Мода в саване - Марджери Эллингем

Прошло чуть больше шести недель, стояла середина лета, и грязный счастливый Лондон сладострастно нежился под солнцем. Как-то вечером, вернувшись домой, мистер Кэмпион был встречен хриплым сообщением из ванной:

— Сестра ваша звонила. Собирается прийти с каким-то лягушатником.

Не зная, как выразить неодобрение подобной непосредственности, не прибегая к выговору, мистер Кэмпион молча прошагал в гостиную.

Он расположился за столом, нашел сигареты и пододвинул к себе лист бумаги, когда в коридоре послышался топот, а затем в комнату ввалилась тучная фигура в черном бархатном халате.

Мистер Лагг, «джентльмен-партнер» мистера Кэмпиона, укоризненно уставился на хозяина своими маленькими черными глазками.

— Ну, вы меня слышали, — сказал он и добавил с чарующей откровенностью: — Я там мылся. Вам бы не мешало надеть халат и ремень.

— Ремень? — переспросил застигнутый врасплох Кэмпион.

— Подтяжки уже не в моде, разве что вы их надеваете с белым жилетом, чтобы пойти в бильярдную, — гордо сообщил Лагг. — Я это нынче в клубе услышал. Халат вам тоже новый понадобится. У мистера Тука молодой хозяин, так у него на каждый день недели халат другого цвета имеется. Как вам такая идейка?

— Омерзительно.

Лагг задумчиво помигал.

— Я им заметил, что это как-то по-бабски, — признался он, — но не был уверен. Наугад, можно сказать, пальнул. Но на всякий случай запомнил. Кстати, а халат теперь зовут облачением. Мистер Тук мне много всего рассказывает. Даже книжку одолжил.

Кэмпион отбросил ручку.

— Так ты учишься читать? — усмехнувшись, спросил он. — Просто прекрасно. Наконец-то дома будет тихо.

Прежде чем снизойти до ответа, мистер Лагг с подчеркнутой аккуратностью закрыл дверцу шкафа с бутылками.

— Молчание подобно сну, — поведал он с неестественной торжественностью. — Оно освежает разум.

— Э-э, — ответил мистер Кэмпион.

На широком белом лице мистера Лагга медленно расцвела самодовольная улыбка, и он откашлялся.

— Есть над чем подумать, — сообщил он. — А вы знаете, кто это сказал? Уолтер Плато.

— Неужели? — весело переспросил мистер Кэмпион. — А кто это?

— Один парень.

Эрудит явно не намеревался вдаваться в подробности, но затем, опасаясь испортить произведенное впечатление, все же заставил себя продолжить:

— Это в честь него назвали дерево платан.

Он сообщил об этом с непринужденностью, сделавшей бы честь любому ученому, и украдкой обернулся, чтобы оценить эффект.

Он был вознагражден сполна. Мистер Кэмпион, судя по всему, был потрясен.

— Это в той книге сказано? — деликатно поинтересовался он после паузы.

— Скорее всего, — ответил Лагг. — Где-то прочел, в общем. Мистер Тук меня приохотил к книжкам. Говорит, что образование — неотъемлемая часть высшего общества.

— Как и ремень, — пробормотал Кэмпион. — Главное — не забыть про ремень.

Толстяк наклонился к столу.

— Значит, так, — враждебно произнес он. — Я ждал чего-то такого. Вы беситесь, стоит мне хоть чуть-чуть продвинуться. Теперь я наконец взялся за ум. Буду учиться и очень скоро начну говорить со всеми наравне.

— Послушай, дружище, — сказал мистер Кэмпион, тронутый его заявлением. — Ты и так должен чувствовать себя со всеми наравне. Брось, Лагг, это ты зря.

Лагг испытующе уставился на него. Его маленькие черные глазки часто мигали, а в выражении лица появилось что-то овечье, что ему страшно не шло.

— С вами-то мне легко, — признался он, — но не с мистером Туком. Он на меня свысока смотрит. Ну да мы еще посмотрим.

— И ты все учишь по той книжке? — осведомился мистер Кэмпион, которого явно восхищала сама мысль об этом.

— Ну, в основном, — ответил мистер Лагг, копаясь в кармане. — Когда все выучу, стану поумнее некоторых.

Он извлек на свет божий маленький сборник цитат и, выражаясь метафорически, сложил его к ногам мистера Кэмпиона.

— Я пропускаю еврейские, — сообщил он, пока они вместе листали книжку. — Видите? И вот тут еще одна.

Кэмпион вздохнул.

— По мне, так все это какая-то чушь, — пробормотал он. — И с чего вдруг ты отдаешь предпочтение Шекспиру с Мильтоном?

— Ничего страшного, — покровительственно сказал Лагг. — Когда я наберусь ума, меня тоже будут цитировать. Цитата — это когда коротенько говоришь то, что все и так знают. Типа «фальшаком копа не подмаслишь». В таком роде. Только о чем-нибудь поизящнее… о женщинах там, например.

Мистера Кэмпиона явно потрясла идея подобного производства цитат по методу «сам себе великий мыслитель», и Лагг был доволен произведенным эффектом.

— Нечасто мне удается вас озадачить, — заметил он удовлетворенно. — Хорошо, что так вышло, а мог бы и в религию удариться. Один парень в клубе…

— Нет, — запротестовал Кэмпион, собравшись с мыслями. — Нет, старина. Пожалуйста. Не сейчас.

— Именно это я ему и сказал! — жизнерадостно продолжил Лагг. — Всему свое время, сказал я. Прости, приятель, но я что-то не готов звать тебя братом. Да, кстати, ваша сестра вот-вот придет. Что она поделывает? Черт знает с кем якшается, между прочим.

— Вэл? Ты что-то путаешь.

Лагг фыркнул.

— А вот и нет. Мистер Тук по секрету сказал мне, что слышал, будто ее черт знает с кем видели в «Тюльпане»… С Рэмиллисом, например.

Мистер Кэмпион вновь отложил письмо, которое пытался читать, и на лице его отразилось слабое неудовольствие.

— Мы, конечно, не слушаем, о чем там сплетничают слуги, — радостно продолжил Лагг, — но я лично против, чтобы ваша сестра общалась с каким-то там Рэмиллисом.

Он произнес это имя с таким явным отвращением, что его хозяин против своей воли заинтересовался.

— Я знаю сэра Рэймонда Рэмиллиса, — сообщил он.

— Правда? — Лагг взглянул на него крайне неодобрительно. — А я вот нет, и не желаю. Отменно мерзкий тип. Из тех, от кого надо прятать жен. Редкая подлюга. Если б вы слышали, что ему сказал судья после приговора, ушам бы своим не поверили.