Голоса ночи - Анна Малышева

– Не воспринимай все так трагично, – посоветовал Борис.

– А что мне делать? У меня нет никаких сбережений, рассчитывать не на кого. Я веду себя так, будто сошла с ума!

В ответ он заметил, что иной раз неплохо бывает сойти с ума – для разнообразия. Мария потребовала, чтобы он отнесся к ситуации серьезно. Мужчина рассмеялся. Впрочем, смеялись только его губы, глаза оставались непроницаемыми. Женщина не выдержала и бросила вилку:

– Хватит! Не понимаю, как ты это провернул, но знаю одно – я сделала ошибку. Немедленно начну искать другую работу! Может быть, даже попрошусь на прежнее место.

– А вот сейчас ты в самом деле говоришь глупости, – сказал он. – Зачем тебе работать? Держи.

Он достал бумажник из внутреннего кармана пиджака и выложил на скатерть несколько стодолларовых купюр. Мария гневно подняла глаза и сказала, что это не выход.

– Почему?

– Потому что ты несерьезен. Сегодня даешь деньги, завтра…

– И завтра будет то же самое.

– Но почему? – Она была готова разрыдаться, несмотря на то что вокруг было много народу. – Почему я?

С губ рвались другие вопросы, но как раз их она и не могла сформулировать. Ей хотелось спросить, почему Борис, по всем внешним признакам – влюбленный, порою ведет себя так холодно? Почему он не пускает ее в свою жизнь, умудряясь при этом менять ее собственный образ жизни? И как ему удалось, почти не нажимая, перевернуть весь ее мир? Она впервые встретила такого человека, и ей было страшно.

– Скажи, что будет завтра? – Она с трудом заставила себя говорить спокойно. – Сам-то знаешь?

– Конечно. Завтра мы проснемся где-то в полдень, ты приготовишь завтрак, и я поеду на работу. А потом пойдешь в магазин и купишь продукты, чтобы сделать ужин. В ресторан не пойдем – надоело. Честно говоря, – он выудил из помявшейся пачки последнюю сигарету, – я пристрастился к ресторанам потому, что жил один. На самом деле предпочитаю домашнюю кухню.

Мария опустила ресницы – он ждала не такого ответа. Каждое слово звучало внушительно, солидно и, казалось, не нуждалось в пояснениях… Но ей нужно было что-то иное.

– И это все?

– Чего тебе еще нужно?

– Не знаю, – она провела ладонью по щеке и очень удивилась, обнаружив, что не плачет. – Я тебе доверилась, а ведь совсем тебя не знаю.

– Так узнаешь.

– Да? – Мария пытливо смотрела ему в глаза. – Я не уверена в этом. А ты разве знаешь меня? Почему ты меня предпочел другим? Ради чего собираешься содержать? Ты даже не знаешь моей фамилии. Не знаешь, сколько мне лет…

– Двадцать семь?

Она нервно рассмеялась:

– Тридцать. Но спасибо за комплимент. О тебе я тоже знаю немного. Правда, ты дал мне визитную карточку. Мы с тобой несколько раз занимались сексом, ходили в рестораны, даже купались в речке. Но это все. Так люди не сходятся!

– А как сходятся? – меланхолично возразил он. – Ты придумала какие-то правила и считаешь, что иначе нельзя. Уверяю тебя, в этой жизни все и намного проще, и куда сложнее, чем ты думаешь.

Мария все еще смотрела на купюры, не решаясь к ним прикоснуться. Две ее зарплаты – он запросто выложил их на скатерть.

– Мне кажется, – сказала она, – ты сошелся со мной от безысходности. Просто никто другой не подвернулся.

– Глупости.

– Нет! Я вижу, чувствую.

– Ни черта ты не видишь, – Борис вовсе не сердился, он все еще демонстрировал свою лягушачью улыбку, и с каждой минутой она казалась все более деланой. – Хотелось бы знать, что творится у тебя в голове? Только что сама сказала, что тебе тридцать лет. Пора бы кое-что понимать.

– А сколько тебе?

– Побольше. Так, – он перегнулся через стол и неожиданно больно сжал ее горячие пальцы. – Кажется, я кое-что понял. Ты порядочная женщина, так?

Мария в недоумении заморгала, фраза оказалась уж очень странной.

– Ты хочешь выйти замуж?

– Я не… Я… – Она попыталась высвободить руку, но это не удалось, хватка стала еще более цепкой. Мария подняла глаза и со слезами ответила: – Я не говорила об этом!

– Но думала?

– Что ты!

– Перестань!

Ее рука мгновенно оказалась на свободе, и женщина судорожно сжала затекшие пальцы.

– Замуж, – растерянно повторила она. – Да я и не думала об этом. Мы знакомы всего несколько дней. Замуж!

Она нервно засмеялась, но сама испугалась звука своего голоса, он прозвучал очень неестественно.

– Я ведь не об этом… Меня пугает, что теперь нет работы, а сколько я себя помню, всегда содержала себя… А насчет брака…

– Ты хочешь замуж или нет?

– Почему ты спрашиваешь? – с замиранием сердца ответила она. – Не знаю. Не хочу, наверное.

– Врешь!

– Господи… – Мария чувствовала себя так, будто сидела не на стуле, а на палубе корабля, попавшего в шторм. Она с трудом сохраняла равновесие. – Я уже была замужем, и дело кончилось разводом. Думаешь, что я примитивная дура, которой жизнь не в радость без обручального кольца?!

– Так да или нет?

Его голос звучал жестко, и она была готова поклясться, в нем была ненависть. Никакой нежности, ни намека на любовь, он бросал слова сквозь зубы, будто его к этому принуждали.

– Нет, – ответила она наконец и была уверена, что это единственный правильный ответ. – Я слишком взрослая для того, чтобы на что-то надеяться.

– То есть?

– Если мы поженимся официально, то не станем более близки, – твердо сказала Мария. – Сперва нужно приглядеться друг к другу. И потом… Я вообще не уверена, что хочу опять выйти замуж.

– Очень мило, – издевательски заметил он. – То есть никакой ответственности, так? Погуляешь со мной, сколько захочется, потом пошлешь к черту?

– Не понимаю, – женщина в отчаянии растирала ноющие виски. – Ты ведь тоже был женат и сам говорил, что бывшая жена тебя обокрала. И я не хочу, чтобы ты думал обо мне так же!

– Тогда представь, что я идиот. Что ты мне кажешься в самом деле порядочной женщиной. Что я хочу нормальную семью. У нас будут деньги, хорошие отношения, может быть, еще и дети. Неужели ты не хочешь детей?

Мария видела, как он копается в пустой пачке из-под сигарет, комкает ее, отшвыривает в сторону и знаком подзывает официанта. Она встала:

– Расплатись, и поедем домой. Я не могу тут больше сидеть. На нас смотрят.

На них в самом деле уже начинали поглядывать: в последние минуты парочка неоднократно повышала голос. Борис бросил на стол деньги, сгреб доллары и сунул их Марии в карман:

– Бери. Для чаевых это слишком много.