Пойти туда... - Дия Гарина

Ободренные таким образом главным уфологом, мы переглянулись. Судя по Витьке он из последних сил сдерживался, что бы не заржать, а в глазах Ольги плясали игривые чертики.

– Можно мы нашу собаку возьмем? – спросила она.

– Конечно, м-можно – встрял экстрасенс Андрюша, – собаки оч-чень хорошо видят астрал. И всегда адекватно реагируют. Если собака убегает, поджав хвост, то и вам в том районе делать нечего. Если громко лает на пустое место, значит там какая-нибудь сущность находится. Так, что она в зоне за место меня будет. Иди ко мне, лохматенькая, дай я тебя поцелую.

И потянулся к сидящей рядом Альфе. Обалдев от такой фамильярности, овчарка вопросительно посмотрела на меня. Мол, что делать будем: рычать, кусать или убегать?

– Тихо, тихо, Альфа. На вашем месте я бы не рисковал, – обратился я к Андрюше, – она у нас девушка, воспитанная в строгости, с первым встречным мужчиной не целуется, особенно если он под шофе.

– У, ты кака-а-ая! – протянул экстрасенс, и попытался сделать Альфе козу.

Я едва успел перехватить овчарку за ошейник, огромные зубы лязгнули в сантиметре от Андрюшеной руки. Надо же было так завести собаку. До этого случая, она ни разу не сделала даже попытки кого-нибудь укусить.

– Никто меня не любит, – опечалился Андрей, – ладно пойду вздремну, пока вы ходите.

– Ты бы хоть предсказал нам, что ли: будет в зоне что-нибудь интересное? – Спросила у него Валя, собирая миски с импровизированного стола.

– Я, ж говорил: после пятой ничего не вижу, ничего не слышу, – и уже тише добавил, – Ничего никому не скажу.

– Ох, Андрюша. Пользы от тебя… Сходил бы лучше со мной на речку посуду помыть.

– Не мужское это дело – посуда.

– А суп есть, мужское?

– Ну, конечно! Кто лучше настоящего мужика может с чувством, с толком, с расстановкой пообедать. М-м-м. А вот посуда – дело женское. Доля у тебя такая, Валечка. Доля.

– Давайте я помогу, – предложила Ольга. И быстро собрав оставшиеся миски и ложки, направилась вслед за Валентиной, которая что-то возмущенно бормотала себе под нос. Не прошла она и трех шагов, как Андрюша неожиданно резво поднялся с земли, догнал Ольгу, и чуть ли не схватив за руку, почти трезвым голосом произнес:

– Не ходи. Сама справится. Или вон Мила ей поможет. Не ходи.

– Да, что вы! Она нас таким супом накормила, а я посуду помыть откажусь? Это некрасиво.

И Ольга решительно двинулась к кустам, за которыми, проглядывалась полоска бегущей воды. Горе-экстрасенс тяжело вздохнул и покачал головой.

– Где же у нас шприц? Пойти поискать, что ли? – едва слышно пробормотал он и, пошатываясь, пошел к одной из палаток.

Очень мило. Так он еще и наркоман, в придачу? Ладно, не страшно. Все равно мы сегодня с ними распрощаемся. Пойду лучше Витьке помогу металлоискатель припрятать. Но не тут то было.

– А теперь прошу на инструктаж, – громогласно объявил Степан Сергеевич, – Вас, Виктор и вас, Игорь. И тебя, Мила, это тоже касается. А где Ольга?

– Посуду моет. Сейчас придет.

– Ну, ладно. Тогда я начну.

Но начать не получилось. Потому что на поляну вышла бледная Ольга, неся в одной руке несколько мисок, а в другой… А в другой дохлую змею.

– Извините, вы не знаете это змея ядовитая или нет? – спросила она неестественно звенящим голосом, – а то, может, я зря ее убила?

И брезгливо передернувшись, кинула нам под ноги свой трофей, в котором я сразу узнал гадюку.

– Это, Оль, типичная гадюка, – подтвердил мои выводы Витька, – напрасно ты так рисковала, она же могла изловчиться и укусить тебя.

– А она и укусила, – как ни в чем не бывало, сказала жена, – это я уже потом ее…

И, подломившись в коленках, стала плавно, словно в замедленной съемке, опускаться на траву.

Не знаю, как я оказался рядом так быстро, что успел подхватить ее у самой земли. В голове, кузнечным молотом билось одно только слово «Скорее».

– Оля, Оль! – тормошил я ее, – Куда, покажи, куда она тебя укусила?

Рядом уже был Витька, и Степан Сергеевич, и Мила. Они суетились, кричали мне что-то, но я не понимал ни единого слова. Весь мир вдруг перестал существовать. И только тихий голос Ольги пробивался ко мне из-за края Вселенной.

– Я наступила на нее. Нечаянно. Там камни были, она, наверное, на них погреться выползла. А тут я своей ножищей. Вот она меня и цапнула. На правой ноге, чуть выше щиколотки… Наверное, шрам останется.

Я стал лихорадочно закатывать ей джинсы на правой ноге. Такая маленькая ранка… Кровь почти не идет… Нужно сделать надрез… В поисках ножа я захлопал себя по карманам, и вдруг почувствовал, что какая-то сила отрывает меня от земли и пытается унести прочь от лежащей Ольги. Но мое сопротивление оказалось не так просто сломить. Когда же способность соображать вернулась ко мне, оказалось, что Витька с большим трудом, но все же сумел меня оттащить и уже минут пять пытается доораться до моего помраченного сознания.

– Да успокойся, ты! Все будет хорошо! У них сыворотка есть! И вообще укус гадюки не смертелен для взрослого здорового человека. Нога распухнет и все. Вон, гляди, экстрасенс уже Ольге сыворотку вколол.

Что бы успокоиться, я несколько раз глубоко вдохнул, и пошел обратно, ругая себя, за то, что потерял голову от страха за жену. А ведь привык считать себя достаточно уравновешенным человеком, который не растеряется в экстремальной ситуации.

Ольга все еще лежала на земле, снова и снова повторяя свой рассказ. «У нее шок», – сообразил я и, быстро опустившись рядом, стал гладить ее по голове и шептать на ухо ласковые слова. Это всегда действовало на нее лучше любой валерьянки. Вскоре Ольга задышала ровнее и перестала вздрагивать от моих прикосновений. Я, наконец, смог вздохнуть с облегчением.

– Спасибо, – повернулся я к Андрею, все еще державшему в руках использованный шприц.

Шприц! Он ведь хотел найти шприц. Просил ее не ходить к ручью. Неужели… Не может быть! Неужели этот злостный нарушитель сухого закона каким-то образом мог угадать, предвидеть… Полный бред. В потолке открылся люк – не волнуйтесь, это глюк…

Весь следующий час мы носились вокруг Ольги кругами, исполняя любую ее просьбу. Слава богу, что она у меня не слишком капризная. Несколько кружек горячего чая, холодной воды на компрессы и шоколадку из НЗ для залечивания душевной раны.

Нога, конечно, распухла и болела, но в остальном Ольгино самочувствие было вполне терпимым. У меня отлегло от сердца, хотя вряд ли мы сможем завтра двинуться дальше. Скорее всего, придется задержаться на пару дней, и Витька в свое удовольствие прогуляется с металлоискателем по святилищу. Словно прочитав мои мысли, взлохмаченная Витькина голова, просунулась палатку.

– Игорь, мы сейчас пойдем на разведку. Ты ведь остаешься, я прав?