Умножающий печаль - Георгий Вайнер

— А государственная бюрократия и оппозиция?

— Государственная бюрократия существует вечно, и вечно она борется с любой инициативой, которая ограничивает ее власть. Бюрократию надо воспринимать как дурной климат. Ей надо противостоять, как плохой погоде. Ну а оппозиция… А что она может? Она бесплодна. Она не способна предложить народу реальной альтернативы. Прошли времена, когда люди верили, будто наши любимые пищевые жиры — пушечное сало и ружейное масло. Люди выросли, поумнели, они плевали на лозунги, а хотят они нормальной сытой благополучной жизни. И я готов им помочь в этом…

Я вывел пультом звук, повернулся к Кузнецову:

— Что у нас сегодня?

— Совещание по состоянию биржи, — взглянул помощник в ноутбук. — В десять — деловой завтрак с президентом Би-би-би, «Бостон бизнес бэнк». Просится к вам на встречу Гаглоев — надо определить нашу позицию с еврооблигациями, он уже говорил с вами.

— Экспертное заключение есть?

— В вашей рабочей папке.

— Я посмотрю, к вечеру сообщу решение. Что с «Макрокомп глобал электроникс»?

— Билл Хейнс выставил банковские гарантийные письма и аффидевит о готовности подписать договор. На этой неделе у вас встреча с вице-премьером Завалишиным — все финансовые и технические документы готовы. Нужно решение правительства…

— Собери рабочую группу, девять миллиардов — не шутка, надо будет еще раз прогнать доклад. Я обязательно буду, все должно быть отполировано, как котовьи яйца!

— Я думаю, что там все в порядке — ребята очень серьезно поработали, — сказал Кузнецов.

— Может быть, — кивнул я. — Правда, я знаю, что если тебе кажется, будто все в порядке, — значит, ты просто плохо информирован…

Сказал и задумался, забыл о Кузнецове. Какое ужасное внутреннее напряжение, щемящий звон тревоги в душе, торопливый, испуганный колотун сердца! Как хочется — хоть бы на день — животного пейзанского покоя. Как избавиться от этого вечного нервного тремора?

Пустое! Это невозможно. Физиология. Адреналиновые бури в злой азартной крови. Пустое! Тряхнул головой, услышал, как Кузнецов что-то говорит мне. Я спросил:

— Что там еще?

— Заседание правления, отчет ревизоров о работе Воронежского металлургического — похоже, там у нас воруют.

— Оторвите голову, остальное — в прокуратуру… Решите без меня.

— Балясный хочет вам доложиться. Предлагает купить бывший санаторий ЦК в Сочи, перестроить в пятизвездный отель. Очень высокая рентабельность…

— На фиг! Сейчас на Кипре и в Турции отдыхать дешевле. И пусть Балясный подсчитает, сколько мне будет стоить выкурить оттуда мафию! Нет, это мимо кассы…

— Кстати, Александр Игнатьич… Шеф службы безопасности Алексей Кузьмич хотел переговорить по деликатному вопросу.

— В четыре. Дай ему десять минут. Все?

— Вам должна быть представлена команда имиджмейкеров — это люди Краснова, игроки профессиональные.

— Завтра в десять. Еще?

— Приглашения на праздник песни, оргкомитет кинофестиваля, презентации, юбилейные банкеты, премьеры, открытие выставок, концерт Патрисии Каас, личная просьба Маслякова вручить призы победителям КВН. Общим числом двадцать семь…

— Прекрасно. Всем разослать письма, поздравления и пожелания. Праздных — поблагодарить. Нужных — обнадежить моей уверенностью в нашем сотрудничестве. В будущем…