед большим зеркалом. Посмотрела на свое лицо. Нет, жюри не ошиблось, когда присудило ей первое место. Победа на конкурсе красоты в родном городе принесла ей известность. Но какой ценой все это ей далось!

Вика Богатырева родилась в семье, которую принято называть неблагополучной. Отец, работавший плотником, напивался через день. Мать, грузная забитая женщина, постоянно рожала. Вике, сколько она себя помнила, всегда приходилось следить за орущими братьями и сестрами. Она ненавидела свою многочисленную родню.

Девочкой она росла привлекательной, отец все удивлялся, откуда в их семье такая красавица. Поэтому часто колошматил мать, обвиняя ее, что забеременела не от него. В итоге ему дали полтора года, и семья с облегчением вздохнула. Старшие дети уже учились в ПТУ, Вика мечтала о большем. Она с трудом закончила девять классов. Знания никак не умещались в ее очаровательной головке. Зато природа щедро одарила ее хитростью.

Настали новые времена, когда школьники забыли о строгих правилах и пионерском галстуке. Вика понимала, что нравится молодым людям, но не хотела, как многие, довольствоваться малым. Ее бесил вышедший из тюрьмы отец, который окончательно спивался, нервировала безропотная мать. В особенности же Вике не хотелось и дальше жить в бедности. Она с завистью присматривалась к нарядам и украшениям подруг.

– Дурочка, ты думаешь, что это все родители? – просветила ее лучшая подруга. – Найди себе папика, он будет у тебя в ногах валяться и умолять, чтобы ты приняла от него новую шмотку.

Вика знала о том, что некоторые одноклассницы уже давно поддерживают отношения с пожилыми бизнесменами. Девушки не таясь приезжали на занятия в тонированных иномарках, которые забирали их через несколько часов. Учителя делали вид, что ничего не замечают.

– Хочешь, познакомлю? Ты такая лапочка, будешь иметь колоссальный успех.

Вика не нашлась что ответить. С одной стороны, ее очень манила перспектива в скором будущем приобрести дорогие вещи. Но она не хотела становиться проституткой. И все же, в очередной раз получив от матери отказ на просьбу купить ей новые джинсы, Вика согласилась на встречу.

Смотрины прошли на квартире папика. Он оказался невысоким, похожим на колобка кавказцем с потными руками и широкой златозубой улыбкой. Вика поразилась роскоши, с которой была обставлена его квартира.

Однако это не могло избавить ее от ощущения гадливости, когда новоявленный ухажер полез к ней с объятиями. От него пахло коньяком. Вика оттолкнула кавказца и быстро выбежала из квартиры, слыша вслед негодующие вопли разъяренного папика.

– Ты лишилась очень ценного кадра, он у нас в городе держит два рынка, – сказала ей на следующий день подружка. – Ты ему на глаза больше не попадайся, а то он оскорблен, считает себя неотразимым красавцем и первоклассным любовником.