Милые обманщицы. Идеальные - Сара Шепард

В среду утром Спенсер разглядывала себя в зеркале туалетного столика красного дерева в стиле чиппендейл[44]. Этот образец мебельного искусства принадлежал роду Хастингсов вот уже более двух столетий, и пятно от воды на крышке приписывали самому Эрнесту Хемингуэю – поговаривали, что это он поставил на столик запотевший стакан с виски на вечеринке у одной из прапрабабушек Спенсер.

Спенсер схватила круглую массажную щетку из щетины кабана и начала расчесывать волосы, пока не заболела кожа головы. Скоро должна явиться Джордана, репортер из «Филадельфия сентинел», для большого интервью и фотосессии. Стилист принесет варианты одежды, а с минуты на минуту она ожидала своего парикмахера, Ури, которая обещала сделать из нее звезду. Спенсер только что закончила собственный макияж, сделав выбор в пользу чистого, свежего лица, и надеялась, что в таком образе она предстанет умной и собранной – и уж точно не плагиатором.

Спенсер сглотнула и взглянула на фотографию, вставленную в уголок рамы зеркала. На ней они с подругами позировали на палубе яхты дяди Эли в Ньюпорте, что в штате Род-Айленд. Все в подобранных по цвету бикини от «Джей Кру», широкополых соломенные шляпах, улыбающиеся, как богини моря.

Все пройдет хорошо, сказала Спенсер в зеркало и глубоко вздохнула. Скорее всего, статья в конечном итоге окажется крошечной заметкой в разделе «Стиль», которую никто и не заметит. Джордана задаст ей пару-тройку вопросов, не больше. Вчерашнее послание «Э» – Я знаю, что ты сделала – всего лишь попытка напугать ее. Она попыталась выбросить его из головы.

И вдруг пискнул ее мобильник. Спенсер схватила трубку, нажала несколько кнопок, чтобы зайти в почтовый ящик, и, прищурившись, вгляделась в экран.

Нужно еще одно предупреждение, Спенс? Убийца Эли прямо перед тобой. – Э

Телефон Спенсер со стуком упал на пол. Убийца Эли? Она уставилась на свое отражение в зеркале. Потом на фотографию подружек в углу. Эли держала колесо штурвала, остальные стояли у нее за спиной, ухмыляясь в камеру.

Краем глаза она уловила какое-то движение за окном. Спенсер резко повернула голову, но ничего не увидела. Во дворе никого, если не считать одинокой растерянной кряквы. Пусто и во дворах ДиЛаурентисов и Кавано. Спенсер снова повернулась к зеркалу и пробежалась по лицу холодными руками.

– Эй.

Спенсер подскочила на пуфике. Мелисса стояла сзади, опираясь на спинку кровати с балдахином. Спенсер развернулась, не уверенная в том, что отражение Мелиссы в зеркале реальное. Она подкралась к Спенсер так… тихонько.

– С тобой все в порядке? – спросила Мелисса, расправив гофрированный воротничок зеленой шелковой блузки. – У тебя такое выражение лица, будто ты увидела привидение.

– Просто получила очень странную эсэмэску, – выпалила Спенсер.

– Серьезно? И что там?

Спенсер перевела взгляд на телефон, валяющийся на светлом ковре, и ногой затолкала его поглубже под столик.

– Не бери в голову.

– Ну, как бы то ни было, твой корреспондент уже здесь. – Мелисса вышла из комнаты. – Мама просила, чтобы я тебе передала.

Спенсер встала и подошла к двери. Ей и самой не верилось, что она едва не проговорилась Мелиссе о послании «Э». Но что имел в виду «Э»? Как мог убийца Эли оказаться прямо перед ней, когда она смотрела в зеркало?

Перед глазами снова возникло видение. Да ладно, гнусно хихикала Эли. Ты же читала об этом в моем дневнике, не так ли?

Я не читала твой дневник, ответила Спенсер. Охота была.

Замелькали какие-то пятна и вспышки, мимо будто пронесся вихрь. А потом – пшик – и все исчезло. Спенсер долго моргала, ошеломленная, застыв посреди коридора. Все это напоминало вчерашние странные ощущения в школе. Но что это было?

Она медленно зашагала вниз по лестнице, крепко вцепившись в перила, чтобы не упасть. Ее родители и Мелисса уже стояли возле дивана в гостиной. В дверях толпились газетчики: пухленькая брюнетка с копной кудряшек, в очках «кошачий глаз» в черной пластиковой оправе; тощий парень с козлиной бородкой и гигантской камерой на шее; и миниатюрная азиатка с розовой прядью в волосах.

– Спенсер Хастингс! – воскликнула кучерявая брюнетка, завидев Спенсер. – Наша финалистка!

Спенсер и опомниться не успела, как оказалась в ее объятиях, уткнувшись носом в блейзер с ароматом мараскиновой вишни, напомнившим Спенсер коктейли «Ширли Темпл»[45]в загородном клубе. Наконец брюнетка отступила и отстранила ее на расстояние вытянутой руки.

– Я – Джордана Пратт, редактор отдела стиля «Филадельфия сентинел», – воскликнула она и жестом указала на двух других незнакомцев. – Это Бриджет, наш стилист, и Мэттью, фотограф. Мы так рады встрече с тобой!

– Взаимно, – выдавила из себя Спенсер.

Джордана поприветствовала родителей Спенсер. Прошла мимо Мелиссы, даже не взглянув на нее, так что Мелиссе пришлось многозначительно кашлянуть.

– Хм, Джордана, кажется, мы встречались.

Джордана прищурилась и сморщила нос, словно в воздухе распылили какую-то гадость. Она уставилась на Мелиссу.

– В самом деле?

– Вы брали у меня интервью пару лет назад, когда я выиграла Филадельфийский марафон, – напомнила ей Мелисса, выпрямляя спину и заправляя волосы за уши. – На Икинс Овал[46], напротив художественного музея?