Вечность продается со скидкой - Антон Леонтьев

– У него это получилось, – отчеканил Петр Сколышев. – Так-так, Вика, у меня нет оснований верить господину звездочету. Вся эта астрология – лженаука. Но вы должны сказать: это правда?

– Заткнись! – прохрипел банкир Никольский. – А то и тебе сейчас достанется.

– В отличие от Генриха, я смогу за себя постоять, – ответил историк. – Я занимался айкидо. Так что, господин финансист, учтите: распускать руки вам никто не позволит.

– Он врет, врет! – Вика трясущимися руками взяла бокал с коньяком. – Вы же мне верите! Вы должны мне верить! Я никого не убивала, это все выдумки астролога! Он сумасшедший!

– Конечно, верим. – Катя Вранкевич дружеским жестом обняла Вику за плечи. – Мы все на взводе, у всех расшатаны нервы, так что постараемся быть терпимее друг к другу.

– Зачем он так говорит? – произнесла плаксивым голосом Вика.

Обед, который начался в дружеской атмосфере, завершился странным образом. Все разошлись в молчании. Ирэн Аристарховна, дождавшись, пока Вика и Никольский уйдут, покачала головой: – Девочка что-то определенно скрывает. Кто бы мог подумать, что она способна на убийство… С ней нужно быть осторожнее.

– Вы верите словам астролога? – усмехнулась Лиза. – Тогда мне вас жалко.

Костандилли фыркнула и, заняв удобное кожаное кресло, включила телевизор.

– Вот вам и Вика, – сказала Марина Реутову, который помогал ей собирать со стола грязную посуду. – А с виду такая беззащитная и сладкая, как приторная шоколадная конфетка.

Журналист ответил:

– Кузнецов, как мне кажется, специально устроил представление. Он преследует собственные цели, пока неясно, какие именно. Он очень подозрительная личность.

– Мы все подозрительные личности, – сказала Марина.

Галина Егоровна Найденова, отдохнув полтора часа после обеда, проследовала в бассейн. Слава богу, там никого не было. В особенности ее раздражали два человека – девчонка Вика, которая устроила за столом истерику, и увешанная драгоценностями Ирэн. Галина Егоровна с удовлетворением подумала, что Вика со временем превратится в такую же особу – стервозную, всех поучающую. И, увы, жутко богатую.

Найденова с удовольствием поплескалась в бассейне. Небольшой, овальной формы, он был заполнен прохладной водой. Галина Егоровна никогда не обременяла себя лишними размышлениями. Она не знала, кто и зачем пригласил ее в этот кемпинг, и понятия не имела, кто совершил убийство. Ей это было безразлично.

Наплававшись вдоволь, Галина Егоровна поднялась на выложенный разноцветным мрамором пол, взяла полотенце и энергичными движениями стала растирать тело. Кровь должна циркулировать по всему организму, только так он насыщается кислородом, это стимулирует обновление клеток и замедляет старение. После растираний последовал комплекс упражнений. Приседания, наклоны…

Галина Егоровна была так увлечена, что не заметила подошедшего человека. Он уже давно наблюдал за ней. Пора. Найденова присела в очередной раз, человек вынул из-за спины электрошокер. Всего один укус – и Галина Егоровна без чувств повалилась на пол.

Человек столкнул ее тело в бассейн, опустил лицо Найденовой в воду, выждал для верности несколько минут. Вторая жертва умерла.

Тщательно вытерев электрошокер, убийца отправил его на дно бассейна. Тело Галины Егоровны застыло в расслабленной позе. Создавалось впечатление, что она отдыхает на воде. Если бы не одна деталь – ее лицо было погружено в воду.

Убийца прислушался к мерному гулу ветра. Все рассчитано абсолютно верно. Еще неделя, даже меньше, – и цель сатанинского предприятия будет достигнута.

– Она… Она там! В бассейне! Мертвая! – с дикими воплями в гостиную ворвалась Вика. В легкомысленном халатике она выглядела более чем соблазнительно. – Помогите!

– В чем дело? – надменным тоном спросила Ирэн Аристарховна. – Не кричите, Виктория, а толком разъясните, что произошло.

Привлеченные криками, из библиотеки показались Дима с Катей, выглянула встревоженная Пояркина, появился Никольский.

Вику била крупная дрожь, она бросилась на шею к банкиру.

– Игорек, забери меня отсюда! – прошептала она. – Я пошла в бассейн. А там – еще один труп…

– Чей именно? – быстро спросил Енусидзе.

– Не знаю, я подумала, что ее, – Вика ткнула пальцем в Ирэн Костандилли.

– Как видите, я живая, – разгневанно заметила Ирэн Аристарховна. – Может, не следует так много пить коньяку, милочка?

Енусидзе, не обращая внимания на ее слова, взял Вику за руку.

– Нам необходимо убедиться, что все в порядке. Из женщин я не вижу Татьяну Живаго, Лизу, Лидию Ивановну и Найденову. А, и еще супругу Гончарова.

Целая процессия направилась в бассейн. Первой ахнула Катя.

– Боже, это Галина Егоровна, – прошептала она. – Ей стало плохо в воде, или она поскользнулась и упала в бассейн.

– Тело достану я, – сказал Енусидзе. Никто, в принципе, и не собирался ему помогать. Он в одежде бросился в воду. Тело колыхалось на волнах посередине небольшого бассейна.

– Искусственное дыхание, – сказала Настя Куликова. – Быстрее, я умею его делать.

– Не потребуется, – отмахнулся Николай Кириллович. – Эй, банкир, помогите вытащить тело!

Игорь Никольский нехотя подхватил труп и помог Енусидзе. Остекленевший взор Найденовой вперился в потолок.

– Она мертва, – сказал полковник. – Утонула часа полтора-два назад.

– Боже, нам только этого не хватало, – вздохнула подошедшая Лидия Ивановна. – Бедная Галя, она умерла из-за собственной тяги к здоровому образу жизни.

– Сердечный приступ, – произнесла Лиза, склонившись над телом. – Одна из возможных версий.

– Какой приступ! – громогласно заявил Енусидзе. – Это никакой не приступ. Найденова была здорова, как крокодил. Она бы всех нас пережила. Ей помогли умереть. Я в этом уверен.

– Что, неужели еще одно убийство? – в ужасе произнесла Настя Куликова. – Этого не может быть!

– Не нагнетайте обстановку, пока ничего не ясно, – дрожащим голосом заявил Сколышев. – Похоже, вы специально пугаете присутствующих.

– Все в порядке, в полном порядке, – несколько истерично заметил Генрих Кузнецов. Он позеленел и тоже заметно дрожал. – Женщина занималась на тренажерах, потом пошла в бассейн, сердце не выдержало. Все ясно. И давайте отнесите ее куда-нибудь подальше.

– Что это вы тут распоряжаетесь – возмутился старший Гончаров. – Какого только черта я согласился ехать в этот кемпинг! Встречали бы Новый год у себя дома…

– Сегодня двадцать девятое декабря, – произнесла в задумчивости Катя Вранкевич.

– А настроение такое, будто впереди не праздники, а похороны, – сказал молчавший до сих пор Саша Гончаров.