Обмани лжеца - Марина Серова

Я дошла до своего «Мини Купера», припаркованного за два квартала от дома Ивченко, и уже хотела ехать домой. Вдруг мимо промчался уже знакомый мне джип «КИА Соренто». Интересно, куда это Саша рванул? Разумеется, я не могла лишить себя удовольствия проследить за ним. «КИА» привела меня в центр города, а точнее, к творческим мастерским горовских художников. Я завернула в соседний дворик и оставила там свою машину, дальше пошла пешком.

Седовласый вахтер, сидевший за обшарпанным столом при входе в мастерские, не хотел открывать мне вертушку, требовал показать ему пропуск. Вот уж не думала, что здесь такой строгий пропускной режим! Конечно, меня трудно застать врасплох — сначала я сунула под нос вахтеру завалявшийся в сумке пропуск в бассейн, надеясь, что этот старичок не станет присматриваться к документу и по инерции откроет вертушку. Но не прокатило.

— Не то, — старикан отклонил мою руку.

Тогда я достала из кошелька сто рублей и положила их на стол.

— Тоже не то. Пропуск!

Я хотела добавить к сотке еще одну купюру, но тут увидела, что прямо на меня идет Ивченко. Он пробыл в мастерских не более десяти минут и уже собрался уходить.

— Дядя Петя, пока! — прогундосил парень.

Простыл, что ли? Кондиционер, наверное, на полную катушку любит врубать.

— А ты чего так скоро?

— Хотел с Никитиным повидаться, а его нет.

— Ну, бывай. — Вахтер махнул Александру рукой, открыл и сразу быстро закрыл вертушку.

Мне впервые представилась возможность так близко рассмотреть Ивченко. Он был высок, худощав, с длинными русыми волосами, забранными сзади в хвостик, с утонченными, я бы даже сказала, чувственными чертами лица и с неестественно бледной кожей. Если бы меня попросили отгадать профессию парня, то я, не задумываясь, причислила бы его к творческой богеме, но никак не к преступной среде.

Когда он вышел на улицу, вахтер спросил у меня:

— Ну что, пропуск так и не нашла?

— Не нашла, — призналась я. — Наверное, дома забыла. Может, вы меня так пропустите?

Я подумала, что было бы неплохо поговорить об Ивченко с другими художниками, а если повезет, то посмотреть и сфотографировать его работы. В мою голову пришла шальная мысль показать их Лере, бывшей жене Крючкова, чтобы та охарактеризовала автора с психологической точки зрения.

— Не положено. — Вахтер поправил очки и присмотрелся ко мне. — А ты вообще кто такая? Я всех художников знаю, а тебя вижу здесь впервые. На студентку вроде тоже не похожа…

— Вы правы, я не художница, а коллекционер. Хочу купить картину Ивченко.

— А чего же к нему не обратилась? Он только что прошел мимо.

— Правда? Вот жалость-то. Я ведь его в лицо не знаю, только слышала, что Саша очень талантлив.

— Ну, это кому что нравится, — вахтер скептически поджал губы, — кому-то пейзажи подавай, кому-то голых баб, а кому-то и мужиков. Вот тебе, к примеру, голый мужик на холсте нужен?

— Простите, не поняла…

— Вот и я не понял, что ты здесь вынюхиваешь. Иди-иди, может, еще Ивченко догонишь.

Я вышла на улицу. «КИА Соренто», естественно, на парковке уже не было. Озадаченная странным вопросом вахтера, я пошла к своему «Мини Куперу». Впрочем, старикан, скорее всего, задал мне риторический вопрос.