Мечты серой мыши - Анна Михалева

— Хоть бы «кто» спросила, — хмуро заметил он и вдруг улыбнулся. — Вот, пришел к тебе спасаться.

— В каком смысле? — у меня все еще дрожали коленки.

— Я тут подумал на досуге, — он быстро стянул с себя куртку и ловко повесил ее на крючок, тем самым обозначая завоеванные позиции, — всем твоим знакомым мужского пола, а в особенности новым знакомым, грозит страшная опасность, так?

— Ну, что-то в этом роде…

— Вот! — он кивнул и снял ботинки. — А потому я решил, что самое безопасное место — это рядом с тобой.

— Что-то у тебя с логикой не в порядке… — для наглядности я покрутила пальцем у виска.

— Как раз наоборот. При тебе же никого из твоих знакомых не задушили. Я и подумал, что рядом с тобой у меня шансов выжить гораздо больше, нежели вдали от тебя.

— Заметь, это пока при мне никого не душили.

— Мне почему-то кажется, что кто бы ни были эти загадочные убийцы, ты им нужна живой. А потому убийства они при тебе все равно совершать не станут. Ведь, если они раскроются, какие же они будут загадочные убийцы? Прав я?

Он потер руки и быстро прошел на кухню. Просто узурпатор какой-то! Каждую минуту отвоевывает солидную часть моего пространства. Вот уже и на кухне осмотрелся, хлопнул в ладоши и радостно заявил:

— Я страдаю страшным нервным расстройством. Даже спать спокойно не могу. И с аппетитом проблемы. Предлагаю снять стресс.

— Каким образом? — Я все еще стояла в прихожей, пока не понимая, радоваться мне или злиться. Честно сказать, мне жуть как не хотелось оставаться сегодня одной в доме. Я даже подумывала о поездке к маме, что, согласитесь, показатель крайней степени отчаяния. Но приход Ильи… Я на него совсем не рассчитывала.

— Каким? — он хохотнул, вернулся в прихожую и схватил с пола пакет, который принес с собой. С ним проследовал снова на кухню и стал выкладывать его содержимое на стол. Первой появилась бутылка бренди.

— Стыдись, я же дама! — фыркнула я.

— Если бы ты была внимательна, то заметила бы, как я произнес: «Нужно снять стресс». Полагаешь, стресс можно снять шампанским? Черта с два! Я два дня его пил. И все без толку.

— Думаешь, бренди поможет? — я прищурилась, разглядывая бутылку с недоверием. — Тоже мне микстура.

— Вот увидишь, — пообещал он.

Глядя, как на столе появляются закуски из китайского ресторана, я заметила:

— Сомневаюсь, что ты жалуешься на аппетит.

— Я же теперь в безопасности. Теперь я голоден, как волк в зимнем лесу. Вот еще, — он аккуратно выставил на стол последнее, пластиковую коробочку, — суши!

— Бедные японцы! — я покачала головой. — Знали бы они, что их суши будут запивать бренди, сбрендили бы от негодования.

— Они в жизни ничего не понимают, твои японцы. Все, садись, будем снимать стресс.

— Подожди, — я все-таки опустилась на табурет. — А почему тебе страшно? На тебя что, уже покушались?

— Пока нет. Но вероятность велика, — он хохотнул и откупорил бутылку. — Где у тебя стаканы?

— Симулянт! — проворчала я.

— Ну, ergo bibamus! — он наполнил стаканы и кивнул мне.

— Старичка-историка я еще могу понять, но ты-то чего на латынь перешел?

Щеки у него в момент покраснели. Это потрясающе, когда мужчина смущенно краснеет. Если не верите, отыщите такого с румянцем, сами убедитесь. Ужасно хочется погладить его по голове.

— Ты уже пила сегодня? Со стариком-историком?!

— Нет, — я улыбнулась, — до этого не дошло. Но он поведал мне много интересного. Тебе как знатоку латыни, наверное, понятны выражения ultima ratio и adversa fortuna?

— Шутишь? Я из всей латыни знаю только три выражения, — он глотнул бренди, поперхнулся и продолжил, уже фыркая и кашляя: — Ergo bibamus, что вроде бы созвучно нашему «ну, поехали», потом еще in vino veritas, ну, и как следствие из вышесказанного — memento mori. Кстати, о последнем. Твой историк поведал тебе о наших преступлениях или просто лекцию интересную прочел?

— А тебя это почему так волнует?

— Амалия! Я нахожусь на волосок от смерти. Смотри! — он расстегнул верхнюю пуговицу рубашки, выставив напоказ шею. — Не видишь на ней разноцветную тесьму? И это пока…

— Прекрати сейчас же! Нашел тему для шуток! — рассердилась я.

— А кто тут шутит? — он усмехнулся и чокнулся с моим стаканом. — Лично я снимаю стресс.

Через два часа обсуждения средневековой истории современной ритуальной тесьмы мы уговорили бутылку бренди. Я вспомнила (интересное слово для шатающейся от стены к стене барышни, которая и имя-то свое уже с трудом произносила), что у меня в загашнике припрятана бутылочка виски. Кстати говоря, суши под виски идет куда лучше, чем под бренди. Это мы с Ильей опытным путем установили. К двум часам ночи наше обсуждение вылилось в интересную версию.

— Слушай, — неожиданно вскричала я, — кажется, я догадалась, кто стоит за всем этим!

— Неужели? — удивился Илья и неэстетично икнул. — И кто же?

— Это не всемогущее существо, не тайная секта и не маньяк — любитель исторических казусов.

— Да?! А кто? — он снова икнул и разлил еще одну порцию виски по стаканам.

— Помнишь, как пропал мой папа?

— Помню, умыкнув нехилый кусман золота.

— Это само собой. Но ведь, по версии уфологов, его похитили инопланетяне.

— Да ну?! — удивился мой собутыльник. — И ты веришь в эту чушь?

— А ты веришь в теорию эволюции Дарвина?

Повисла пауза. Наконец Илья выдавил из себя:

— Повтори…

— По теории эволюции Дарвина, обезьяна взяла в руки палку и стала человеком. Так?

— Ну, в общих чертах…

— В общих чертах, — передразнила его я. — Несчастные рыбы миллионы лет выкидывались на берег, пока у них не отросли лапы и они не смогли отбежать подальше от моря, чтобы стать зверьми… А бегемоты, попавшие в морскую пучину, превратились в китов? Это же бред какой-то! Я только сейчас об этом подумала.

— Ты не уважаешь старика Дарвина? — он сдвинул брови. — И это после бутылки-то бренди? Да… чего стоит десятилетнее образование в наши дни…

— Нет, ты мне скажи, лично ты веришь, что произошел от обезьяны?

— Родителей не трогай!

— Да при чем тут твои родители! Человеку, по-твоему, больше не от кого было произойти, кроме как от волосатого существа с палкой в лапе?

— Что за ерунду ты говоришь? — он покачал головой.

— Это не я, это Дарвин сказал.

— Ну что за ерунду вы с Дарвином говорите. Кстати, а кто такой Дарвин? Что у вас с ним было?