Свидание под мантией - Дарья Донцова

Я последовала за Ксюшей. Похоже, мне надо сбегать в супермаркет и принести продукты.

– Вау! – воскликнула Ксения. – Даша, глянь, на конфорке новая кастрюля, красная, эмалированная. Откуда она взялась? Ирка, когда ей в голову приходит идея сварганить баланду, берет мятую серую посудину. Приличную кухонную утварь папашка давно спер и обменял за водку.

Ксения подняла крышку.

– Рагу! Или как там правильно называется подливка, в которой плавают курица, картошка, грибы, морковка, зелень, лук.

Она схватила ложку и принялась есть прямо не отходя от плиты.

– Господи, – стонала она. – Откуда у нас ЭТО? Может, у Воробьевых, ближайших соседей, отключили газ, и они воспользовались нашей кухней? Невозможно остановиться, никогда не пробовала ничего вкуснее!

Из большой комнаты донесся вопль Петра:

– Стой, гадюка!

Затем послышались треск, стук, грохот и… визг явно перепуганного животного. Я бросилась на звук. Неужели пьяница и в самом деле притащил живого поросенка?

Петр сидел, привалившись к дивану.

– Не хочет выходить, – пожаловался он.

– Я тоже не пожелала бы расставаться с жизнью, – вздохнула я. – А с кем вы сражаетесь?

– Со свинкой!

– И где она? – продолжала я увлекательную беседу.

– В софе, – икнул пьяница.

Я встала на колени, заглянула под диван и в горе пыли увидела кого-то, забившегося в самый угол.

– Ого! – вырвалось у меня. – Похоже, там и правда поросенок!

– Ну! – приосанился отец семейства. – Петр никогда не врет!

– Где вы взяли хрюшку?

– Нашел!

– По улицам Москвы свиньи не разгуливают, – усомнилась я.

– А он сидел!

– И не сидят, – добавила я.

– А этот отдыхал, – стоял на своем Петр, – около магазина, большого супермаркета! Наверху светилась буква «М».

– Боюсь вас разочаровать, но это метро, – вздохнула я. – Значит, свинья бродила у входа в подземку?

– Он сидел! – икнул пьяница.

– Кажется, свиньи не способны сидеть, – засомневалась я.

– На заднице!!! – добавил металла в голос Петр. – У продмага с буквой «М»!

Ксения вошла в комнату и протянула отцу бутылку.

– Хочешь?

– Давай скорей, – затрясся он и схватил беленькую.

– Разве можно давать Петру выпивку? – возмутилась я.

– Не надо считать меня сволочью, которая потакает дурным привычкам идиота. В водку подсыпано лекарство, она заряжена на случай непредвиденных обстоятельств. Я пользуюсь этой уловкой лишь в том случае, когда отца нужно временно убрать из жизни. А сейчас именно такая ситуация, – мрачно объяснила Ксюша.

Через пару минут Петр захрапел, а я снова заглянула под софу.

– Ты там как? Милый!

Поросенок шумно засопел. Уму непостижимо, где потерявший человеческий облик мужик откопал беднягу. Небось свинский ребенок перенервничал и давно простился с жизнью.

Свинка чихнула.

– Понимаю тебя, – воскликнула я, – хозяйка отчаянная неряха, пыли полно, давай, выходи.

Белая тушка поползла вперед.

– Молодец, милый, – приободрила я Наф-Нафа, – никто тебя не обидит. Сейчас попьешь водички, успокоишься, ну же, котик, не бойся.

И тут из прихожей раздался детский голос:

– А мы с бабушкой на рынок ходили. Ксю, ты дома? Смотри, она мне куклу купила!

Младшая сестра вошла в комнату, увидела меня и обрадовалась:

– Здрассти, тетя Даша!

– Иди уроки делай, – гаркнула Ксения.

Лера сжалась и нехотя потрусила в свою комнату.

– Внученька, отнеси сумку на кухню, – попросила Полина и кивнула мне. – День добрый!

– Здравствуйте, – ответила я.

– Я предпочитаю, чтобы вы звали меня Ксенией! – огрызнулась старшая внучка.

– Хорошо, – беззлобно согласилась старуха. – Отнеси, Ксюша, торбочку.

– Я не нанималась тяжести таскать! – буркнула та.

Я молча вышла в прихожую, взяла тяжелую поклажу и притащила ее на кухню.

– Спасибо вам, – поблагодарила Полина, – устала я очень.

Потом она подняла крышку кастрюли и спросила:

– Ксюшенька, понравилась курочка?

– Ничего, – неохотно признала девушка, – на фоне блевотины, которую готовит Ирка, эта вполне съедобна.

– Ты ложечкой из кастрюльки ела? – уточнила старуха.

– А надо руками лопать? – окрысилась Ксю.

– Лучше на тарелочку положить! – пропела бабушка.

– Ваш зять всю посуду пропил, – сообщила старшая внучка, – мы жрем из мисок.

– Ой, у тебя брючки грязные, – сменила тему бабка.

– Ирка никогда не пылесосит, вот я и испачкалась, – парировала моя напарница, – мамахен хозяйством заниматься не любит!

Полина села за стол.

– Послушай, детка!

– Не смейте так со мной разговаривать, – взвилась Ксения, – я вам не детка! Я взрослая!

– Тогда и спрос с тебя будет, как с большой, – внезапно отбила мяч Полина. – Мать плохо готовит?

– Омерзительно, – скривилась Ксения.

– Квартиру не убирает?

– Сами-то не видите? – прищурилась девушка. – В доме грязищи по колено.

Я молча слушала диалог, а Полина продолжала:

– Отец пьет?

– Без просвета.

– А ты уже выросла?

– И что? Куда вы клоните?

– Раз из детского возраста вышла, начинай проблемы семьи решать, – жестко заявила Полина. – Только малышам папа с мамой все на блюдечке несут, взрослый человек сам за себя в ответе. Не нравится мамина еда? Приготовь на всех вкусно. Грязь бесит? Возьми пылесос! Чего претензии предъявляешь? Сама хороша! Поела и ложку в раковину швырнула, кто ее за тебя вымоет?

– У нас Лерка с посудой возится, – растерялась Ксения, – это ее обязанность.

– А у тебя какая? Что ты для родных делаешь? – поинтересовалась Полина.

– Это они мне обязаны, как отец и мать, я их ребенок! – заявила Королева.

– Секунду назад ты сказала, что уже выросла, – засмеялась Полина, – неладно получается: как работать – ты маленькая, а гулять – большая. Ты уж определись!

– Я учусь! На одни пятерки! – выложила основной аргумент Ксюша.

– А родители работают! – пожала плечами Полина.

Внучка ринулась в атаку: