Десять карат несчастий - Марина Серова

Я пожала плечами… Что, мол, с дурака возьмешь?

— А проводить-то тебя можно? — спросил Владик. — Я — мужик и то в такое время боюсь один ходить.

От его слов я едва не поперхнулась. Он и сам понял, что сморозил глупость, и чуть-чуть смутился.

— Меня иномарка за поворотом ждет! — отрезала я и решила попусту не тратить времени.

— Ага, катафалк с музыкой, — усмехнулся Владик.

Иногда чужая ирония делает меня несносной, а иногда творит чудеса, заряжая меня энергией, как аккумуляторная батарейка. Это был как раз тот случай.

— Ладно, давай знакомиться, — согласилась я, — Татьяна Иванова.

Оказалось, он обо мне наслышан, но встретить даже не мечтал и теперь благодарит провидение. Куда ему, хирургу городской клинической больницы Владиславу Васильевичу Самойлову, угнаться за Ведьмой — легендой тарасовского сыска!

«Подвела тебя, голубушка, хваленая интуиция!» — злорадствовал внутренний голос.

— До недавнего времени все шло прекрасно, — откровенничал Владик о своем неудачном браке. — Она богата и…

— …жил ты безбедно. — Я то и дело прерывала его рассказ ехидными репликами.

— Да неуместен твой сарказм! — воскликнул он. — Конечно, она меня практически содержит, а это, к твоему сведению…

— Представляю, как тебе тяжело!

— Но она не лезла в мои дела. А тут вот недавно на автоответчике я случайно прослушал адресованное ей сообщение…

«Так уж и случайно», — усомнилась я, но вслух высказаться не решилась. Если я соглашусь на него работать, то придется изображать уважение. Хотя откуда у него деньги? Если только…

— Продолжай, — подбодрила я. — От кого сообщение?

— Точно не знаю, — он сощурил один глаз, получилось очень забавно, — но думаю, от любовника.

— Текст?

— Дословно передать не могу, но что-то вроде того, что развод — это опасно, а убрать меня необходимо.

— Почему опасно?

— Я не знаю.

— Странно. Должны же у тебя быть хоть какие-то предположения? Ведь не каждый день замышляют твое убийство.

— Может, я оказался случайным свидетелем?

— Маловато информации, вот что я тебе скажу. От меня-то ты чего хочешь?

— Танечка, нас же судьба свела. Может, ты на нее компромат соберешь, а? Я жить хочу, — говорил Владик очень жалобно, но не на ту нарвался. От его «может» меня коробило, кроме того, тревожил вопрос кредитоспособности «типа».

— Иными словами, ты мне поручаешь слежку за своей благоверной и охрану твоей персоны, — подвела я итог нашему разговору, который продолжался от самой остановки вплоть до моей квартиры. На шестой этаж мы поднимались пешком — лифт, как всегда, не работал. — Двойная работа, — продолжала я, — плюс использование машины, подслушивающих и подглядывающих устройств. Это будет дорого стоить.

— Расплачусь, не волнуйся.

— Подозреваю, деньги тянуть будешь у жены. А когда все раскроется? Не боишься?

— А мне терять нечего, — заявил Владик, и я ему поверила.

— Чем занимается супруга?

— В основном косметикой. Сейчас налаживает новую линию. Что-то с травами связано.

Я отметила в уме — фитокосметика. Где-то и что-то я про это уже слышала.

— Ее зовут Самойлова Ангелина Михайловна. Она руководит фирмой «Цирцея», — продолжал говорить Владик, как автомат. — В ее ведении, кажется, есть салон красоты и две парикмахерские.

— «Цирцея», «Цирцея», — повторила я следом за ним. — Да это же миссис Визаж, как же я сразу не догадалась! Вот это у тебя жена!

— И ты туда же, — произнес Владик разочарованно, уловив в моем голосе нотки невольного восхищения.

— Ладно, к делу, — сказала я. — У меня обычная такса: двести баксов в сутки. Аванс за пять суток — и по рукам.

— По рукам! — обрадовался заказчик. — В крайнем случае, машинку продам.

— Какую еще машинку?

— Подарок жены, — усмехнулся он, — темно-вишневую «девятку». Красавицу, — добавил Владик с гордостью.