Возвращение миледи - Марина Серова

Тут у Базарова в кармане зазвонил телефон, и он, взглянув на номер, сказал:

– Легок на помине! – Услышав голос Панкратова, он воскликнул: – Что?! – Я обмерла и с ужасом уставилась на Базарова. Он продолжал спрашивать: – Где?!. Ну и?.. Слава тебе господи! – с огромным облегчением выдохнул он и бросил мне: – Денис нашелся! – а Панкратову сказал: – Шурка, позвони на «Скорую» и узнай, куда отвезли Кривоножкина, которого взяли с Волжской, дом 18. Жду! – Убрав телефон, он сообщил мне: – Сейчас перезвонит!

– Что с ребенком? – спросила я.

– Мужик какой-то позвонил и сказал, что мальчик спит на лавочке в садике больницы. Там его и нашли! Действительно дрых без задних ног, но жив-здоров и без всяких видимых повреждений! – Базаров набрал на сотовом чей-то номер и сказал: – Игорь! Все в порядке! Ребенка нашли! Остальное подробно расскажу, когда приеду!

Он отключил телефон, а я задумчиво сказала:

– Сначала звонила женщина... Потом мужчина, видимо, тот самый, что здесь мальчика у Кривоножкина забрал... Кто же эти неведомые союзники?

– Потом разберемся! – устало сказал Базаров и рухнул на лавку. – Лично я этому парню не то что бутылку, я ему ящик коньяка поставлю! Когда найду, конечно.

– Судя по тому, что он на «BMW» ездит, он его и сам купить может! – заметила я.

Тут Базарову позвонил Панкратов, и Виктор Евгеньевич, вскочив, как подброшенный, заорал:

– Во вторую городскую? В травмопункт? – А потом замолчал, слушая Александра Леонидовича, и, наконец, взорвался: – Отбой! Нет, ну что за день сегодня.

– Что случилось? – спросила я.

– Чего-чего? – огрызнулся он. – Нет там уже Кривого! Шурка позвонил и все выяснил: эту сволочь туда привезли, глаза ему промыли, лекарство закапали, в коридоре посадили, придурки, – зло ощерился Базаров, – сказали, что в милицию позвонят... Милиция приехала, а его и след простыл! – Он повернулся к своим парням и сказал: – Ты, ты и ты. Езжайте туда и выясните все, что возможно. Заплатить надо будет, так не скупитесь. Я все верну. – Парни кивнули и уехали, а Базаров спросил меня: – Что-то я ничего не понимаю! Ну какая корысть этому Кривому, чтобы у Игоря с Томой детей не было?

– Пока не знаю, но для того, чтобы против Дроздова пойти, у Кривоножкина-Друидского должны были быть очень веские причины. Будь он приезжий, мог бы и не знать, с кем связался, но он местный, тем более на телевидении работает, так что представлял, чем ему это грозит, но пошел. Значит, приперло его под самое не могу!

– Либо шантажом заставили, либо чей-то заказ выполнял за большие бабки! – догадался Базаров. – Но кто может быть заказчиком?

– Поработаем – узнаем, – ответила я.

Тут снова зазвонил телефон Базарова, и он, взглянув на номер, сказал:

– Сейчас мы кое-что о Кривом узнаем! – Он включил сотовый: – Слушаю!

Прослушав всю информацию, Базаров разослал людей по домашним адресам Кривоножкина-Друидского и его матери и в казино «Фартовое», где тот обычно играл.

– А Кривой-то, оказывается, азартный человек! – сказал Базаров, отключив телефон. – Да вот только играть он хоть и любит, но не умеет! Часть долгов он заказными передачами и скрытой рекламой погашал, мелкие ему порой прощали, но в последний раз проигрался страшно и все с оплатой тянул – сумма была такая, что ему ее было не собрать.

– Но он ее заплатил? – поинтересовалась я.

– Да, в два приема, – выделил Базаров. – Первую...

– Вчера поздно вечером или ночью, то есть после нападения в театре, а вторую сегодня утром и по времени как раз после похищения ребенка? – спросила я.

– С вами неинтересно, – усмехнулся Базаров. – Вы все знаете!

– Не все! – жестко сказала я. – Пока не все! Но если мы в той ложе, что вы вчера занимали, найдем «жучок», то станет ясно, откуда он узнал о том, что женщинам стало плохо и они решили выйти в фойе. Зайти же в туалет на дорожку – дело совершенно естественное. Виктор Евгеньевич! У вас есть аппаратура по поиску «жучков»?

– А как же без этого? – удивился Базаров. – Конечно, есть!

– Поехали в театр! – сказала я, вставая.

– Сейчас распоряжусь, чтобы нас там технарь ждал, – сказал он, доставая телефон.

Пока мы доехали, специалист Базарова уже прибыл, и мы все вместе вошли через служебный вход. Попытка вахтера остановить нас была пресечена Базаровым на корню:

– Не шуми, дядя! Мы по делу!

– Я сейчас в милицию позвоню! – бушевал вахтер.

– И желательно сразу Твердохлебову! – добавила я. – Он в курсе!

Мы поднялись в ложу, и специалист, совсем недолго повозившись, достал из-под бархатного валика маленький «жучок».

– Вот он!

– Пошли! – сказала я. – Нам здесь делать больше нечего!

По дороге к выходу у Базарова зазвонил телефон, и он, выслушав, выругался:

– Черт! Кривой уехал из больницы на какой-то черной иномарке, которая за ним пришла. Ничего! – угрожающе сказал он: – Ребята его во всех адресах ждать будут, так что никуда он не денется!

– Пустые хлопоты в казенном доме, – уверенно сказала я. – Он понял, что засветился, и лег на дно так, чтобы долго на свет божий не появляться! Не исключаю, что его и в Тарасове-то уже нет!

– Да у него времени-то было с гулькин нос! – возразил Базаров.

– Э, нет! – покачала я головой. – Если он решил уехать из города, то деньгами его тот сообщник, что из больницы увез, на первое время обеспечил. А дальше – дело техники. На вокзале с любым проводником в любом направлении за наличные договорился – вот тебе и все! Или на ближайшей электричке до первой крупной станции, а там пересел – и поминай как звали! – И спросила: – Милиции сообщать будем?

– Нет! – решительно сказал Базаров и с угрозой пообещал: – Я его сам достану!

– Ну-ну! – только и сказала я и пошла к своей машине.

– Вы куда? – тут же спросил Базаров.

– Надо кое-какие предположения проверить, – туманно ответила я.

– Давайте я к вам вечером заеду, и мы обменяемся информацией, – предложил он, и при этих словах его губы сами собой сложились в недвусмысленную улыбку, а глаза маслено заблестели.

– Лучше не загадывать, – с трудом скрывая отвращение, сказала я и пообещала: – Я вам позвоню, если узнаю что-нибудь новое.