Остров желтых васильков - Мария Брикер

– Опять псих! Что ж мне так на психов вечно везет, – нахмурилась Елена Петровна. – Эдакий эстетствующий маньяк с поэтической натурой. Я не удивлюсь, если Оля эта – не первая жертва.

– Оля? – удивился Трофимов. – Вы выяснили имя жертвы?

– Ничего я не выяснила, Вень. С губ случайно слетело. В песне Оля, вот и ляпнула. Это твоя работа – имя неопознанного трупа выяснять. Вот и работай! А пока ни одной зацепки. Кто-нибудь может мне ответить: убийца – мужик или баба? – спросила Зотова у судмедика и заодно зыркнула недобро на криминалиста. Эксперты поскучнели. Елена Петровна подула на озябшие ладони. У реки, покрывшейся тонкой корочкой льда, было зябко, а она, как назло, оделась легко. Весна приголубила с утра солнцем, и захотелось срочно запихнуть теплую одежду подальше в шкаф. Что она и сделала. Солнце оказалось обманчивым. На часах было одиннадцать, а замерзшие за ночь лужицы все еще стояли, скованные льдом.

– Не знаю, Леночка Петровна, – вздохнул Рыжов. – Как верно заметил Григорий Варламович, тело несколько часов в воде находилось. Образцы микрочастиц взял, может, всплывет ответ после экспертизы.

Следом за ним вздохнул судебный медик.

– С виду вроде сексуальному насилию жертва не подвергалась, но это вовсе не значит, что убийца – женщина. В то же время это не опровергает вероятность, что убийца мужчина. После вскрытия, может, что расскажу более информативное.

Рыжов склонился над жертвой и еще раз проверил карманы.

– Стоп! У нее в кармане пальто что-то есть, – Владимир аккуратно вытащил небольшой разноцветный прямоугольник, сложенный пополам. – Открытка какая-то, – уточнил он. – Прилипла к внешней стороне кармана, вот и не заметили сразу.

– Дай догадаюсь: на открытке изображены васильки? – предположила Зотова и подошла к Владимиру, разглядывая находку.

– Угадали, только это не открытка, а приглашение на бракосочетание. К счастью, текст от воды почти не пострадал. «Дорогая Марта! Мы рады сообщить о том, что 19 марта состоится церемония бракосочетания наших любящих сердец».

– Фу, пошлость какая, – влез Трофимов, вырвал у Рыжова приглашение из рук и начал читать дальше: – «Приглашаем тебя разделить это волнующее событие во Дворце бракосочетания номер 4, в 12 часов. Банкет по случаю торжества состоится в ресторане «Мятный апельсин» в 18 часов. Подпись – Яна и Женя. Приписка. – Буду с нетерпением тебя ждать, сука!»

– Оригинальное приглашение, – хмыкнула Елена Петровна. – Судя по всему, у невесты или жениха были с этой девушкой весьма прохладные отношения. И у нас появилась первая версия.

– Не понял. Как это – Яна и Женя? Две бабы брачуются? – ошарашенно переспросил Рыжов с некоторым запозданием. – Разрешили уже?

– Ты чего тупишь, Рыжов? Женя бывает не только женского рода, но и мужского! Причем мужского гораздо чаще, чем женского, – заржал Веня. Рыжов откашлялся и почесал затылок. – Слушайте, так это же сегодня – 19 марта, – сказал Трофимов. – Я знаю этот Дворец. У меня знакомые там расписывались. Это на Бутырке, рядом с Савеловским вокзалом. – Трофимов посмотрел на часы. – Церемония через полчаса.

– Вень, дуй во Дворец, – сказала Зотова. – Надеюсь, успеешь. Не хочется молодым праздник портить, но делать нечего. Судя по всему, это и есть несчастная Марта, которая уже не попадет на бракосочетание.

– Тело Марты всплыло в марте, – пропел Рыжов.

– Володь, может, хватит?! – поморщилась Зотова и снова обратилась к Трофимову: – Поговори с женихом и невестой. Прощупай осторожно, что за кошка между ними и этой Мартой пробежала.

– Яна и Женя. Созвучные имена, – заметил Трофимов. – Я в одной книге читал, что пары с созвучными именами живут долго и счастливо.

Все на мгновенье задумались, видимо, взвешивая в уме сочетание своих имен с именами вторых половинок. Плешнер покосился на Елену Петровну и вздохнул. В свое время Григорий Варламович отчаянно добивался ее руки, но Зотова отдала предпочтение другому и вышла замуж за известного режиссера Ивана Аркадьевича Варламова, с которым у нее был долгий и сложный роман несколько лет. Зотова же в данную минуту думала совсем о другом: ее удивляло влечение к ней мужчин, у которых были созвучные имена друг с другом.

– Даст бог, молодые проживут долго и счастливо, – сказала Елена Петровна. – Но придется им немного нам помочь. Молодоженов не терзай сильно, Вень, но поговорить с ними придется. Учешут в медовый месяц завтра – что будем делать? И там наверняка гости будут, которые эту Марту тоже знают. На них насядь плотно. Возможно, они смогут и рассказать нам о погибшей девушке, и прояснить неясность с припиской в приглашении на свадьбу. Думаю, это чисто женское. Приглядись внимательно к невесте.

Веня кивнул и направился к машине.

– Петь нельзя, шутить тоже, – буркнул Рыжов. – Я ж человек, а не робот. Должен я как-то стресс снимать?! Вот уйду я от вас, что тогда делать будете?

– Извини, Вов, – виновато сказала Елена Петровна. – Да, работенка у нас не сахарная. Надеюсь, что тело Марты, найденное в марте, будет последним в этом деле. А что у нее на запястье красно-синее? – склонилась Зотова к трупу и немного приподняла рукав, чтобы как следует разглядеть то, что ее заинтересовало.

– Татушка временная – переводная картинка, – объяснил судмедик. – Первая буква плохо различима, стерлась, а две последние – ЛЯ…

– «Б» – первая буква, – заржал Владимир.

– Может, Оля? – не обратила внимание на очередную остроту криминалиста Зотова.

– Не похоже, – отрицательно покачал головой судмедик. – Похоже, на «Ш» или «Ж».

– Шля, блин, – снова выдал Рыжов, – Жля, бл… – И захохотал, как ненормальный.

– Дурак какой-то, – вздохнула Елена Петровна, посмотрела на интеллигентного Григория Варламовича, пытаясь найти в его лице одобрение, но Плешнер повернулся к ней спиной и трясся всем телом, выражая поддержку глупой игры слов криминалиста. – Товарищи эксперты, заканчиваем ржать и осмотр места преступления, – скомандовала Зотова и направилась к служебной машине.