Пурга - Андрей Кивинов

Над городом кружились желтые листья, с тихим шорохом ложась под ноги прохожим. Осень. Не спрятаться, не скрыться. Интересно, а листьям снятся сны? Господи, о чем это он?.. Нервы. Еще бы. Проблема за проблемой. Почему этот маньячный урод выбрал именно их территорию? Ну, как почему? Здесь лесопарк, место для подобных проказ удобное. И маскироваться легко, и уходить. Хорошо, из потерпевших никто не умер, хотя трое до сих пор в больнице.

И как назло, все это происходит в конце года. Даже если поймать сейчас, то раскрытия в зачет не пойдут. Пока следствие, пока суд… А показатели нужны именно в этом году. И не потому, что Евгений Александрович так уж опасался происков нового шефа. Скорее, привычка. Просто, как сотрудник старого закала, он дорожил каждой «палкой» и был готов ради нее на подвиг. Но при этом никогда не переходил моральную границу. «Палки должны быть честными», — любил повторять он на служебных совещаниях. Никаких подкинутых наркотиков или патронов, никакого шельмования. Человек должен сесть в тюрьму сам. По доброй воле. Ну, в смысле, за дело. Находка с библиотекой данному принципу не противоречила. Нечего книги зажимать, культура и так на ладан дышит.

И вообще, ежели гад виновен, но улик не хватает, то можно с доказухой и «помочь». Но только при стопроцентной уверенности в виновности. Чтоб окончательно не борзели и на гнилую правозащитную демократию не рассчитывали. Чтоб знали: не перевелись еще Жегловы на Руси Великой.

Надо приниматься за бумаги, но отходить от окна не хотелось. Он любил осень. Граждане уже вернулись с дач и из отпусков, и количество квартирных краж сокращалось. Правда, возрастала уличная преступность, особенно грабежи в отношении школьников, но такие преступления раскрывать легче, все-таки жертва видит обидчика — есть зацепки.

Такой же вот осенью он пришел на службу в район. Так же дождь стучался в окно… Сколько ему тогда было? Двадцать три или двадцать четыре? Эх, годы молодые… Первое самостоятельное дежурство, первая потерпевшая. Девушка. Студентка колледжа котельного оборудования, второй курс, девятнадцать лет. Внешность — на тройку с минусом. Слегка картавит, очки, брекеты на зубах. Возвращалась после лекции в общежитие. В неуютной подворотне молодой неандерталец вырвал сумку с конспектами. Обычная сумка, не «Birkin» какой-нибудь. И неандерталец обычный, не Бельмондо. Правда, такой же здоровый. Но рванул так, что чуть руку из туловища не выдернул.

— Понимаете, — глотая слезы, картавила будущий спец по котельному оборудованию, — конспекты не самое главное, их переписать можно… У меня в сумке еще кое-кто был…

— Деньги, золото, документы?

— Нет, что вы… Динозаврик… Гоша.

— Чего?!. Какой динозаврик?

— Тамагочи… Если через четыре дня его не покормить, он умрет.

Девушка зарыдала так, как не рыдают плакальщицы на похоронах эмира.

— Я его столько растила… Как теперь без Гошеньки-и-и?!

Заглянувший в кабинет участковый, увидев слезы, тут же запер дверь, не став беспокоить оперативника по поводу чистого стакана.

— Ну, успокойтесь, успокойтесь, — милицейский новобранец налил воды из графина. — Вот, попейте. Увы, в этом мире нам не прожить без потерь.

Как учили на курсах, первым делом потерпевшего надо успокоить.

— И что теперь? Вы найдете его? — жадно глотая нефильтрованную воду, спросила студентка.

— Кого? Гошу или грабителя?

— Конечно Гошу. Зачем мне грабитель?

— Постараемся. Приложим все усилия.

Второе правило — пообещай разбиться в лепешку. Людям это импонирует, и они не сразу бегут жаловаться в прессу и в прокуратуру.

Затем он записал объяснение. Студентку звали Ларисой. Не местная, не великобельская. Из поселка городского типа. Не замужем. После окончания лицея вернется в родительский дом — начало начал. Больше просто некуда, а там причал. На причале есть работа по будущей специальности — небольшая котельная. Там трудился папа. Там и умер. И она умрет там же. Трудовая династия.

— Ущерб для вас значительный?

— Конечно! Он же… Он же. Как ребенок…

— Я имею в виду материальный ущерб.

— И материальный тоже. Я три стипендии за него отдала. Одним хлебом питалась. А этот… Сволочь…

Студентка снова заплакала.

— Прочитайте и распишитесь.

Лариса минут десять читала собственное объяснение, словно это было завещание, где важна каждая запитая.

— Все правильно?

— Тамагочи пишется через «а», а сволочь — с мягким знаком.

— Это не принципиально.

— Тогда правильно.

Она взяла протянутую автоматическую ручку и поставила противную закорючку.

— Теперь заявление… Я продиктую… Начальнику районного управления внутренних дел от такой-то, такой-то, проживающей там-то, сям-то. Прошу принять меры к розыску динозаврика Гоши и учебных конспектов, отобранных у меня неизвестным мужчиной по такому-то адресу при неизвестных обстоятельствах.

— Но они известны.

— Такова форма… Число, подпись… Написали? Отлично. Теперь сходим на место, покажете, где конкретно это случилось. Мне надо осмотреть место происшествия.

Третье правило — прими меры к обнаружению и закреплению следов.

Никаких следов Евгений Александрович не обнаружил, хоть и осмотрел, ползая на карачках, каждый сантиметр подворотни. Правда, нашел десяток хабариков от «Беломора» — самых популярных в городе папирос, проездной на автобус за прошлый месяц, сжеванную резинку (судя по аромату, «Орбит без сахара») и пробку от «Балтики-тройки». Холмс, в чистом виде Холмс, если не круче. Неизвестно, поможет ли это в поимке злодея, но подворотня стала определенно чище.

На поиск очевидцев время не тратил — даже если кто-то что-то и видел, то радовать своими показаниями служителей закона не будут. Ибо потом затаскают. А то и самого обвинят.

Аккуратно запаковал найденное в специально захваченный пакетик, повесил бирку, как требовал строгий Закон.

— Попробуем сделать анализ ДНК. Возможно, преступник есть в нашей базе.

— Здорово! Только побыстрее, если можно… Гоша…

Нашел понятых — двух алкашей, спавших в соседнем дворе на лавочке. Разбудил и попросил выполнить гражданский долг. Те долго сопротивлялись, но, увидев наставленный пистолет, долг, расписавшись на бирке, выполнили.

— Все, идите домой, — велел молодой специалист потерпевшей. — Если что-то найдем, сообщим.

— Звоните на вахту, в общежитие. Меня позовут или передадут.

— Позвоню.

На обратном пути он прикинул, что неплохо бы составить фоторобот грабителя. Сегодня же надо договориться с экспертом. Прикинул насчет зацепок. Проездной на автобус. Маловато. В Великобельске это основной вид общественного транспорта, да и не факт, что грабитель приехал на автобусе. Хотя студентка шла с остановки. Можно денек-другой понаблюдать за пассажирами. Не исключено, враг захочет повторить вылазку… А лучше самому прикинуться жертвой. Например, пьяненьким, не контролирующим свое поведение. Глядишь, и нападут. Да, это хорошая идея! Отлично! Он поймает его! И первое преступление будет раскрыто! Им, Женей Никифоровым, раскрыто!.. Он спасет Гошу! Но сначала — доложить начальнику!