Атомная крепость - Иван Цацулин

– Я боюсь без пользы навлечь на вас беду. – Нортон явно начал сдаваться. На него надо было еще «поднажать», и это сделал Финчли.

– Есть тайны, владеть которыми одному – преступление… Мало ли что может случиться.

– А за нас с Бобом ты не беспокойся, – заверил приятеля Гейм.

– Ну, раз так – слушайте… – сдался, наконец, Нортон. – Вас интересует, чем я занимался последнее время?

– О да!

– Ну так я служил у Уильяма Прайса.

– У Прайса? – Что ты у него делал? – с удивлением спросил Гейм.

– И как ты к нему попал? – добавил Финчли. – Ведь Прайс – это свиньи, холодильники, банки…

Нортон грустно улыбнулся.

– Вы ошибаетесь… Свиньи, банки составляют прошлое этого человека. Банкир Прайс – это прежде всего уран, атомная энергия.

– Вот как? – с удивлением протянул Гейм. – Этого я не знал.

– Однако это так, – продолжал Нортон. – Я служил у Уильяма Прайса, этой злобной скотины, и еще пять дней назад. Прайс регулярно переводил на мой текущий счет доллары – мое жалованье. На прошлой неделе он уволил меня, и командование направило меня сюда, в Гренландию. Теперь я должен быть готов к прыжку через полюс на Советский Союз.

– Час от часу не легче! – проворчал неисправимый Финчли. – Но что же ты все-таки делал у Прайса? Вел его конторские книги? Помогал ему искать уран?

– Ни то, ни другое – я летал.

– Стало быть, ты был личным пилотом Прайса?

– И да, и нет. Я был его личным пилотом, но мне ни разу не довелось иметь Прайса на борту моего «Метеора».

– «Метеора»? Так ты назвал свою машину? – полюбопытствовал Гейм. – Судя по названию, это реактивный самолет?

– «Метеор» – так называется тип машины, существующий всего в одном экземпляре. Ты прав, Стив, это реактивный самолет. Но от всех имеющихся у нас в Штатах он отличается двумя особенностями: скоростью, намного превышающей скорость других реактивных машин, и бесшумностью… абсолютной бесшумностью полета.

– Интересно… – бросил Гейм. – Что же ты возил на этой своей машине и куда?

– Что я возил, этого я в точности не знаю, – ответил Нортон. – А куда? Вы слышали что-нибудь о научной экспедиции профессора Смита в глубь Центральной Азии? Нет? Я так и знал. – Неожиданно Нортон зло расхохотался. – Жулики! Мошенники! – говорил он сквозь смех. – Экспедиция Смита! Но там нет никакого Смита! Понимаете – все это вранье.

– Если там нет профессора Смита, то кто же вместо него?

– Профессор Смит – знаменитый ботаник, но там нет никакого Смита, все это блеф, понимаете? Он вовсе не Смит…

– Но кто же он в таком случае? – потерял терпение Финчли.

Нортон наклонился к друзьям и шепотом произнес: – Каррайт. Джеймс Каррайт – известный шпион.

– Фашист Каррайт? Поклонник Гитлера? – Гейм с интересом посмотрел на Нортона. – Что же он там делает?

– И при чем здесь ты? – вставил Финчли.

– Не спешите, друзья, сейчас я вам все расскажу. Итак, я летал на специально приспособленном для этого «Метеоре» от резиденции Прайса на реке Гудзон до лагеря Каррайта в Азии, в горах, неподалеку от китайской границы, и обратно. Возил какие-то ящики с оборудованием туда и какие-то документы в запечатанном портфеле – обратно. Так продолжалось до прошлой недели…

– Когда Прайс прогнал тебя?

– Вот именно.

– Но за что же он уволил тебя? И какое это имеет отношение к страшной тайне, о которой ты упомянул?

– Сейчас узнаете… Я думаю, что все это находится в какой-то связи с исчезновением профессора Старка и с попытками покушения на русского ученого Ясного. Видите ли, Старк каким-то образом проник в тайны Прайса, в тайну экспедиции Каррайта. Мне не известно, в какой мере Старк был осведомлен, но, кажется, он знал много. А тут еще Чармиан, дочка профессора… она ничего не знает о судьбе отца. Прайс держит ее при себе в качестве заложницы… По-видимому, Прайс решил, что я знаю больше, чем следует, и убрал меня.

– Но что же все-таки они делают там, в Азии? – спросил Гейм.

– Сопоставляя различные, известные мне факты, я пришел к выводу, что они замышляют нечто ужасное.

– Тсс… – шепнул Гейм и приложил палец к губам. – Мне показались, что кто-то притаился у стены палатки.

Финчли вскочил на ноги и в следующий же миг выбежал наружу.

– Обошел вокруг, никого нет, – сказал Боб, возвратившись через несколько минут и занимая свое прежнее место.

– Ну, значит, мне почудилось, – произнес Гейм с сомнением.

Нортон хотел было продолжать рассказ, но в этот момент полог палатки открылся и перед друзьями появился Брэй – Паяльная лампа, Человек с Аляски.

– Там очень тесно, – пояснил он, делая неопределенный жест рукой. – Стеснять полковника неудобно, и я решил перебраться к вам, если вы, конечно, не имеете ничего против.

– Располагайтесь, места хватит, – предложил Гейм, поневоле вынужденный быть гостеприимным.

Финчли поставил перед Брэем остатки еще теплых консервов.

– Говорят, ты давно служишь в Арктике, – обратился он к Паяльной лампе. – Не понимаю, приятель, что тебя прельщает в таком адском климате.

– Доллары, – пробормотал в ответ Брэй, энергично уничтожая пищу.

– Послушай, друг, – сказал Нортон, – мы люди военные, подневольные – это понятно. Но ты-то вольнонаемный, разве тебе так хочется разбогатеть на новой войне, которую ты помогаешь готовить?

– Я не думал об этом.

– Напрасно.

– Но ведь, если здесь не будет меня, все равно будет кто-то другой, кому доллары необходимы, как и мне. Так уж лучше пусть эти доллары получу я.

Нортон хотел что-то возразить, но Гейм взглядом остановил его: ведь они совсем не знают этого парня с Аляски, как же можно рисковать!

В палатке воцарилось – молчание, нарушаемое лишь воем бури, доносившемся извне.

– Ну, давайте-ка спать, – предложил Гейм.

– С вашего позволения, я сейчас… – пробормотал Брэй, просматривавший при свете свечи вынутую им из кармана помятую газету.

– Интересно… – продолжал бормотать он. – Очень интересно.

– Опять что-нибудь насчет «летающих тарелок»? – иронически спросил Финчли.

– Н-нет… Интересная заметка…

– Дай-ка, приятель, я прочту вслух. – И Финчли бесцеремонно взял из рук Брэя газету и прочитал: – «Как сообщает агентство Франс Пресс, газета „Энтрансижан“ опубликовала сегодня статью, полученную от своего корреспондента в США. В пустыне штата Новая Мексика, где когда-то было произведено испытание первой атомной бомбы, специальная группа американских ученых и инженеров недавно взорвала атомную бомбу последней модели. В результате взрыва образовалась воронка в девятьсот метров глубиной и диаметром в шестнадцать километров. Постройки самого различного типа, включая специальные железобетонные сооружения, все без исключения разлетелись, и наблюдатели нашли на их месте только громадный кратер, глубина которого в три раза превышает высоту Эйфелевой башни. Технические подробности еще неизвестны в связи с тем, что опыт производился в секрете».