Где распростерся мрак… - Майкл Ридпат

Вигдис окинула ее оценивающим взглядом.

— Кто-нибудь может подтвердить, что в тот день вы неотлучно находились в магазине?

Женщина на пару секунд призадумалась.

— Это ведь был понедельник? По-моему, приходила Диза из соседнего бутика. Позаимствовала у меня несколько пакетиков чаю. Кажется, именно в понедельник.

Вигдис посмотрела на Магнуса. Сержант понял, что напарница намеренно придерживала вопросы насчет отношений с Агнаром, поэтому Магнус решил попробовать зайти с другого бока. К теме Агнара можно вернуться в любой момент.

— У вас был брат по имени Исилдур? Умерший в раннем детстве?

— Да, — ответила Инкилейф. — Но это случилось за несколько лет до моего рождения. Кажется, менингит. В общем, я его никогда не видела. Родители почти не упоминали про Исилдура. Как вы сами понимаете, смерть первенца подействовала на них очень сильно.

— Как вы считаете, имя Исилдур необычное?

— Пожалуй, да. Впрочем, я об этом не задумывалась.

— Вы не знаете, почему ваши родители его выбрали?

Инкилейф покачала головой:

— Понятия не имею. — Сейчас женщина явно нервничала и беспрестанно хмурилась. Магнус заметил у нее под челкой небольшой клиновидный шрам чуть выше брови. Хозяйка салона то и дело рассеянно пощипывала витиеватую серебряную сережку, наверняка изготовленную одним из ее коллег-дизайнеров. — С другой стороны, Исилдуром звали моего прапрадеда по отцовской линии. Не исключено, что брата назвали в его честь. Вы же знаете, как часто имена повторяются в семьях.

— Хотелось бы опросить ваших родителей, — сказал Магнус. — Вы могли бы сообщить их адрес?

Инкилейф вздохнула:

— Боюсь, тут ничего не выйдет. Отец умер в 1992-м, а мама в прошлом году.

— Извините, — постарался загладить бестактность сержант. Судя по внешности, Инкилейф было двадцать с чем-то, и это означало, что она потеряла отца примерно в том же возрасте, когда Магнус лишился матери.

— Кто-нибудь из них увлекался «Властелином колец»?

— Вот уж не думаю, — ответила она. — Вернее, в доме была эта книга, но я не припомню, чтобы родители ее обсуждали.

— А вы? Вы сами ее читали?

— Да, еще ребенком.

— Фильмы смотрели?

— Только самый первый. Остальные два мне были уже неинтересны. Сколько раз можно пялиться на орков?

Магнус молчал, надеясь на продолжение. Бледные щеки Инкилейф окрасились пунцовыми пятнами.

— Вам доводилось слышать про британца по имени Стив Джабб?

Инкилейф покачала головой:

— Нет.

Магнус бросил взгляд на Вигдис. Пора вернуться к теме связей с Агнаром.

— Вы поддерживали интимные отношения с Харальдссоном? — спросила Вигдис.

— Нет! — возмущенно заявила Инкилейф. — Категорически нет!

— Но вы же сами упоминали, какой он был обаятельный!

— Что правда, то правда. В этом смысле Агнар не изменился.

— А раньше интимные отношения у вас с ним были? — не унимался Магнус.

— Нет, — севшим голосом ответила женщина. Ее пальцы вновь потянулись к сережке.

— Инкилейф, речь идет о расследовании убийства, — неторопливо и сухо сказала Вигдис. — Если будете лгать, дело может кончиться арестом и серьезными неприятностями, уж вы мне поверьте. Итак, попробуем еще разок: у вас когда-либо были интимные отношения с Агнаром?

Инкилейф закусила губу; щеки ее покраснели. Она глубоко вздохнула.

— Ладно. Хорошо. Да, мы были с Агнаром близки, когда я училась в университете. В ту пору он как раз развелся со своей первой женой. Впрочем, ничего серьезного… несколько раз переспали, и все.

— Связь прервал он, или это была ваша инициатива?

— Пожалуй, моя. Агнар обладал свойством притягивать женщин, умел сделать так, что ты чувствовала себя особенной, интеллектуально интересной и красивой. Хотя в общем-то его можно назвать простым бабником. Он хотел переспать с как можно большим числом девушек, лишь бы доказать самому себе, какой он невероятный обольститель. Тщеславный до глубины души. Когда я недавно с ним случайно встретилась, он вновь попытался пофлиртовать, но на сей раз я была умнее. У меня нет привычки увлекаться женатыми мужчинами.

— И последнее, — сказала Вигдис. — Где вы были в пятницу вечером?

Плечи Инкилейф слегка обмякли, словно она с облегчением поняла, что этот заковыристый вопрос ей ничем не грозил.

— Я ходила на вечеринку по случаю открытия выставки одной моей подруги-художницы. С восьми часов вечера до примерно половины двенадцатого. Меня там видела добрая дюжина знакомых. А подругу зовут Фрида Йосефсдоттир. Если хотите, могу дать ее адрес и телефон.

— Прошу, — кивнула Вигдис, протягивая свой блокнот. Инкилейф что-то нацарапала на пустой странице.

— А потом? — спросила Вигдис.

— То есть?

— После вечеринки.

Инкилейф смущенно улыбнулась:

— Вернулась домой. Не одна…

— С кем?

— Его зовут Ларус Торвальдссон.

— Ваш постоянный кавалер?

— Да нет, — ответила Инкилейф. — Он художник; мой старинный друг. Просто иногда проводим время вместе. Ну, сами, наверное, понимаете… Кстати, он не женат.

Пожалуй, впервые за весь разговор Инкилейф не испытывала неловкости. Так же как и Вигдис. Надо полагать, напарница Магнуса действительно понимала, что к чему.

Вигдис вновь передала девушке свой блокнот, и та записала координаты Ларуса.

— Врать-то она вроде бы не умеет, — заметил Магнус после выхода на улицу.

— Мне сразу показалось, что у них с Агнаром что-то было.

— Но при этом она пыталась убедить нас, что все в прошлом.

— Не исключено, — кивнула Вигдис. — Я еще проверю ее алиби, хотя здесь наверняка все чисто.

— Должна иметься некая связь с Джаббом, — сказал Магнус. — Нутром чую, что имя Исилдур играет тут какую-то важную роль… Кстати, вы заметили, что она ничуть не удивилась, когда мы спросили про ее давно умершего брата? К тому же после просмотра фильма «Властелин колец» такое совпадение имен обязательно должно было броситься в глаза, а ведь она даже не упомянула об этом…

— Намекаете, что она пыталась увести разговор в сторону?

— Именно. Хотела обойти молчанием все, что с этим связано.

— Может, имеет смысл вызвать Инкилейф на допрос в управление? — предложила Вигдис. — Пусть Балдур сам на нее посмотрит.

— Да нет, давайте пока оставим все как есть. Она тем временем успокоится, потеряет бдительность… А дня через два мы к ней вернемся и опять побеседуем. Найти дыру в показаниях всегда легче по второму заходу.