Неподкупные - Владимир Колычев

– Ты говорил, что тебе в половине шестого вставать.

– Говорил, – выдавил он.

– А уже восемь!

Эта новость потрясла его, но все-таки на ноги он встал ох как неохотно. Шатаясь, дошел до ванной, встал под душ, включил холодную воду.

А на кухне его ждал крепкий кофе. Даша знала, чем его спасать.

– Спасибо тебе.

– Неправильно. Надо говорить, спасибо тебе, родная, – в шутку поправила его девушка.

А может, и всерьез. Ведь вчера они как бы породнились… Хотя в таких родственниках у нее, возможно, полгорода мужиков ходит. Слаба она на передок. Такие женщины на Руси зовутся шлюхами. И было бы смешно утверждать обратное.

– Спасибо, родная.

Но Богдану все равно, шлюха она или нет. Ему с ней было хорошо, и он совсем не прочь отблагодарить ее словом…

– Ты на мне женишься?

Потрясение было столь велико, что Богдан едва не захлебнулся.

– Что-то не так? – язвительно усмехнулась она.

Красивые у нее глаза. И сама она выше всяких похвал. Но ведь он же не идиот, чтобы жениться на ней.

– Неожиданно.

– Да ладно, не оправдывайся, – сказала она, с обидой оттопырив нижнюю губу. – Ты думаешь, что я б…

– Да нет, не думаю…

– А я не такая. Просто ты мне очень понравился…

– Ты мне тоже… Но дело в том, что я вообще не собираюсь жениться.

– Ну да, все так говорят…

– Я не знаю, кто тебе такое говорил, но я точно не собираюсь. Никогда. Не хочу, чтобы мой сын сиротой остался. Мне шесть лет было, когда отец погиб. Я прекрасно знаю, что это такое остаться без отца…

– Это ты хорошо придумал. Лучшая отговорка из всех, что я слышала… Да ладно, не напрягайся. Это проверка на вшивость. Я бы за тебя еще и не пошла…

– Так никто и не выйдет за мента.

– Вот и я о том же… Ладно, пойду я. Если захочешь, найдешь меня в институтской общаге. Как звать меня, знаешь… И фамилию, наверное, знаешь. Небось паспорт смотрел, пока я спала, – усмехнулась Даша.

– Да нет, не смотрел. Сам как убитый спал. И сейчас на ходу засыпаю…

А ведь ему на службу пора. Побриться, освежиться, перепоясаться… Стоп! А где пистолет?

Богдан сунул пистолет под подушку, когда Даша легла к нему. Матрас до сих пор на полу. Даша сложила его, чтобы он не путался под ногами. И подушка там…

Он подскочил к матрасу, сунул руку под подушку и облегченно вздохнул. Пистолет был на месте. И кобура с запасной обоймой на ремне тоже никуда не делась. На всякий случай Богдан пересчитал патроны. Все в порядке.

Веселая выдалась сегодня ночь. Но страшного ничего не произошло, поэтому Дашу можно отпускать. Богдан помог донести чемодан до троллейбусной остановки. Хотел поцеловать ее в щеку на прощание, но она подставила руку. Обиделась на него Даша. Видимо, не должен был он позволить ей уйти. А он отпустил ее. Потому что не дорожит ею…

Ревякина Богдан встретил в дверях отдела. Илья так быстро вышел на него, что едва не сбил с ног.

– Где тебя черти носят? – недовольно спросил он.

– Тут такое дело… – развел руками Богдан.

– Ладно, в дороге расскажешь. В Закамский район едем. Убийство там, – уже в машине сообщил Ревякин.

– А мы здесь при чем?

– Да при том… Рычага убили!

– Рычага?!

– Ну, вроде да. Ребята из Закамского звонили, просили подъехать. Они с Рычагом дел не имели, как он выглядит, не знают. Нет, картотеку они, конечно, поднимут, опознают, но это время. А мы уже там сейчас будем… Сможешь Рычага опознать? – усмехнулся Илья.

– Ну, если ему лицо кислотой не сожгли…

– Подпортили ему лицо. Пуля глаз выбила.

– Весело день начинается…

– Сдается мне, что у тебя и ночь веселая была. Физиономия помятая. Бухал, что ли?

– Да нет, ни капли в рот…

– А чего такой плохой?

– Не знаю… Прихожу домой, а там девка какая-то спит. Стал разбираться, а она к парню пришла, который до меня в квартире жил. Дверь своим ключом открыла…

– Не кисло, – Ревякин заинтригованно глянул на Богдана. – Симпатичная хоть?

– Супер.

– И что дальше?

– Ну, что дальше… Я ее на диване оставил, а сам на кухне лег. Так она ко мне ночью сама пришла.

– И что?

– Что, что! Выжала и высушила.

– Да вижу, что высушила. Еле живой…

– После второго раза я отключился. Если бы Дашка не разбудила, спал бы до сих пор…

– Сама разбудила?

– Да.

– Сама усыпила, сама разбудила…

– Да нет, не усыпляла она меня. Сам заснул. От переутомления.

– Да, но вид у тебя такой, как будто ты всю ночь бухал.

– Не бухал.

– Вот это мне и не нравится. Может, она клофелином тебя зарядила?

– Да нет, я смотрел… Она коньяк предложила, я отказался. А когда чай налил, специально вышел из кухни, чтобы ее поймать. Но не было ничего…

– Точно?

– Точно.

– А оружие на месте?

– Само собой. Я даже патроны пересчитал…

– Может, она тебя сифилисом заразила? Или СПИДом? – засмеялся Ревякин.

– Типун тебе на язык!

– Женщина – страшное оружие. Бактериологическое. Если СПИДом болеет.

– Вирусное.

– Что в лоб, что по лбу… Ладно, шутки шутками, а с бабами в таких случаях лучше не связываться. Если баба сама клеится, значит, что-то не то… Была тут у нас одна особа, клиентов клофелинила за милую душу. Верней, много таких было, но эта больше всех отработала. Красивая бестия. Волосы белые, губы вишневые…

– Нет, эта брюнетка была.

– Так никто на Леську и не грешит. Леська срок большой получила. Мужика одного так заклофелинила, что у него сердце остановилось. Ей десятку дали. Могли бы и больше впаять, да судьей мужчина был. Я на его месте тоже бы срок ей скостил. Уж очень красивая баба. Настоящая ведьма. Из-за таких, как она, инквизиция всех красивых баб в Европе выжгла. Это так, к слову… А деньги у тебя на месте?

– На месте.

– Ну, тогда ладно, будем считать, что пронесло…

Машина катилась по центральной улице. Справа – красивый городской парк до самой реки, слева – роскошная липовая аллея. Парк закончился, потянулись сталинские дома еще довоенной постройки, дальше универмаг с фонтаном перед ним. Горком партии, ставшей вдруг бывшей, кинотеатр, снова жилые сталинские дома, на первых этажах которых с недавних пор стали появляться магазины и рестораны. Дорога свернула вправо, прошла мимо мясокомбината, вывела на широкий автомобильный мост современной архитектуры, что связывал два берега огромной реки.