Я убью тебя, любимая - Алексей Макеев

Еще через час Гуров был уже в здании УВД города Сочи. Майор Вашутин говорил по телефону с кем-то из своих оперативников:

– Быть там, ребята! И повнимательнее. Ничего, что Макаров погиб, могла прийти его девушка, которую он ждал. Не отходить от ротонды. Я вам отправил ее фотографии. Задержать, но очень вежливо. Задержать обязательно, потому что не исключено, что она имеет отношение к смерти Макарова. Или является свидетелем. Что? Не умничайте там, сам знаю, что, если она знает о смерти Макарова, приходить в условленное место ей незачем. А вдруг у нее там назначена встреча с кем-то? Вот-вот!

– Если она не знает о смерти Макарова, – сказал Гуров, когда Вашутин закончил инструктировать своих оперативников и отключил телефон, – то может появиться в «Заполярье». Я отдал «безопасникам» ее фотографии.

– Отлично, – кивнул майор. – Как-то так получилось, что теперь это уже не ваше, а наше дело. И вы нам помогаете. Так что там с Макаровым? Это точно убийство?

– Да, точно. Но пока неясен мотив. Мы не можем установить, что пропало из квартиры, было ли там вообще что-то ценное. Его могли убить конкуренты, кредиторы, просто из-за женщины. Мало ли.

– Завтра следователь возбудит уголовное дело, и мы попросим жену Макарова осмотреть его вещи в квартире на Черноморской, 8.

– Да, – кивнул Гуров. – Только не обольщайтесь, это ничего не даст. Я с Екатериной разговаривал, она представления не имеет не только о том, где живет ее бывший муж, но и как он живет, чем занимается. Они еще не развелись, но отношений не поддерживают давно.

Коротко постучав в дверь, в кабинет вошла эксперт-криминалист с папкой и, повернувшись к Гурову, проговорила:

– Товарищ полковник, получены первые результаты анализов по квартире Макарова. Разрешите доложить?

– Да, пожалуйста. – Гуров встал и пододвинул майору стул.

Эксперт поблагодарила, села и начала докладывать:

– Отпечатки следов обуви на полу показывают следующее. Мужчина в ботинках скорее всего молод, шаг ровный, без надавливания на пятку, характерную для людей более преклонного возраста. Каблуки чуть стоптаны на внешнюю сторону, что говорит о некоторой косолапости и, возможно, заметной кривизне ног. Ботинки средней степени изношенности, производства Краснодарской обувной фабрики. Стоимость этих ботинок в розничной сети не очень велика. Это человек со средним достатком. Второй, в кроссовках, хромает на правую ногу. Следов недостаточно, чтобы определить, это хронический или врожденный дефект или просто травма. Кроссовки дешевые, китайского производства, со стертой подошвой. Обувь вполне характерная вместе с дешевыми черными тренировочными костюмами для той среды молодежи, которую называют «гопниками».

– Следы прослеживаются в комнате? – спросил Гуров.

– В комнате пыль с подошв уже сбита, следы в значительной степени затоптаны.

– Понятно. Еще что есть?

– На подушке в квартире Макарова обнаружено несколько женских волосков.

– Вполне естественно для одинокого молодого мужчины, – вставил Вашутин.

– Ну-ка, ну-ка? – оживился Гуров. – И что по волосам вы можете сказать?

– Темно-русые волосы, длиной от 20 до 25 сантиметров. Примечательно то, что девушка недавно стриглась. Стрижка проводилась методом так называемых горячих ножниц. Он применяется для тех, у кого волосы секутся, в результате такой методики концы волос заплавляются.

– Марина? – с улыбкой спросил Вашутин и посмотрел на Гурова: – Она по крайней мере не отрицала, что бывала у него в квартире. А волосы на подушке мужчины – это не совсем просто дружба. И когда примерно девушка посещала парикмахерскую?

– Думаю, что вчера, – ответила майор-эксперт.

– Значит, она этой ночью была у Макарова, – удовлетворенно заявил Вашутин.

– Вполне возможно, если только это не совпадение. Точнее может сказать только экспертиза ее волос. Но времени у нас маловато. Я предлагаю поработать с ней прямо сейчас, тем более что девушку к нам уже доставили. А вас, товарищ майор, – Гуров посмотрел на эксперта, – я прошу подыграть нам. Сделайте вид, что вы по внешнему виду волос можете сказать, что это ее волосы на подушке.

– Хорошо, – кивнула женщина и достала из кармана ювелирный монокуляр, со скобой для крепления на голове.

Помощник дежурного открыл дверь, и в кабинет вошла бледная и напряженная девушка. Та самая Марина Шаронова, которая сегодня подтвердила, что бывала дома у Макарова. Гуров снова поднялся со своего места, подошел к девушке и, взяв ее за локоть, заговорил:

– Извините, Марина, что пришлось привозить вас сюда и уж тем более заставлять вас ждать. Но, увы, специфика нашей работы такова, что очень сложно планировать свое время, когда в городе постоянно случаются преступления. Мы ведь для того и существуем, чтобы бороться с преступниками. Проходите вот сюда к столу. Садитесь. Нам нужно с вами поговорить, и очень хочется, чтобы вы ответили еще на несколько наших вопросов.

– Ну, я правда не знаю, где искать Володю, – просящим голосом ответила девушка, покорно усаживаясь на предложенный стул.

– Об этом потом, – садясь рядом, сказал Гуров. – Вы, Марина, торгуете на пляже санатория «Заполярье» прохладительными напитками в киоске. Это так?

– Да, я ведь вам уже говорила.

– Вы, видимо, и с Макаровым познакомились там же, на пляже?

– Нет, почему на пляже, – пожала девушка плечами. – Мы познакомились на вечеринке в санатории. Был праздник, и собирали весь персонал. Ну и я там была. И Володя Макаров поздравлять приходил. Потом танцевали.

– И давно вы с ним знакомы?

– Где-то в мае мы познакомились. А почему вы спрашиваете? И почему меня, ведь в городе полно народа, кто Вовку знает прекрасно, общается с ним чуть ли не каждый день…

– Потому что вы прошлой ночью ночевали у него в квартире на улице Черноморской, – быстро перебил девушку Гуров. – Вы последняя, кто его видел.

– Я ночевала? – довольно правдоподобно воскликнула Марина. – Это вам Верка наплела, что ли? А ей-то откуда знать? Я, по-вашему, из его постели не вылезаю? Если у нас с ним отношения, значит, я, по-вашему… что?

Девушка явно смутилась и не знала, как возражать. Язык у нее не поворачивался прямо ответить «нет», «не ночевала вчера». И ее нужно было подтолкнуть к прямому ответу, иначе весь разговор уйдет в обмен намеками, фантазиями и предположениями. Первый прямой ответ, как правило, тянет за собой и последующие, если человек не закоренелый преступник. А Марина Шаронова такой явно не была.

– Вы ночевали прошлой ночью у Макарова? – сухо спросил Гуров. – Да или нет?

– Нет, не ночевала! С чего вы взяли, что я должна была у него ночевать?

Гуров не стал дослушивать эти горячие возражения, сразу поняв по глазам и по интонациям голоса, что девушка говорит неправду. Вот только почему она говорит неправду? Что-то знает о причинах гибели Макарова или из простой девичьей скромности?