Будда слушает - Татьяна Коган

Ирландский фолк-рок, который Барбара всегда с большим удовольствием слушала в забегаловке у Энди, теперь казался неестественно веселым, почти навязчивым. Она бы попросила Энди убавить громкость, но музыка и без того играла тихо — просто Барбара была не в духе.

Она мешала ложкой ароматный кофе, не доставлявший сегодня никакого удовольствия. И даже — о боги — изумительный круассан не вызывал былого восторга. Сейчас ее голову занимали куда более сложные материи, и Барбара изо всех сил старалась привыкнуть к новым обстоятельствам своей жизни.

— Красавица, ты в порядке? — крикнул Энди из-за прилавка. — Ты к своему завтраку почти не притронулась. Тесто неудачное вышло?

Она натянуто улыбнулась:

— Что ты, Энди! Все очень вкусно, как всегда. Так, временная меланхолия.

Она отвернулась к окну, давая понять, что не расположена продолжать диалог.

И даже папа не звонит — прямо как чувствует, что ее настроение уже не испортишь, и без того плохое. Она взяла телефон, пролистала адресную книгу и нажала на вызов.

— Привет, мам.

— Здравствуй, дорогая, рада тебя слышать. Извини, не могу с тобой долго болтать, работа.

— Я на пару минут. Отец давно не звонил, все хорошо дома? — Барбара в задумчивости отломила кусочек круассана, повертела в пальцах и положила обратно на тарелку.

— Ты же его знаешь, когда у него не клеится на поле, он сам не свой.

— А что не клеится?

Мать шумно вздохнула:

— Снова его подсиживает Грег Кулман, отец переживает, что тот найдет повод его уволить. И тогда пиши пропала его тренерская карьера. Кулман знатный интриган, наверняка позаботится о том, чтобы очернить твоего отца в глазах возможных работодателей.

— Чем же папа так не угодил директору школы?

— У них давние претензии друг к другу, ты же знаешь. Сейчас просто новый виток. Нашла коса на камень, два упрямых осла не поделили территорию. Прости, дорогая, мне действительно нужно работать. Спасибо, что позвонила. У тебя все в порядке? Пока! — Не дождавшись ответа, мать разорвала соединение, а Барбара еще несколько секунд сидела, прижав телефон к уху.

Потом достала из сумки лэптоп, вошла в Интернет и открыла электронный ящик. Сегодня утром пришло письмо от литературного агента, на отклик которого Барбара очень рассчитывала. В этот раз ей не просто сухо отказали, а объяснили причины отказа.

«Уважаемая мисс Хилл. Я ознакомился с вашей рукописью. К сожалению, роман скучный и сырой и требует серьезной переработки. Сюжетная линия вялая, персонажи картонные, динамика напрочь отсутствует. Если у вас получится переделать роман или написать что-то более интересное и живое, непременно присылайте».

И внизу — «спасибо, что обратились в наше агентство…» Бла-бла.

Черт возьми. Этот литературный агент славился своей объективностью и готовностью работать с новыми авторами. Его мнению стоило доверять. Но как быть, если это стоящее доверия мнение — весьма невысоко и направлено на тебя саму?

Она открыла файл с романом. Вчиталась в первую строчку, перескочила на следующую страницу, еще одну. Она выхватывала фрагменты текста, казавшегося ей таким хорошим, добротным, и пыталась отыскать изъяны. Она три года вылизывала рукопись, редактировала снова и снова — и добилась лишь вялой сюжетной линии, картонных персонажей и отсутствия динамики? Как же так?

Барбара остановилась на середине рукописи, прочитала выбранный наугад абзац. Любой ли автор неспособен адекватно оценивать собственное творение?

— Твой кофе остыл. — Ронан возвышался над ней со своей рыжей шевелюрой, как гигантский одуванчик. — Принести тебе новый?

— Нет, спасибо. — Барбара прикрыла крышку лэптопа. — Все хорошо, Ронан.

— Что читаешь? Что-нибудь интересное?

— Скорее наоборот — очень скучное, — саркастическая ухмылка тронула ее губы.

— А зачем тогда читаешь? — благодушно заметил Ронан. Ему очень хотелось поговорить.

«А действительно, зачем?» — подумала Барбара, моментально вспомнив все звоночки, которые упрямо игнорировала.

Она ведь размещала первые главы на нескольких сайтах, где авторы публикуют свои работы, — и не получила ни одного отзыва. Она-то, дура, надеялась, что люди немеют от восторга, а они просто благородно щадили ее чувства. А хорошая знакомая с кафедры английской литературы, согласившаяся посмотреть ее роман, так и не ответила до сих пор, оправдываясь отсутствием времени. Скорее всего она просто не решилась огорчить Барбару…

— А? — Ронан улыбнулся и повторил: — Зачем тогда читаешь?

Барбара закрыла файл и выключила лэптоп.

— Ты абсолютно прав, Ронан. Читать такое не нужно, — она указала на недоеденный круассан. — Извинись за меня перед Энди, у меня сегодня совсем нет аппетита. В следующий раз я реабилитируюсь и съем двойную порцию!

Весь день в зале Барбара думала о том, что предпочла бы сейчас очутиться на открытой террасе у Джейка дома, послушать музыку, посмотреть на озеро. Несколько дней назад этот мужчина пытал и убил безобидного в общем-то человека, а ее этот факт будто и не волновал вовсе. Вернее, волновал, но совсем не так, как следовало бы. Что с ней случилось? Или она всегда была нечувствительна к аморальным поступкам, но не замечала этого, пока сама их не совершила? А может, все куда проще: Джейк начинал ей нравиться, и она интуитивно закрывала глаза на любые неудобные грани его личности?

Она пару раз набирала его номер в течение дня, но он не поднимал трубку. Поздно вечером, уже дома, приняв душ и готовясь ко сну, Барбара снова позвонила. На этот раз он ответил. Его голос звучал непривычно нервозно.

— У меня проблема, Барби. Извини, не до трепа сейчас.

— Я могу чем-то помочь?

— Брось, Барби.

— Я серьезно, — она мгновенно разволновалась. — Долг платежом красен.

Он молчал.

— Джейк? Ты там?