Гиблое место - Марина Серова

— Спасибо. — Я повесила трубку и снова уставилась в потолок.

— Что? — спросила меня Ольга, не сводя с меня внимательного, тревожного взгляда.

— Ничего особенного. Номер неизвестный.

Я соврала. Этот номер я знала очень хорошо. Только не могла понять, какое отношение ко всей этой галиматье может иметь этот человек. И тем не менее — это был его телефон. Или звонок — простая случайность, во что я практически не верила, или он повязан с моими подследственными ментами.

* * *

Времени оставалось в обрез, и я колебалась между выбором: поехать прямо к этому человеку или сначала к Наде с Соней. Конечно, выбрала я их. Отвезти им Катину фотографию и поговорить о Грызуне. Надя, в отличие от меня, работала с ним и могла рассказать мне, что это был за человек и откуда, черт побери, у него такие связи…

А потом — попробуем еще раз проникнуть в святая святых — в это их потайное «Светлое Место».

Я гнала машину, из головы моей не выходил владелец телефона, с которого был сделан роковой звонок, и чем дальше мы двигались к «Светлому Месту», тем путанее становилась дорога.

— «Домового ли хоронят, ведьму ль замуж отдают…» — пробормотала я, вспомнив пушкинские строчки. Это сначала мне показалось, что они пришли в голову ни с того ни с сего. Я так резко остановилась, что чуть не врезалась в зад джипа «Чероки». Судя по тому, что он был все-таки «Гран Чероки», владелец машины на сто процентов вышел бы из своего любимца с пальцами враскорячку и, поигрывая золотой цепью, захотел бы двинуть мне в лицо. Я перевела дух и тронула машину с места.

Ведьму замуж выдают… Мчатся тучи, вьются бесы… Что там была за строчка…

Освещая лес дремучий…

Сколько у нас заброшенных деревень? В области?

В лесу дремучем. Где Ведьму выдают замуж.

Невидимкою луна. Лес дремучий. Таня, что ты привязалась к Александру Сергеевичу? Ну стукнет парню вот-вот двести лет, состарился мужик… А каков был! Но чего ты вдруг пристала к этому стихотворению?

Особенно мое воображение занимал дремучий лес. Собственно, если бы мне сейчас встретился психоаналитик, он бы сразу все понял. Я, в принципе, и нахожусь в каких-то дебрях, местами похожих на джунгли. Но не в этом дело…

Лес дремучий. Вот тебе, Таня. Да ведь в лесу-то дремучем они свое место и спрятали! То есть не место. Спрятались-то они в деревеньке заброшенной, а вот рядом наверняка присутствует дремучий лес. И если эта самая деревенька заброшенная, то, значит, в лес соседний редко кто ходит. То есть получается у нас, что ехать надо в самую глубинку Тарасовской области. Туда, куда ни один человек, находясь в здравом рассудке и твердой памяти, не поедет.

Только такая сумасшедшая девица, как Танечка Иванова.

* * *

Надя была на месте и, увидев меня, обрадовалась и удивилась.

— Таня? Что, опять проблемы?

Я выложила Катину фотографию.

— Надя, она исчезла утром, но, я думаю, надо объявить ее розыск немедленно. Сегодня же. Ты сможешь?

— Думаю, смогу, — кивнула она. — Опять эти «монахи»?

— Да, — кивнула я.

— Хорошо, я уже сегодня объявлю ее в розыск по телевизору.

Она убрала фотографию.

— Наденька, это еще не все. Ты работала со Скоробогатовым?

— Да, — сказала она. — Если тебя интересует Грызун, я могу сказать о нем немногое. Он страшный человек. Собственно, если бы мы тогда не взбунтовались, он бы и по сей день тут находился. Так что, как только он укрепит свою власть, нам долго не жить…

— Вот власть меня и интересует, — призналась я. — Какой гад его прикрывает? Эти «монахи», Надя, они наглеют.

— Кто его покрывает? — усмехнулась она. — Да все. Он им выгоден. Фактически идет борьба между Георгием и Грызуном. Честно говоря, мне страшно за Тарасов, если победит Грызун.

— Значит, Георгий с ним не справляется?

— Ну почему? Если он выгнал самого Грызуна за пределы Тарасова… Думаю, если бы он знал, где находится Грызун, он бы не оставил его в живых…

— А если, скажем, я найду, где он? Что будет, если вы его арестуете?

Она улыбнулась мне так, что я все поняла.

Грызун долго в тюрьме не просидит. Ему организуют побег. На его деньги (уж не на те ли, которые он получает с неофитов?) очень крутые шишки наши кормятся.

— То есть, если я тебя правильно поняла, помочь нам всем может только один человек? — спросила я.

Надя опять ничего не ответила. Но по ее взгляду стало ясно…

Значит, перед посещением храма у меня появляется еще одно неотложное дело. Переодеться я не успею. Придется рисковать.

Может, так оно и вернее. И с владельцем телефона свидание надо отложить на завтра. Или на вечер?

Как получится… Ходя по острию ножа, глупо раздумывать, что ждет тебя через час.

Как говорят мои «кости», когда у них хорошее настроение: «Нет ничего невозможного для человека с интеллектом».

Кстати, о «костях»… Я достала свой кисет. Хорошо, что он всегда со мной. Два мои талисманчика — газовичок и кисет…

— Ну, милые, что вы мне посоветуете?

Я покатала их в ладонях и резко бросила на сиденье.

«32+9+13».

«Ваши компаньоны будут с вами согласны, и вам удастся избежать неприятностей».

Ну что ж… Те, кого я наметила себе в компаньоны, собираются со мной согласиться. Именно к ним, соответственно, мы и направим стопы.

То есть к тому человечку, который имеет на них выход.