Убийство в пятом варианте - Наталья Солнцева

Алина не узнавала шефа. Он приехал в офис с большим опозданием. На нем лица не было. Он говорил невпопад, отказывался отвечать на звонки и принимать сотрудников.

Секретарша боялась сказать лишнее слово, чтобы не вызвать огонь на себя. Ближе к обеду она решилась предложить Бушинскому кофе.

– Неси, – буркнул тот, не удостоив ее взглядом.

Алина робко переступила порог его кабинета и застыла. Шеф не замечал ее. Он смотрел мимо, куда-то в угол, где зеленела китайская роза в горшке.

– Самсон Карлович…

– Чего тебе?

Он забыл о кофе, забыл обо всем, кроме одолевающих его мыслей. Секретарша мешала ему сосредоточиться, и это раздражало.

«Наверняка тело альфонса уже обнаружено», – думал Бушинский. Ему представлялся то мертвец в луже крови, то оборванная шторка в ванной комнате, то двое чудаковатых людей, которые задавали ему нелепые вопросы.

«Что теперь будет? – гадал он. – Чем все это кончится?»

Он не мог позвонить жене, потому что ее смартфон утонул в джакузи. В театре ему сообщили, что Татьяна сегодня не вышла на работу, вероятно, заболела. Волосы шевелились на голове Бушинского, рубашка промокла от холодного пота.

– Ваш кофе, Самсон Карлович…

Он поднял глаза и уставился на секретаршу. Что она здесь делает? Кто ее звал?

– Выйди!

Это было сказано таким тоном, что Алина пулей вылетела за дверь, пошатнулась и уронила поднос. Чашка разбилась, кофе вылился, на ковровом покрытии растеклось коричневое пятно. Девушка чуть не расплакалась. Хотела как лучше, а получилось…

Пока она замывала пятно на полу, Бушинский написал Джейн. Его знакомый хакер выяснил, откуда она отправляет свои сообщения. Оказалось, из разных интернет-клубов.

– Шифруется, – пробормотал Самсон Карлович. – Сколько можно водить меня за нос? Я ведь не мальчик.

Он по опыту знал, что ответ придет не скоро. Видимо, Джейн посещала клубы раз или два в неделю. Тогда и поступали сообщения от нее. Даже если в заведениях установлены камеры, неизвестно, как выглядит госпожа Рейли.

– Я бы узнал ее… узнал бы…

Бушинский вспомнил молодую даму, которая прошла мимо него в театральном фойе. В сознании всплыла ее фигура в облегающем красном платье и мягкие темные локоны. Но черты лица остались «за кадром».

– Черт!..

Ужасный вечер и бессонная ночь вымотали его. Голова раскалывалась, в груди саднило. Бушинский набрал номер Ступникова, который жил в его загородном доме на правах управляющего и сторожа. Будучи приятелями, они вместе открывали первый продуктовый лоток на рынке. Потом Аркадий бросил бизнес, развелся с женой, они делили квартиру, и Бушинский предложил ему на время переехать в Трошино. Как-то само собой вышло, что безработный приятель согласился присматривать за домом, кормить собак, ухаживать за садом и теннисным кортом. Самсон тогда искал человека, которому мог бы доверить свою усадьбу на Клязьме.

– Привет, – лениво протянул управляющий.

– Как у тебя дела? Всё в порядке?

– Да. Погода отличная, я лодку приготовил, удочки, червей накопал. Жду тебя на рыбалку в выходные.

– Заманчиво. Но вряд ли получится.

– Жаль. Последний месяц лета пошел, золотые деньки. Пропустишь – пожалеешь!

Бушинскому показалось, что голос управляющего звучит фальшиво. Тот вовсе не рад звонку и тем более не будет рад приезду хозяина. А может, просто не в настроении.

– Дела навалились, Аркаша, – вздохнул он. – Надо быть на месте.

– Выгодный контракт?

– И это тоже. В городе духота, пылища. Я бы с удовольствием порыбачил, но…

– Вот так жизнь и проходит, в суете, в спешке. Не успеешь оглянуться, а за тобой старуха с косой явилась. Пора, соколик! Собирайся, подводи итоги!

Бушинский хотел спросить его о Татьяне так, чтобы это выглядело естественно.

– Верно говоришь. Кстати, к тебе моя супруга должна наведаться.

– С какого перепугу? – хохотнул Ступников. – Она же морские курорты предпочитает.

– А в этом году решила недельку провести на реке.

– Неужели? Не верю своим ушам, – ерничал Аркадий. – Ладно, заметано. Пусть приезжает. Я ее научу удить.

– Вряд ли.

– Тогда остается теннис. Мы с тобой давно не играли. Может, Татьяна составит мне компанию?

– Она играет из рук вон плохо.

– Ничего, я тоже не чемпион…

Бушинский раздраженно слушал болтовню управляющего.

– Прости, Аркаша, ко мне пришли, – дождавшись паузы, выставил он. – Я перезвоню…

Злость на Татьяну сменилась растерянностью. Прежде чем заявлять в полицию о пропаже жены, надо поискать ее самому. Куда она могла податься? К подруге? У нее нет подруг. К матери?

Мысль о теще могла бы прийти раньше!.. Бушинский набрал ее номер и сразу спросил:

– Тата у вас?

– Это ты, Самсон? Что случилось?

– Тата у вас? – нервно повторил он.

– Нет!.. Господи! – запричитала ее истеричная мамаша. – Ты меня пугаешь!

– Не волнуйтесь. Вероятно, она задержалась в гостях, телефон разрядился.

– Задержалась?!! Она что же… не ночевала дома?

– Да ночевала, ночевала…

Он не продумал заранее разговор, а импровизация никогда не была его коньком. Ляпнул не то, и понеслось. Не признаваться же, что он сам провел ночь в другом месте?

– Ты от меня что-то скрываешь! – заголосила теща в трубку. – Вы с Таточкой поссорились? Она такая ранимая, обидчивая. Бог знает, что она может с собой сделать!..

Бушинский сделал опрометчивый шаг, но избежать его не было никакой возможности.

Теща рыдала в трубку и требовала немедленно поднимать на ноги полицию. Она смекнула, что без насущной необходимости зять бы ей не звонил. Она давно не говорила по телефону с Самсоном – только с дочерью.

– Что там у вас произошло? – подвывала теща. – Ой, горе мне! Таточка скрытная, все молчком да молчком! Лишнего слова не вытянешь!.. А ведь я мать! Я плохого не посоветую…

Бушинский поморщился и положил трубку на стол. Выслушивать причитания тещи было выше его сил…

* * *

Зал в театре «Тет-а-тет» был небольшой, уютный. Зрители обмахивались программками и восторженно аплодировали. На сцене творилось нечто невообразимое.