Девушка, которой не было - Картер Браун

Долгая, идущая сквозь строй секретарш дорога к внутреннему святилищу Марти Дженнингса на этот раз, похоже, грозила прерваться в самом начале.

— Сожалею, мистер Холман, — надменно проговорила секретарша в приемной. — Мистер Дженнингс занят и сегодня никого не может видеть.

— Он что, надел темные очки? — нагло спросил я.

— Всего хорошего, мистер Холман, — повторила неумолимая девица.

— Передайте ему, есть новая информация по делу Дикси, — сказал я, — и она превращает Фесслера в обыкновенную обузу.

— Боюсь, что...

— Постарайтесь, милочка. — Я улыбнулся. — Хотите работать здесь и завтра?

Глаза за намазанными тушью ресницами сузились.

— Я.., э-э.., попробую передать ваше сообщение, мистер Холман.

— Только подберите гонца попроворнее, милочка, — сказал я, — или завтра здесь произойдут серьезные кадровые изменения.

Через сорок пять секунд я снова издевался над креслом-лебедем, а Марти Дженнингс глядел на меня, покусывая зубами совершенно пустую трубку.

— Все еще делаете сведущий вид, Холман? — Вопрос продюсера прозвучал резко и нетерпеливо.

— Вы должны быть мне благодарны, мистер Дженнингс, — с достоинством произнес я. — Я пришел сэкономить вам деньги, а ведь вы даже не мой клиент.

Губы продюсера растянулись в презрительной усмешке, на мгновение обнажив клыки, впившиеся в черенок трубки.

— Сэкономить?

— Больше не надо платить Нику Фесслеру, — объяснил я. — Глупо выбрасывать деньги на ветер. — Вы снова говорите на иностранном языке.

— Помните девушку по имени Дикси? Вчера вечером ее труп извлекли из тайника.., в платяном шкафу ее собственной квартиры.., и, не подберись они сзади, я бы с ними потягался.

Глаза продюсера блеснули.

— Что мне делать с деньгами, которые больше не надо платить Фесслеру? Вложить в вас, Холман?

— Но тогда я оказался бы у вас в долгу, мистер Дженнингс, — заметил я скромно. — А мне не хочется.

Серо-зеленые глаза почти скрылись под тяжелыми веками, но в их прищуре промелькнуло нечто, от чего у меня по спине поползли мурашки.

— И что дальше? — проговорил он.

— Вы не знали, что она мертва? — поинтересовался я.

— Только.., нездорова, как мне сказали. — Он пососал пустую трубку.

— У нас общая проблема, мистер Дженнингс, — непринужденно бросил я. — Мой клиент.

— Дальше!

— Странно, что все доверяют этому Нику Фесслеру, несмотря на его репутацию, — подумал я вслух. — “Девушка сильно избита”, — сказал он, и вы поверили ему на слово. А за полчаса до этого, когда Эдвина Боллард усомнилась в смерти Дикси, он открыл багажник автомобиля и в доказательство продемонстрировал ее труп.

— Сегодня вы просто кладезь информации, Холман!

— Мне нравится им быть.., по утрам.., потому что я не в лучшей форме перед ленчем, — признался я с серьезной миной. — Ник сказал, что девушку избил Роберт Джайлс, и вы снова поверили. Наверное, вы очень доверчивый человек, мистер Дженнингс?

Прирожденный идеалист, по чистой случайности загребающий деньги на каждом фильме, казалось, съежился в своем кресле.

— Извините, — тихо проговорил он через несколько секунд. — Последние двадцать лет никто не говорил со мной таким тоном, мистер Холман. Поймите, ваши слова вызвали невольную реакцию... — Зубы Дженнингса вгрызлись в черенок на одну шестнадцатую дюйма. — Но я уже приспособился. Пожалуйста, если вам хочется, оскорбляйте меня и дальше.

— Мой клиент — все еще наша общая проблема, мистер Дженнингс, — сказал я. — Надеюсь, вместе мы придем к ее решению.

— Прекрасно сказано, мистер Холман. У вас есть какие-то соображения?

Я переместил спину в более удобное положение и подумал, что если навалился на лебедя, то он сам и виноват — не надо было становиться креслом.

— Возмущенный телефонный звонок Фесслеру, — предложил я. — Для начала — отказ внести очередной взнос... Полагаю, вы уже заплатили?

— Двадцать пять тысяч, — сказал он так, словно дело было только в деньгах.

— Затем — негодование обманутого, несколько сильных выражений и, наконец, удовлетворение — ведь вы знаете, что он скоро получит по заслугам.

— А точнее?

— Предвкушение делает вас почти неделикатным, — уточнил я. — Вы проговариваетесь, что Холман предоставил Джайлсу бесспорное доказательство его невиновности. Я же предъявлю это доказательство в доме Эдвины Боллард сегодня, в восемь вечера.

— И я пожалею о своей неделикатности?

— Точно!

— Не слишком ли откровенная приманка, мистер Холман?

— Совершенно верно, мистер Дженнингс. Ник знает, что я не могу заполучить доказательства.

— Не можете? — Он недоуменно уставился на меня. — Тогда почему...

— Потому что это наиболее верная гарантия его прихода, — сознался я. — Увидеть мое падение, самое эффектное падение со времен комедий немого кино! Да его хлебом не корми.