Упраздненный ритуал - Чингиз Абдуллаев

— Правда или нет?

— Ну, правда. Они действительно поспорили. Только развеРауф умел спорить? У него всегда были такие печальные глаза. Мы однаждыкостюмированный бал устроили, и все надели маски, так я его тогда по глазамузнала. А у Вовы глаза были другие…

— Не печальные?

— Нет, конечно. Глаза победителя. Как у вас. Когдавидишь глаза мужчины, сразу понимаешь — лев он или заяц. Большинство — зайцы,ну а некоторые — шакалы.

— Будем считать, что я понял вашу зверинуюклассификацию, — пробормотал Дронго, — но мне непонятно, почему вамне нравятся глаза победителя. По-моему, это нормально для мужчины.

— Нет, не нормально, — они смотрели друг другу вглаза. Она выдержала его взгляд. — Такие мужчины бывают одиноки, —прошептала Светлана, — с ними рядом не бывает женщин. Они им не нужны.Такие мужчины самодостаточны. Только у Вовы глупая самодостаточность, онсчитает себя красивее и умнее других, а у вас, очевидно, — от сознаниявашей силы. Вы ведь не женаты, верно?

Дронго отвел глаза и посмотрел на Вейдеманиса. Тотусмехнулся.

— Женат, — вдруг сказал Дронго с огромнымудовольствием, — и моя жена ждет ребенка.

— Возможно, я ошибаюсь, — сказала Светлана, —только бедному Игорю от этого не легче.

— Скажите нам, Кирсанова, где вы были в моментубийства? — решив, что пора вмешаться, спросил Ахмедов.

— Прошла в конференц-зал. Нас как раз сопровождалисотрудники полиции. Я еще подумала, что иду с эскортом полицейских. Мы быливместе с Лейлой Алиевой. Когда погас свет, мы потеряли друг друга, а потом вынас сюда позвали, и я узнала об убийстве Игоря.

— Вы замужем? — уточнил Ахмедов.

— Это имеет отношение к убийству Игоря? — спросилаона. — Нет, я не замужем. Разведена, у меня дочь.

— Чем занимается ваш муж? — Ахмедов поднялся иподошел ближе, словно хотел заявить свои права на эту красивую женщину.

— Он был режиссером в ТЮЗе. Сейчас работает в какой-токоммерческой структуре, точно не знаю.

— А сами вы где работаете?

— В английской фирме. Ее филиал открылся у нас два годаназад. Они занимаются полиграфическими услугами. Их офис в старом городе, вИчери-шехер.

— Совместная англо-бельгийская фирма, — вспомнилАхмедов, — она арендует целое здание. Кем вы там работаете?

— Кем я могу работать? Секретарем директора по связям.Мистера Сервиса.

— Это его фамилия? — не поверил Ахмедов.

— Да. Мистер Джордж Сервис.

— Сколько вы получаете? — подозрительно спросилАхмедов.

— Много. И налоги плачу большие. Или вы хотите, чтобы яплатила еще больше? Ахмедов сконфуженно посмотрел на Дронго, потом прошел насвое место. У этой женщины язык, как бритва.

— Вы знаете английский? — спросил Дронго, чтобыдать ей возможность успокоиться.

… — Знаю, — кивнула она, — не в совершенстве, нонеплохо.

— Интересная работа? — тихо спросил Дронго,подходя к ней.

— А как вы думаете? — она скривила губы. —Тоже мне, апостолы цивилизации. Ни один из приехавших сюда англичан не читал идесятой части тех книг, которые читали мы. Про Уэллса и Моэма они даже неслышали. Я уже не говорю о других. Им это не нужно. Для них главное — бизнес.Кто такой Гофман, не знают. Про братьев Гримм никогда не слышали. Такое ощущение,что их растили в инкубаторах.

— У вас, очевидно, работают не самые лучшиеинтеллектуалы.

— Вот именно, — кивнула она, — интеллектуалы.Занимаются полиграфией, а сами ни черта не смыслят в писателях. Вот оматериалах для обложки или о красках они могут говорить часами. Или о ценах набумагу.

— А уйти вы не можете, — закончил за нееДронго, — другой работы сейчас нет.

— Конечно, нет. Иначе бы давно на все плюнула и ушла.

— С мужем отношения поддерживаете?

— Нет. Давно разошлись. Три года назад. Мой брак былошибкой. Еще что-нибудь интересует?

— Ваши бывшие одноклассники вспоминали, как он приезжалк вам на встречу. Перед тем, как вы уехали в горы.

— Ну вот тогда последний раз и встречались. Он оказалсяслабым человеком, пил сильно, в общем, что говорить. Сейчас даже о дочери редковспоминает.

— Девочка живет с вами?

— Нет, с бабушкой, моей матерью.

— Извините меня за следующий вопрос. У вас были близкиеотношения с Керимовым?

Она посмотрела ему в глаза. Что-то мешало ей соврать. Или,как обычно, схамить.

— Я должна обязательно отвечать?

— Желательно.

— Не можете успокоиться, пока не устроите мне душевныйстриптиз, — она вздохнула, — ладно, скажу. Только жене покойного несообщайте. Пусть думает, что он был ангелом. Не был он ангелом. И я ангелом небыла. Достаточно? Или нужны подробности?

— Не нужны. А с Габышевым?

— Что с Габышевым? Можно подумать, что вы ничего незнаете. Вчера ваших стукачей Вова засек в ресторане. Знаете ведь, где я былаэтой ночью.

— Вы были с ним, — сказал Дронго.

— Вот именно. Мы с ним старые друзья, такие старые, чтоиногда кажемся друг другу мужем и женой.

— Вы с ним давно встречаетесь?

— Давно. Еще до замужества. Только я при муже ни с кемне встречалась. Думала, выйду замуж и буду нормально жить. Куда там. Невезучаяя, наверное. Это я Вове со своим мужем изменила. Он ведь моим первым мужчинойбыл, а я — его первой женщиной. Вся школа следила, как мы встречаемся. Потом мыпоссорились, и он уехал. А я назло ему замуж вышла за такого фендрика. Ну а потомпожалела. Поэтому вы меня больше про Вову не спрашивайте. Он тоже не ангел.Только среди наших ребят убийцы не может быть, это я точно знаю. Нет у настаких нелюдей. Нет. Это кто-то нарочно делает, чтобы ребят подставить. Никто изнаших на такое не способен.

Дронго заметил движение Вейдеманиса и кивнул ему, даваявозможность задать вопрос.

— Госпожа Кирсанова, — спросил Эдгар с характернымприбалтийским акцентом, — а вы не интересовались, где именно работает вашмуж?

— В фирме какой-то. Водой торгуют. А почему выспрашиваете? — она повернулась к нему. Этот человек, говоривший сакцентом, был ей интересен.

— Вы только что сказали, что никто из ваших ребят немог на такое пойти. А если убийца — кто-то со стороны? Он, например, знает, чтовы встречались с Габышевым или с Керимовым. Или не знает точно с кем, нозлится, видя ваши отношения с бывшими одноклассниками. Творческий человек,бывший режиссер, а вы его оттолкнули. Да, похоже, никогда и не любили. Дажевстречаться с ним не хотите. Может, он взял нож и решил таким необычнымспособом отомстить вашим одноклассникам. Как вы полагаете?