Портфолио для Крыськи - Лариса Яковенко

Около пяти часов вечера дамы вышли из дому.

– Геля, ну зачем ты надела опять эту дурацкую шляпку да еще в ресторан, – выговаривала Анна Сергеевна подруге.

– Ты действительно считаешь, что она дурацкая?

– Я тебе сто раз об этом говорила.

– Значит, я все правильно сделала, – удовлетворенно сказала Гелена Казимировна.

– Так…Ты хочешь сказать, что если на тебе будет эта шляпа, то официантка тебя будет воспринимать соответственно?

– Конечно. Я для нее кто? Наивная любопытная старушка в невероятном головном уборе. С такой можно и посплетничать.

– Гелечка, у меня нет слов. Артистка и сыщик в одном лице. Обалдеть можно.

Гелена Казимировна вошла в ресторан и вздохнула. Как давно она здесь не была, и как все изменилась. Заняв столик, вопросительно взглянула на официанток, которые стояли возле бара и тихонько переговаривались. Одна из них тут же подошла к ней и подала меню в кожаном переплете. Новицкая прочитала имя девушке на бейджике.

– Вас Наташей зовут, красивое имя. Ну что ж, Наталочка, подскажите мне, что у вас самое вкусное?

– Ой, а меня так дома называют, – улыбнулась девушка. Сейчас я вам все расскажу. Приняв заказ, она удалилась, а Гелена Казимировна удовлетворенно хмыкнула, – есть контакт. Ох, утру я сегодня нос Аньке, пусть знает, что и мы не лыком шиты. Когда официантка принесла заказанные блюда, Гелена попросила, – деточка, посидите со мной, а то одной так скучно.

– Извините, не могу. Нам не разрешают вести разговоры с посетителями.

– А мы недолго и никому не скажем. И потом клиент всегда прав, верно?

Девушка оглянулась, – ладно, посижу, начальства все равно нет, а девчонки не заложат.

– Наталочка, вы давно здесь работаете?

– Уже год, но хочу увольняться.

– Что так, вас здесь обижают?

– Ну, как вам сказать, публика разная бывает. Иногда перепьются, драку учинят или приставать начнут. Не по мне это. Девчонки говорили, что можно ко всему привыкнуть, но у меня не получилось. А недавно одного посетителя прямо возле ресторана убили.

– Да что вы, – изумилась Гелена Казимировна. Какой ужас, вы, наверное, очень испугались.

– Еще бы, мне больше всех досталось. С утра милиция мурыжила, даже поспать не дали.

– А вы- то здесь при чем?

– Так это ж я того убитого обслуживала. Вот уж не повезло, так не повезло. Следователь – такая вредная тетка все спрашивала, кто он, что он, откуда. А я почем знаю.

– Она, наверное, хотела выяснить, это постоянный ваш клиент или нет.

– Да я его первый раз в жизни видела, тем более, что он приезжий.

– Почему вы так решили?

– А у нас у всех глаз наметанный. По тому, как себя ведет клиент, входя ресторан, сразу определяем.

– Ну да, ну да. Наверное, на лечение к нам приехал.

– На курортника тоже был не похож. Простоватый какой-то, костюм слегка потрепанный, зато расплачивался крупными купюрами. Странный парень. И разговаривал смешно, немножко окал.

– Наверное, с севера или с Поволжья.

– Точно. Ему рыба не понравилась, и он сказал, что у них такую рыбу только в рабочей столовой подают.

– Где это у них?

– Он назвал город, но я забыла.

– Может Самара? Или Астрахань?

– Нет, название с Волгой как-то связано. Кажется Волжский или Волжск.

– Ну, Наталочка, вы такая наблюдательная, такая внимательная, я просто диву даюсь.

К столику подошла официантка и что-то шепнула коллеге. Девушка вскочила.

– Извините, мне надо идти, администратор приехала.

– Конечно. Только не забудьте мой кофе принести. Спасибо за приятное общение.

Гелена Казимировна вышла из ресторана и засеменила к скамейке, где сидела подруга. Та отложила газету, – давай, рассказывай и с подробностями.

– Ну, ресторан изменился, занавески и скатерти поменялись, цены тоже…

– Гелька, будешь выпендриваться, защекочу, – пригрозила Анна Сергеевна.

– Не буду, но только из-за угрозы насилия. В общем, мне повезло с официанткой, я с ней установила полный контакт, – важно произнесла она.

– Как тебе удалось? Говори, не томи.

– Девушку зовут Наташей, а я ее назвала Наталочкой. Оказалось, это ее домашнее имя.

– Гелечка, а как же ты догадалась?

– У нее на бейджике указана украинская фамилия.

– Но как ты с таким именем в точку попала?

– Аня, я ведь не только супы-борщи готовила и пироги пекла, я еще и книжки читала. Увидев изумленные глаза подруги, хихикнула.

– Не восторгайся. Во времена моей молодости в Ракитовке жило много поляков и украинцев. Так что со мной рядом росли и Ядвиги, и Марыси, и Наталочки. Но учти, книги я читала. И Новицкая пересказала весь разговор с официанткой.

– Ладно, подруга, пошли домой, а то Крыська во дворе беспризорничает.

– Аня, как ты не боишься ее оставлять без присмотра? Вдруг девочку украдут или обидят?

– Она стала такой деловой и самостоятельной, что даже не всегда позволяет с собой по утрам гулять. Да и кому нужна такая уродина. Это для нас она умница и красавица, а для других – чучело огородное. Ну а если кто-то захочет ее обидеть, я тому не завидую. Она же предводительница всех дворовых собак. Стоит ей только тявкнуть, как вся свора на обидчика накинется.

Подруги зашли во двор. На крыльце стояла Крыся и вертела головой.

– Гелька, ты посмотри на эту выдру. Стоит как Наполеон перед сражением.

– Точно, ей только подзорной трубы не хватает, – хихикнула подруга. Аня, пойдем ко мне, я рулетик испекла, посидим, поболтаем, чаю попьем. Вари нет, а мне одной скучно.

– Рулет с чем, с маком?

– Конечно.

– Крыська, пошли к Геле чай пить, заодно Арни хвоста накрутим.

– Анечка, ну зачем ты так. Не любишь ты его.

– А за что его любить. Ленивый, жирный, еле передвигается по квартире. Скоро будет весить больше тебя.

– Зато красивый, пушистый, зеленоглазый. Мы еще поучаствуем в кошачьей выставке и получим какой-нибудь приз.

– Если и получите приз, то только за скорость поедания шоколада. Геля, шутки в сторону, давай подумаем, что делать дальше.

– Аня, если убитый из Волжска, то все следы ведут туда. Ты никогда не говорила и не вспоминала этот город. Рассказывай.

– Да и рассказывать особо нечего. Я там и жила всего два года. Как только мы туда приехали, папа познакомил меня и маму с Геной – моим сводным братом. Он часто приходил к нам в гости, и мы подружились. С Геной и его другом Андреем ходили в кино, на каток, в городской парк, они меня даже на рыбалку брали. А однажды, решили научить плавать. Бросили в Волгу и кричат – плыви, барахайся, а я испугалась, дна не достаю и тоже ору. В общем, воды нахлебалась, но плавать так и не научилась. Потом умер папа, для меня это был такой удар, что я даже не помню, был на похоронах Гена или нет. После этого нас в Волжске уже ничего не держало и мы с мамой уехали на Украину поближе к родственникам.