Зачет по убийству - Александра Романова

У входа я специально помедлила, выискивая самого Лощеного. Где автомобиль, там и хозяин. Вот он, мерзавец! Так ему и надо — торгуется с театральной мафией. Эти стервятники вечно тут толкутся, продавая билеты втридорога. Ха, скинут они ему цену, жди! И я гордо прошествовала мимо злодея в холл.

Вскоре настроение мое улучшилось. Сегодня нас, балетоманов, собралась большая компания — все-таки не рядовой спектакль, а начало фестиваля. Прибыл даже десант из Москвы, человек десять, не меньше. Пристроившись в нашем любимом месте, у рояля, мы радостно приветствовали друг друга. С москвичами обычно общаешься через Интернет, поэтому личная встреча — подарок судьбы.

Судьба приготовила мне и более материальные подарки. Мы активно обмениваемся балетными дисками — причем, как вы понимаете, не теми, что можно купить в ближайшем ларьке (увы, ничего для нас интересного там не отыщешь). Зато в нашей компании кто-то записывает балеты со спутниковых программ, кто-то скачивает из Интернета, а иные вхожи в театральный мир и добывают через артистов. Ну, а я устроилась лучше всех. Все знают, что у меня Интернет с ограниченным трафиком, а спутниковой антенны и артистических знакомств, увы, нет. Поэтому, записывая что-то себе, каждый привычно делает копию для меня, лишенки. Я не привередничаю и любое предложение приветствую жадным воплем: «Мне это надо, надо!» Сегодня в связи с приездом москвичей, которые не были у нас уже пару месяцев, меня просто окружила толпа благородных дарителей. Знай, успевай вытаскивать из сумки пустой диск в обмен на очередной шедевр. Душа пела от радости, предвкушая предстоящий просмотр. Тут забудешь даже о голоде, не то что о мелочах вроде убийства и связанных с ним проблем.

* * *

Дома, едва я вгрызлась в кусок колбасы (вообщето есть на ночь вредно для фигуры, но тут виновата не я, а виноват злой Лощеный… (к тому же вместо хлеба я положила колбасу на такой специальный безумно диетический хлебец)), так вот, едва я вгрызлась, раздался телефонный звонок.

— Счас джую, — сообщила я Насте (кто еще станет названивать после полуночи?).

— Чего?

— Сейчас дожую, — выдавила я.

— Жуешь? — возмутилась Настя. — В такое время? А ты знаешь, что Эдита Пьеха постоянно голодна и никогда не позволяет себе наесться досыта?

— Ни за что не стану певицей! — пообещала я. Хотя, судя по реакции подполковника, мне подобное несчастье не грозило.

— Жаль, что у тебя нет весов, — сурово заметила Настя.

— Еще весов мне не хватало…

— Ты бы взвесилась до еды, затем после и, наконец, утром, когда еда окончательно усвоится. Вот тут-то ты бы и убедилась, что бывает с теми, кто ест на ночь.

Я прямо-таки физически ощутила, как на животе откладывается жир. Все-таки Настя виртуозно владеет даром убеждения! А она, почувствовав мою слабину, с увлечением продолжила:

— Сейчас мы узнаем, какой вид диеты тебе следует предпочесть. Я как раз взяла в библиотеке новый журнал. Так… если ваша фигура имеет тип «груша», то есть расширяется книзу, то вы должны ограничивать себя в…

— Девяносто девять — шестьдесят девять — девяносто девять, — поспешно напомнила я, не желая себя ограничивать.

— Ладно, пойдем дальше. Если у вас тип «яблоко», то есть то, что в анекдоте зовется «а где будем талию делать?», то…

— Девяносто девять — шестьдесят девять — девяносто девять, — ехидно повторила я.

— И, наконец, если вы имеет тип «карандаш», то есть очень худы, — удивленно зачитала мне подруга. — Слушай, никогда бы не подумала, что очень худым требуется диета!

— Очевидно, мучно-кремовая, — предположила я. — Что, типы кончились?

— Да. Их почему-то всего три.

— Остальные в диете не нуждаются, — обрадовалась я, потянувшись к сыру. Настя уверяет, он безумно калорийный. Есть сыр — все равно что ложками трескать сливочное масло. Зато в нем много кальция. Должна же я позаботиться о зубах! Они мне жизненно необходимы, можно сказать, основной рабочий инструмент.

— Ладно, — неожиданно сменила тему Настя, — лучше расскажи, как у тебя дела.

— Современный балет был просто ужасен, — отчиталась я. — Он шел под пение какой-то хип-хоп-группы, и из слов я разобрала только два — «сумрачный абсурд». Правда, эти слова много раз повторялись. Зато восстановили «Пробуждение Флоры» Петипа — дивно красиво!

— Все-таки ты в стагнации, — вздохнула моя подруга. — Я спрашиваю не о балете! Как ты сходила в милицию? Рассказала подполковнику сюжет?

— Да. Представляешь, какой-то мерзавец наплел ему, будто Анна Сергеевна обещала мне заплатить, но не заплатила. Вот я и стала за ней гоняться, пока не настигла в фитнес-центре. Я, конечно, пыталась его разубедить, однако не уверена, что удалось.

— Тем лучше для тебя, — прокомментировала Настя. — Раз ты еще в стагнации, неординарный жизненный опыт пойдет тебе на пользу. Чем-то меньшим тебя не проймешь.

Честно говоря, я совсем иначе представляла себе реакцию любящей подруги. Нет, чтобы воскликнуть: «Одна мысль о том, что столь нежное существо, как ты, может оказаться в тюрьме, повергает меня в ужас!» А она ведет себя так, словно, по ее мнению, в камере мне самое место.

— Ну, на нарах будет не до стагнации, — мрачно буркнула я. — Особенно учитывая, что я не выношу душных помещений.

— Какие нары? — отмахнулась Настя. — Никто тебя не тронет. Кому ты нужна? Подопрашивают немного, и все. Подполковник что, вправду грозился тебя арестовать?

— Пока нет. Ограничился подпиской о невыезде.

— Ну, вот, а ты огород городишь на пустом месте. Погоди, — голос Насти дрогнул, — какая еще подписка?

— О невыезде, — повторила я. — Так положено.

— Что? — Подруга говорила вроде бы негромко, но я почувствовала такой энергетический выплеск, что в ужасе отодвинула трубку от уха. — Он совсем обалдел? Лето на носу! Через пару месяцев нам ехать отдыхать. И ты подписала?

— Да. Как я могла не подписать?

— Очень даже могла! — бушевала Настя. — Я слышала про произвол наших силовых структур, но такого не ожидала даже от них! Воспользоваться юридической безграмотностью человека и подсунуть ему подписку о невыезде! Ты что, собираешься торчать все лето в городе? Асфальт грызть?

В подобном ключе я о проблеме не думала.

— До отпуска почти два месяца, — робко напомнила я. — За это время убийцу найдут, и я смогу уехать.

— Найдут, ха, жди! Ты сама-то понимаешь, во что влипла? Алину Алову убили из-за вашей дурацкой книги, это ежу понятно. Политик Надиров, журналист Уралов, даже идеальный дядюшка-олигарх Иванченко, черт побери, это неважно, кто из них, но ни один не потащился бы на дело сам. В этом кругу нанимают киллеров, а поймать профессионального киллера фактически невозможно. Вспомни убийство того же Листьева… или Старовойтовой, например…