Кольцо Соломона - Михаил Палев

– В Москву приехал человек, с которым надо встретиться, – не вдаваясь в подробности, сообщил Тавров.

– Это имеет отношение к нашему делу? – не отставал Скавронов.

– Вполне возможно. Сам пока не знаю! – честно признался Тавров.

Скавронов явно остался недоволен ответом. Он разорвал пакет с бельем и принялся застилать матрас.

– Я, разумеется, верхнюю полку займу, – проворчал он. Но через минуту не выдержал и спросил: – Вот мне интересно, Валерий Иванович: в прошлом году немцы кипеж подняли по поводу исчезновения гражданина Германии Виктора Брена. Даже Ватикан подключили! Вы вроде этим занялись, о результатах ничего не сообщали, но немцы перестали нас беспокоить, и Ватикан отстал. Так вы все-таки нашли этого Брена?

– Э-э… м-м… – промычал не ожидавший вопроса Тавров. После короткого колебания он решил удовлетворить любопытство Скавронова, но в пределах разумного. – Конечно, нашел! Брен решал какие-то свои проблемы и потому нелегально покинул Россию. Обнаружился в Черногории… ну, что потом было, уже не в моей компетенции. Я должен был выяснить: покинул ли Брен Россию нелегально, живым и здоровым и исключительно по своей воле? Выяснил. Вот, собственно, и все.

– Ну и хорошо, – сухо ответил Скавронов, почуявший недомолвку. – Ужинать в вагон-ресторан пойдете?

* * *

Тавров поужинал в ресторане. Скавронов от ужина отказался. Когда Тавров вернулся в купе, тот уже спал – или делал вид, что спит.

Детектив тоже улегся, но сон не шел. Сыщик на короткое время погружался в дремоту, пронизанную странными образами, такие погружения его быстро утомили. Когда наконец проводница постучала в купе с сообщением, что златоглавая показалась на горизонте, Тавров вздохнул с облегчением и в половине седьмого утра с радостным – невзирая на раннее утро и недосып – настроением вышел на платформу Ленинградского вокзала.

* * *

Встреча с таинственным незнакомцем была назначена на шесть вечера, и Тавров по дороге домой зашел в супермаркет «Виктория». Там он купил полкило любимой «дымовской» буженины и пару упаковок «сытоедовского» мяса с картошкой и черносливом. Вспомнив о госте, добавил еще две, а также прихватил из холодильника литр нефильтрованного пива «Хмелев». Для себя дома он всегда держал в запасе упаковку «Ярпива янтарного» и бутылку четырехлетнего «Старого Кенигсберга». Подойдя к дому, сыщик вдруг подумал: а что, если его гость окажется выходцем из Пограничной Зоны? Или, что еще хуже, раньше его решат наведаться создания из Иного Мира?

Открыв дверь в квартиру, Тавров поставил сумку с продуктами на пол и тщательно обследовал квартиру. Никаких следов незваных гостей не обнаружил. Детектив даже заглянул под кровать, припомнив, что однажды там прятался очень недружелюбный тролль с чертовски острой секирой. Но подкроватное пространство зияло пустотой, даже пыль была не тронута.

Тавров прошел на кухню, рассовал продукты по отделениям холодильника, машинально открыл бутылку «Хмелева» и сделал несколько глотков прямо из горлышка. Спохватившись, вспомнил, что купил пиво для визитера, но затем махнул рукой – незваному гостю и баночное подойдет – и опустошил емкость до половины. Разогрев в микроволновке коробку с мясом, детектив приступил к трапезе. Перед этим он с опаской покосился в сторону пива. Его по-прежнему оставалось не больше половины. Известные признаки Пограничной Зоны отсутствовали. Впрочем, еще можно было уронить стакан с пивом и посмотреть: разобьется ли он, выльется ли пиво, но Тавров решил, что это будет уже проявлением паранойи. Да и пол отмывать и осколки собирать очень не хотелось.

Позавтракав, Тавров вспомнил, что практически не спал сегодня ночью, и решил немедленно устранить этот недочет, завалившись на диван прямо в одежде.

* * *

Проспал Тавров до полудня. После пробуждения принял душ, побрился, перекусил, выпил кофе и почувствовал наконец себя человеком.

* * *

Около шести вечера запищал звонок домофона.

– Я к господину Таврову, мне назначено, – сообщил мужской голос.

– Я жду, заходите. Десятый этаж.

Спустя пять минут высокий мужчина лет пятидесяти вошел в квартиру.

– Профессор Горан Петкович, – представился он.

Тавров пригласил гостя к столу. Профессор от ужина вежливо отказался, но пива выпить согласился.

– Извините, но у меня очень мало времени, рано утром я улетаю, – сообщил он. – Я попросил встречи с вами, поскольку узнал, что вы интересовались неким Вегенером. Я узнал об этом от Алексея Беседова. Все верно?

– Да, верно, – подтвердил Тавров. – Меня действительно интересует офицер Главного штаба СС гауптштурмфюрер Вегенер в связи с его пребыванием в 1943 году в городе Порхове. Вы можете что-нибудь сообщить о нем?

– Да, – ответил Петкович. – Дело в том, что я изучаю историю югославского Сопротивления и в своих исследованиях наткнулся на некоего гауптштурмфюрера СС Вегенера, убитого осенью 1944 года в городе Котор. Котор – это Черногория.

– Да, знаю, бывал там, – отозвался Тавров. – Как погиб Вегенер?

– Он прибыл в Котор в конце сентября 1944 года и спустя три дня был убит утром, когда выходил из дома палаты Пима, в котором остановился. Его расстреляли из автоматов двое неизвестных, которых немцы так и не смогли найти, – сообщил Петкович. – При этом покушавшиеся успели забрать портфель Вегенера, его документы и личные вещи, в числе которых было кольцо серого металла с изображением пятиконечной звезды.

* * *

– Кто были эти люди? – спросил Тавров, едва сдерживая волнение.

– О них я ничего не могу сказать, – ответил после некоторого колебания Петкович. Это мгновенное замешательство не укрылось от Таврова. Но он не подал виду, а продолжил расспросы.

– А что вы можете сказать о Вегенере? Чем он занимался и почему оказался в Которе?

– Он был сотрудником одного очень странного ведомства в аппарате СС, которое по личному указанию рейхсфюрера СС занималось поисками литературы о колдунах и ведьмах, – ответил Петкович.

– Речь идет об Аненербе? – проявил осведомленность Тавров, но Петкович отрицательно покачал головой.

– Нет, речь идет о «Зондеркоманде Х». Вы слышали об этой организации?

– Нет, – признался Тавров. – Что это?

– В 1935 году глава отдела СД, занимавшегося «враждебными мировоззрениями», получил личное указание рейхсфюрера СС Гиммлера искать письменные источники, свидетельствующие о еретических, мистических и сектантских движениях Средневековья как о «последней попытке германской сущности сопротивляться инородному засилью католической церкви». Руководитель этого отдела Франц Альфред Зикс был доктором права, университетским преподавателем, а позже – профессором Кенигсбергского университета. Образованные люди в СД – службе безопасности нацистской партии – составляли основную часть сотрудников. Их набирали еще до прихода нацистов к власти в основном из студенческой среды в качестве информаторов и аналитиков. Представители СД позже составили костяк внешней и внутренней политических разведок нацистского государства. Именно для решения поставленной задачи Зикс создал «Зондеркоманду Х».