Первый человек - Ксавье-Мари Бонно

На следующий день Полина снова ехала по дороге в Кенсон. День был пасмурный. На возвышенностях вокруг города Маноска и на горных гребнях возле Вердона лежал снег. На равнине клочья тумана цеплялись за изголодавшиеся виноградники и обессилевшие деревни.

Палестро стоял на пороге своего дома с узловатой палкой в руках — собирался пойти на прогулку. Он особенно любил климат этих мест зимой и часто говорил, что холод приближает его к доисторическим временам.

— Только вы можете нам помочь! — заявила Полина, протягивая ему руку в знак приветствия. — При нашей последней встрече я не все вам рассказала. Кроме того, с тех пор было совершенно второе нападение на нас.

Палестро оставался спокойным, как будто ждал этой встречи.

— Погуляем вместе! — предложил он. — Специалисту по первобытной истории лучше всего думается, когда он шагает по земле среди природы. Человек создан для ходьбы, и об этом нельзя забывать. А после ходьбы мы поужинаем.

Они спустились на берег Вердона самым коротким путем — по маленькой тропинке.

Утесы были похожи на отрезы старой ткани, собранной в складки. Кое-где на них были видны черные пятна — карликовые дубы или ржавые отметины времени. Изумрудно-зеленая вода медленно текла между участками редкого мелколесья, которые здесь называли лесами.

Палестро указал Полине на следы, которые отпечатались в грязи.

— Это кабан. Несомненно, крупный самец.

— Вы по-прежнему охотитесь?

— Нет, с этим покончено. Я слишком стар и хожу в лес только собирать грибы. Сейчас, если повезет, можно найти вороночник[27]. Ничего другого в это время года не растет.

— Интересно, чем же питались первобытные люди?

Палестро остановился и втянул ноздрями холодный воздух.

— Они ели много такого, о чем вы даже не подозреваете, — корни, например. И дичь тоже. Сейчас вы ничего не видите, но представьте себе: двадцать тысяч лет назад вы уже смогли бы заметить несколько крупных птиц, зверей и еще не знаю что… увы, сейчас иное время.

Палестро когда-то опубликовал исследование о пищевом поведении людей верхнего палеолита. Этот маленький очерк помог диетологам создать несколько новых диет для похудения.

Профессор остановился в нескольких шагах от берега. В этом месте вода Вердона текла медленнее и была темнее.

— С Тьери Гарсией произошло то же, что было с Фортеном, — сообщила Полина.

— Гарсия? Я его не знаю.

— Молодой ученый из университета Бордо. Он выжил.

Палестро что-то проворчал. Он становился все менее чувствительным к тому, что происходило вне круга его интересов. Полина поняла, что он ждет еще каких-то новостей.

— Фортен незадолго до смерти сфотографировал «Человека с оленьей головой».

Палестро не удивился. На его старом лице не дрогнул ни один мускул.

— Нужно, чтобы вы рассказали мне об этом больше, — сказал он бесстрастным голосом.

— Фортен нашел статуэтку высотой двадцать сантиметров. Голова ее была едва намечена. Над глазами можно разглядеть разветвления, похожие на оленьи рога. Они вырезаны не очень умело, но видны ясно.