Портфолио для Крыськи - Лариса Яковенко

С утра Петра Горового мучила неясная тревога. Причину ее он не мог понять, пока не зазвонил телефон, и незнакомый молодой голос не произнес, – вас ждут сегодня в 12 часов на проспекте Чернышевского на той же лавке.

Он быстро собрался и поехал в город. На знакомой скамейке уже сидел его друг-подельник.

– Что случилось?

– Понимаешь, неувязочка вышла, смущенно ответил тот. Послали в Тригорск молодого бойца, а его там замочили. У него особого опыта в таких делах нет, но мы думали, что все будет просто, бабушка – старушка, живет одна, делов-то куча. А вышло вон как.

– Кто же его замочил?

– Да местные отморозки. Парень дом разыскал, на клиентку посмотрел, отзвонился, доложил, что ему надо пару дней, и он дело закончит. Вечером пошел в ресторан, курортник хренов, а когда возвращался, трое обколотых на него и напали.

– А вы как об этом узнали?

– Два дня прошло, боец молчит, телефон вне зоны действия, забеспокоились. Хозяин у нас человек серьезный, и друганы у него повсюду. Позвонил в Тригорск, кого надо попросил, через несколько часов мы уже все знали.

– Как ты думаешь, местная милиция не выйдет на Волжск?

– Хозяин сказал, что отморозков замели, следствие закончилось, уголовное дело передают в суд. Но парня не опознали, у него документов с собой не было. Он снял угол на неделю у какой-то тетки и, когда уходил в ресторан, оставил паспорт дома. Ну а местные братаны подсуетились, зашли к хозяйке, сказали, что их друг уехал по срочному делу. Забрали паспорт, пару сотен дали на всякий случай, и все шито-крыто.

– Адрес его откуда узнали?

– Боец, как устроился, так нам и сообщил. Ты что, хозяин все держит под контролем.

– А чего же он сам сегодня не пришел, хоть бы извинился.

– Ну, Петруха, ты даешь. Для этого есть такие, как я. А с незнакомыми людьми он больше одного раза не встречается. Усек? Ладно, я побежал. Да, возвращаю аванс за вычетом расходов. У нас такой порядок.

У Петра от злости заболела голова.

– Козлы, придурки, нашли кого послать. Молодой дурбалай впервые попал на курорт и очко взыграло. В ресторан ему захотелось, ну и шел бы туда после дела. Что я скажу Ольге, она же мне устроит Варфоломеевскую ночь. Главное, что часть денег, которые ей надо возвращать, он уже присвоил.

Сообщив Ольге неприятную новость, Петр ждал бури с громом и молнией. Но, кажется, он плохо знал свою сестрицу. Она не кричала и не возмущалась, а шипела так, что даже ему стало не по себе.

– Если ты, недоделанный арестант, не решишь мою проблему, я тебя закатаю так, что света белого не увидишь. Наркотик подброшу, в изнасиловании обвиню, но ты сядешь и надолго. Поэтому ты сам, слышишь, сам, едешь в Тригорск и заканчиваешь то, что твои придурки не доделали. Деньги оставь себе и отправляйся немедленно, чтобы я об этой сучке не слышала никогда. Ты меня понял? В твоем распоряжении неделя. Все, свободен.

Когда за Горовым закрылась дверь, Ольга позвала сына.

– Надо искать завещание. Мы должны заранее узнать, что в нем.

– А чего его искать, шесть месяцев пройдет, и нам его выложат на блюдечке с голубой каемочкой.

– Ты что, я за это время с ума сойду от ожидания. Я Истомина хорошо изучила и чует мое сердце, что он нам какую-нибудь свинью обязательно подложит. Мы заранее должны все знать, чтобы предпринять необходимые меры.

– Мать, у тебя с ним, серьезный конфликт был? На какой почве? Неужели завела любовника, а он не простил? То-то в последнее время вы разбежались по разным спальням.

– Олег, давай не будем ворошить прошлое.

– Какое же это прошлое, если оно достало настоящее. Ольга с удивлением взглянула на сына. – Кажется, ты стал умнеть. Все, прекращай болтать, давай делом займемся. Надо еще раз просмотреть записи в блокнотах Геннадия, которые мы нашли. Может быть, обнаружим телефон нотариуса, и тогда будем действовать по обстановке.

– А если не найдем?

– Может, и не найдем. Понимаешь, Истомин был очень осторожным человеком. Он редко доверял людям, тем более чиновникам, зная, что подкупить можно любого, все дело лишь в цене. Поэтому все важные бумаги и документы мог хранить в банке, в секретном сейфе, не знаю, где еще. Вот гад, ну какой же он гад, – не выдержала Ольга.