Свидание под мантией - Дарья Донцова

– Еще и рожу корчит! – завизжал папашка. – Кто тебя кормит, поит, одевает? Смотри мне в глаза.

– Успокойтесь, – попросила я, вставая на табуретку, – сейчас все верну на место.

– Пап, кем был мой дед? – неожиданно спросила Ксения.

Я, засовывая в тесное пространство тюк с каким-то барахлом, усмехнулась. Сомневаюсь, что от алкоголика можно услышать вразумительный ответ.

– Кто? – шарахнулся он в сторону.

– У тебя был отец, – продолжала Ксюша. – Сергей Королев. Так?

– Наверное, – неожиданно согласился алкаш.

– И где он работал?

– На службе, – пробормотал Петр.

Дочь не отставала:

– Можешь место назвать?

– Которое?

– Где пахал дедушка, – терпеливо пояснила дочь.

– Работа, – тупо повторил пьяница, – контора, фирма, письменный стол!

Ксюша взглянула на меня.

– Похоже, дед был из интеллигенции, раз папахен вспомнил о письменном столе. Впрочем, может, дедуля сколачивал мебель? Как называлась профессия твоего отца?

Петр собрал лоб гармошкой и выдал:

– Человек!

– Да ну? Я всегда считала, что у меня в роду одни жирафы, – захихикала Ксю. – А бабушка? Помнишь ее имя?

– Чье?

– Твоей матери?

– Что?

– Имя?! Скажи его!

– Петр Сергеевич Королев, – торжественно заявил алкоголик.

– Круто! От папахена не добиться толку, – вздохнула Ксения, – можно попытать Ирку, но зачем? Навру Леону с три короба, выдумаю семейную историю, и дело в шляпе.

– Выключи музыку, – приказал отец.

– В доме тихо, – возразила я.

– Молчать! Не спорить! Орет из детской, – взвыл пьянчуга и помчался в комнату.

– Как он мне надоел! – прошептала Ксюша, идя следом.

Я молча шла за ней. Жить с алкоголиком или наркоманом – тяжелое испытание. Почему Ирина не разведется с мужем, который почти потерял человеческий облик? Ксения грубо разговаривает с родителями, она их совсем не любит, не жалеет, но давайте подумаем, кто виноват в том, что у ребенка нет уважения к старшим?

Втиснувшись в крохотную спальню, дочь сурово сказала отцу:

– Выматывайся из нашей с Леркой комнаты.

Но Петр не собирался уходить, он ткнул пальцем в лежащий на диване кейс.

– Этта чего?

– Сумка, – вздохнула дочь.

– Где взяла?

– Купила.

– Врешь, она моя, – сверкнул глазами Петька, – дай сюда!

Папенька попытался сцапать портфельчик, Ксения хотела его опередить, но пьяница неожиданно оказался проворнее.

– Ишь ты, – протянул он, – дорогая штука, кожаная! И застежки золотые.

– Верни немедленно, – велела Ксю.

– Ты ее украла! – заревел Петька. – Ща в полицию отнесу!

Напряженно сопя, он пошел в коридор, явно решив добраться до метро и там продать за бутылку отобранную у дочери вещь.

Ксения метнулась под диван, вытащила спрятанный там шкалик, заряженный лекарством, и кинулась за мерзавцем с криком:

– Папочка, хочешь выпить?

Петр, успевший открыть дверь, захлопнул ее и обернулся. Ксю показала ему чекушку.

– Дай! – рявкнул мужик, схватил бутылку, живо открутил пробку, по-детски радостно улыбнулся и сказал: – Мозг, у меня для тебя сюрприз!

Ксения хихикнула.

– Папахен иногда выдает суперприколы.

«Лекарство» подействовало сразу. Петр едва успел дойти в большой комнате до дивана и рухнуть на продавленные подушки. Кейс он выронил, тот со стуком упал на паркет и раскрылся. Я, машинально отметив, что пол чисто вымыт, подцепила портфель, и тут дно его отделилось, из потайного отделения вывалилась тонкая папка. Я подняла ее и открыла. Первой на глаза попалась бумажка «Справка о смерти. Королева Ксения Петровна, рождения 01 апреля 1995 года, город Бинск, Истринский район, Московской области, умерла 18 июля 1998 года. Диагноз – злокачественное новообразование в органах дыхания, ДЦП. Справка дана для представления в загс. Детская клиническая больница номер 597».