Деньги - не проблема - Элмор Леонард

В комнате повисла тишина. Дебби выжидающе затянулась сигаретой.

— Это правда?

— Да, я в самом деле убил их.

— И это помогло?

— Что ты имеешь в виду?

— Ты удовлетворен, что сделал что-то? Ответил ударом на удар?

— Это как бы не имело никакого отношения к тому, что случилось в церкви… — сказал он, чуть помедлив.

— Как же тебя не арестовали?

— У власти там сейчас тутси. Один из них помог мне уехать.

Он говорил очень серьезно, но казалось, что сделанное не слишком его тяготит. Дебби придвинулась к нему и коснулась его щеки.

— Считай это своей исповедью. — Она легонько провела пальцами по его щеке и снова взяла свой бокал.

— Есть идея, — сказал Терри, — объехать приходы, получить разрешение обратиться с воззванием на воскресной мессе. Фрэн достал мне епархиальный справочник, и я выписал приходы, которые хотел бы посетить, и имена пасторов. Начну с восточного округа, там я кое с кем знаком.

— Твои труды ни к чему не приведут, — заявила Дебби. — Соберешь сущие пустяки.

— У меня есть фотографии маленьких детей-сирот.

— Должно быть, душещипательные?

— Эти малыши совсем одни на свете, и они голодают. У меня есть снимки, на которых они роются в отбросах…

— Единственный способ добиться успеха, — сказала Дебби, — это достать список адресов католиков. Начини с округа в несколько тысяч. Разошли брошюру с описанием своей истории, поясни свою цель, приложи снимки голодных детишек, где по их личикам ползают мухи…

— Не уверен, что у меня есть снимки с мухами.

— Не важно, главное, чтобы они были душещипательными. И обязательно приложи конверт.

— Одни эти конверты обойдутся мне… — пробормотал Терри, но замолчал, потому что Дебби энергично замотала головой.

— На конверте будет надпись: «Ваша марка тоже поможет».

— Сколько все это стоит?

— Много. Но это сработает. Подожди. — Она потушила сигарету. — Надо сделать сайт в Интернете: «Дети-язычники. Точка. Ком».

— Язычников осталось не так много. Большинство так или иначе обратилось. Очень много адвентистов седьмого дня.

— «Сироты. Точка. Ком», «Миссии и миссионеры. Точка. Ком». — Дебби остановилась. — Сделать предстоит многое. Ты понимаешь? Много черновой неинтересной работы. Можно разузнать, какие сайты уже задействованы. Я, впрочем, не слишком люблю компьютеры, они какие-то… очень уж бездушные. — Она залезла в холодильник за новой порцией льда, повернулась к Терри и, снова подумав, что его лицо напоминает лицо святого, сказала: — Впрочем, о чем я? Ты же не для сирот собираешь деньги.

— Ты так думаешь? — спросил он.

— Ты их просто используешь, этих сирот.

— Мне не особенно по душе эта идея, но ты полагаешь, им не все равно?

Дебби высыпала лед из ячеек.

— Если тебе просто нужны деньги, чтобы встать на ноги…

— Я думал, — сказал он, — ты это понимаешь, коль уж лишила меня духовного сана.

Она насыпала лед в бокалы и проговорила:

— Это навело меня на одну мысль. — И снова замолчала, как будто мысль эта только сию минуту забрезжила в ее голове. — Вот если бы ты помог мне…

— Да?

— Ты выгадал бы намного больше, чем всеми своими проповедями.

— Помочь тебе добраться до Рэнди?

— А ты бы согласился? — ответила она вопросом. И увидела, как он улыбнулся и сочувственно покивал. Временами он казался совсем простодушным.

— Сделать так, чтобы на этот раз он сбил тебя? Я это уже предлагал.

— Да, но я не хочу пострадать серьезно и стать обеспеченным инвалидом. Несчастные случаи так непредсказуемы.

— Но ты в них настоящий спец. Ты, наверное, знаешь тысячу способов, как их устроить, чертенок.

Дебби никак на это не отреагировала. Она снова наполнила их бокалы и повернулась к Терри.

— Ты сказал: «Они сидели за столом в пивной и пили банановое пиво, и я застрелил их из пистолета своей экономки». Это твои точные слова. Вряд ли я их забуду.

Он отпил глоток из своего бокала.

— Тебе было страшно?

Он покачал головой.

— В воображении я сделал это еще до того, как вошел в пивную.

— Они… сопротивлялись?

— Я не дал им такой возможности.

— Ты вошел и сразу начал стрелять?

— Сначала мы обменялись парой слов. Я предложил им пойти и сдаться. Но я знал, что они не пойдут. Так что можно сказать, когда я входил туда, то уже знал, что убью их.