Не доверяй никому - Дебра Уэбб

– Конечно. Мы же всегда волнуемся друг о друге!

Керри засмеялась.

– А как же! Заходите, девчонки, я как раз собиралась забросить в духовку замороженную лазанью. Будет здорово, если вы к нам присоединитесь.

Джен водрузила упаковку пива на обеденный стол.

– Забудь про замороженную фигню. Сейчас приедет пицца.

Не успела Керри закрыть за ними дверь, как снова раздался звонок. Она открыла и обнаружила за дверью разносчика с красной сумкой.

– Керри Девлин?

– Я, – подтвердила она. Керри обрадовалась приходу подруг. Ей нужно было отвлечься.

Разносчик открыл сумку, вытащил из нее две коробки и передал их Керри.

– Привет от Робби Своннера. Он еще сказал, что даст мне хорошие чаевые, если я станцую перед вами.

– Спасибо, но нет. – Качая головой, Керри закрыла дверь и заперла ее. За ее спиной Джен с Дианой недовольно свистели и улюлюкали.

– Такой хорошенький. – Джен прыгала то на одной, то на другой ноге, пытаясь стянуть сапоги на нереально высоких каблуках.

Керри отнесла пиццу на стол.

– Хорошенький, но слишком уж молоденький для нас, – заметила она.

– Кто слишком молоденький? – спросила Тори, спускаясь по ступеням.

Диана и Джен засмеялись. Керри ответила:

– Разносчик пиццы. Твои тетки заявили, что он хорошенький.

– Фу-у-у. Ну вы даете! Я видела его из окна – по-моему, он не старше Амелии.

Теперь смеялась Керри.

Тори достала из холодильника банку газировки и присоединилась к ним за столом.

– А ты разве не была однажды замужем за чуваком младше себя, тетя Джен?

Диана и Керри давились от смеха, жуя пиццу.

– Он был первым. Красив был как бог, – сообщила Джен Тори. – Но через полгода он решил, что преданность – не его стихия.

– По крайней мере, ты не сдалась, – сказала Тори с невинностью половозрелого подростка.

Керри и Диана обменялись удивленными взглядами. Если бы одна из них позволила себе такой комментарий, Джен пооткусывала бы им головы.

– Номер два был не слишком красив, но на него можно было положиться. Он был старше меня, работал бухгалтером, и за всю свою жизнь он ни разу не получил ни одного штрафа за парковку. – Джен передернуло. – Он требовал преданности, и через три месяца не выдержала уже я.

– С номером три вы были женаты аж целый год, разве нет? – осмелилась напомнить Диана и потянулась за пивом.

– Да, год, – подтвердила Джен, послав Диане многозначительный взгляд. – Но затем он решил вернуться к мамочке. Очевидно, я недостаточно о нем заботилась. Мамочка готовила ему, стирала и убирала за его друзьями, которые вечно у него паслись. Я бы, наверное, и раньше его бросила, но мне уже исполнилось тридцать, и второй развод за год – было бы слишком.

Диана засмеялась, зажав рукой рот, чтобы не прыснуть пивом.

– Никто из них тебя не стоил, Джен. Твой принц придет, ты только подожди – и увидишь.

Джен застонала.

– Если он промешкается еще немного, ему придется искать меня в доме для престарелых.

Когда новый взрыв смеха утих, Тори объявила:

– Я никогда не выйду замуж.

Керри посмотрела на лицо дочери, полное решимости, и у нее сжалось сердце.

– Ну, может быть, ты еще передумаешь, когда встретишь правильного парня.

– Амелия тоже не собирается выходить замуж, – сказала Тори, вместо того чтобы ответить на замечание матери. – Когда я уеду в колледж, я буду жить у нее. Она сказала, что я могу.

Диана улыбнулась.

– Вам обеим будет весело.

Керри заставила себя улыбнуться.

– А ты уже решила, чем будешь заниматься? Может быть, станешь адвокатом, как Амелия?

Тори пожала плечами.

– Еще не знаю. Спасибо за пиццу. – Она схватила еще один кусок и газировку и убежала к себе наверх.

– По крайней мере, она со мной поговорила. – Керри бросила свой недоеденный кусок на салфетку. У нее вдруг резко пропал аппетит.

– Она все еще настроена провести все лето с отцом на Манхэттене? – спросила Джен.

– О да. – Керри отпила пива. Она так и не придумала пока, как вразумить Ника.

Диана сжала ее руку.

– Нам надо устроить семейный ужин и обсудить, что мы все собираемся делать летом. Может быть, Тори тоже захочет остаться дома, с нами.

Керри сцепила руки на столе.

– Ник пригрозил добиться полной опеки, если я не соглашусь на все лето.

– Какой козел! – Джен сжала зубы, словно старалась сдержать остальные эпитеты.

Керри поняла. Ей бы тоже хотелось высказать все, что она думает о бывшем муже, но, если Тори услышит, это лишь ухудшит их и без того непростые отношения. Кем бы он ни был, Ник – ее отец.

– Мы этого не допустим, – настаивала Диана. – Ты мать, и это всегда был ее дом.

– Надеюсь, ты права.

На минуту повисло тягостное молчание.

– С другой стороны, – заговорила Диана, – уж как сильно я не хочу, чтобы Амелия уезжала, но мало-помалу начинаю привыкать к этой мысли. На самом деле я очень многого от нее жду. Она станет замечательным адвокатом.

Диана выставила руку, и Керри хлопнула ее по ладони.

– Давно пора.

– Шутишь! – поддразнила ее Джен, тоже хлопнув по ладони. – Эй, – повернулась она к Керри. – Как там новый напарник?

Керри пожала плечами.

– Лучше, чем я думала. Слегка неотесан, но у него отличные инстинкты.

Диана прижала руку к сердцу.

– Давно собиралась спросить – как идет твое расследование?

– Медленно, – призналась Керри. – У нас есть списки тех, кого следует опросить. Надо еще проверить несколько слухов, но в целом у нас нет ничего конкретного. Ждем результатов экспертизы и результатов вскрытия. – Она пожала плечами. – И немного удачи.

– Это просто ужасно, все это, – сказала Диана грустно. – Ты думаешь, его жена все еще жива?

– С каждым часом эта вероятность уменьшается, – призналась Керри. – Если считать, что кто-то ее похитил.

– Думаешь, она сама причастна к убийствам? – спросила Джен, теребя свой почти нетронутый кусок пиццы.

– На данном этапе все возможно, мы должны рассматривать любые версии.

– Я думала о ней – о Селе Эбботт – сегодня днем, – сказала Диана и обвела взглядом подруг. – Мне кажется, Амелия помогала ей на одном благотворительном вечере. В марте. – Она нахмурилась и покачала головой. – Называлось «Весенний блиц» или что-то в этом роде. В помощь женщинам, подвергшимся насилию.