Смерть в облаках - Агата Кристи

— Не так-то легко забыть об этой осе. — вставил Джепп. — Выже все время толкуете о ней.

— Как бы то ни было, — продолжал Пуаро. — но мне повезло, язаметил на полу этот проклятый шип и поднял его. Все обстоятельства указывалина то, что произошло убийство.

— Шип все равно нашли бы, — сказал Джепп.

— Но убийца мог незаметно поднять его. Брайант или кто-либодругой.

— Вы думаете так потому, — сказал Фурнье, — что знаете, чтоэто убийство. Но когда леди неожиданно умирает от сердечной слабости, а кто-тороняет носовой платок и наклоняется, чтобы поднять его, — кто обратит на этовнимание?

— Правда, — согласился Джепп. — Значит, Брайант у насопределенно в списке подозрительных. Он мог высунуть голову за угол своегокресла и пустить в ход трубку — опять же по диагонали через салон. Но почему женикто ничего не видел?.. Однако я не хочу начинать все сначала. Кто бы он нибыл, его не увидели!

— А тому, полагаю, есть причина, — сказал Фурнье, — которая,судя по всему, что я слышал, — он улыбнулся, — понравилась мсье Пуаро. Я имею ввиду психологический момент. Допустим, путешествуя в поезде, вы проезжаете мимогорящего дома. Глаза всех пассажиров обращены в окно. Внимание каждогососредоточено на чем-то определенном. В это время некто мог бы выхватить нож,заколоть кого-либо, и, уверяю вас, никто не заметил бы, когда и как он этосделал.

— Верно, — сказал Пуаро. — Я помню одно дело, там имел местотакой, как вы говорите, психологический момент. Что ж, если мы обнаружим, чтоподобный момент был во время рейса «Прометея»...

— Мы сможем узнать это, допрашивая стюардов и пассажиров, —предположил Джепп.

— Правильно. Но если такой психологический моментдействительно был, то по логике вещей следует, что его причина была созданаубийцей.

— Ладно, запишем это как тему для вопросов, — сказал Джепп.— Перехожу к месту № 8 — Даниэль Майкл Клэнси.

Джепп произнес это имя с явным удовольствием.

— По-моему, этот тип самый подозрительный из всех. Что можетбыть легче, чем автору таинственных историй «проявить интерес» к змеиным ядамтак, чтобы какой-нибудь химик, находящийся вне всяких подозрений, допустил егок лекарствам? Не забывайте, Клэнси — единственный из пассажиров! — проходилмимо Жизели! Он мог выстрелить из трубки с очень близкого расстояния, ненуждаясь ни в каких «психологических моментах», как вы их называете. И у негобыли значительные шансы выйти сухим из воды. Он сам сказал, что знает все отрубках. Именно это, возможно, и приводит нас в некоторое замешательство.

— Явная хитрость, — сказал Джепп. — А трубка, которую онпритащил сегодня с собой? Ну, кто может сказать, что это та, которую он купилдва года назад? Вся эта история кажется мне довольно подозрительной. Не думаю,что полезно для здоровья размышлять и читать о преступлениях и всякихдетективных историях. Это наталкивает на всякого рода идеи.

— Писателю все же необходимо иметь кое-какие идеи, — пошутилПуаро. Джепп возвратился к плану самолета.

— Место № 4 занимал Райдер; его кресло прямо перед кресломубитой. Он выходил в туалет. На обратном пути он мог выстрелить с близкогорасстояния, но Райдер находился рядом с археологами — они же ничего незаметили.

Пуаро в задумчивости покачал головой.

— У вас, наверное, не много знакомых археологов? Если этидвое вели увлекательную дискуссию на спорную тему, eh bien, мой друг, они былислепы и глухи к окружающему миру: они жили в пятом тысячелетии до нашей эры иличто-нибудь около этого! Тысяча девятьсот тридцать пятый год нашей эры для нихпросто не существовал.

Джепп смотрел скептически.

— Ладно, перейдем к ним. Что вы можете рассказать о Дюпонах,Фурнье?

— Мсье Арман Дюпон — один из наиболее известных археологовФранции.

— Это для нас ничего не значит. Их положение в самолетеслишком удобное, с моей точки зрения. Через проход, но чуть впереди Жизели. Иеще я думаю, они много рыскали по свету, выкапывая всякие вещицы в необычныхместах; они легко могли достать у туземцев змеиный яд!

Фурнье с сомнением пожал плечами.

— Мсье Дюпон живет всецело своей работой. Он фанатик иэнтузиаст. Раньше он был антикваром. Бросил процветающее дело, чтобы посвятитьсебя раскопкам. Они оба — и он и его сын — душой и сердцем преданы своейпрофессии. Мне кажется маловероятным — я не скажу «невозможным», со временинашумевшего дела Ставинского я вообще никому и ничему не верю, — так вот, мнекажется маловероятным предположение, что они замешаны в этом деле.

— All right, — подытожил Джепп. Он взял лист бумаги, накотором делал свои заметки, и прокашлялся.

— Итак. Джейн Грей. Вероятность — ничтожна. Возможностьпрактически никакой. Гэйль. Вероятность — ничтожна. Возможность опять-такипрактически никакой. Мисс Керр. Совсем невероятно. Возможности — сомнительные.Леди Хорбари. Вероятность — есть. Возможность практически никакой. Мсье Пуаро.Почти определенно — преступник; единственный человек на борту, который могсоздать психологический момент.

Джепп хорошенько посмеялся своей маленькой шутке, Пуароулыбнулся снисходительно, а Фурнье — слегка, скромно и застенчиво. Затемдетектив продолжал:

— Брайант. И вероятность и возможность — имеются. ЛитераторКлэнси. Мотивы сомнительны, вероятность и возможности — хорошие. Райдер.Вероятность — сомнительна, возможности прекрасные. Отец и сын Дюпоны.Вероятность — ничтожна с точки зрения мотивов преступления, но у них былавозможность в смысле приобретения яда. Что ж, для нас, я думаю, неплохие итоги.Придется провести множество допросов. Я сначала возьму Клэнси и Брайанта —выясню, не нуждались ли они в деньгах, была расстроены или озабочены чем-либо впоследнее время, уточню их передвижения за последний год и все такое. То жесамое проделаю с Райдером. Не следует забывать и об остальных. Вилсон для менявсе разнюхает. Мсье Фурнье займется Дюпонами.

Французский полицейский кивнул:

— Будьте уверены, ваши, приказания будут исполнены. Явозвращусь в Париж сегодня же вечером. Можно, я полагаю, еще кое-что разузнатьу Элизы, горничной Жизели. Я внимательно проверю все поездки Жизели. Хорошобыло бы узнать, где она побывала летом. Насколько я знаю, раз или два онанаведывалась в Ле Пине. Можно также получить информацию об англичанах, которыхона втянула в свою орбиту... Да, словом, дел у нас много...

Джепп и Фурнье поглядели на Пуаро, погруженного в своимысли.

— Вы примете во всем этом участие, мсье Пуаро? — спросилДжепп. Пуаро очнулся.