Чудо в пушистых перьях - Татьяна Полякова

— Давай посидим, — согласилась я, косясь посторонам, и тут увидела милицейскую машину. Я воспряла душой, уже открыла окно,чтоб крикнуть: «У нас труп в багажнике», но передумала, вдруг инспектор неуслышит? А уж Володе тогда ничего не останется, как перейти к решительнымдействиям. Окно пришлось прикрыть.

— Жарко? — спросил Володя, видно, что-тозаподозрив.

— Нормально, — ответила я, мы замолчали, а я, самособой, принялась рассуждать. Если Шляпу в самом деле убил Володя, когда он этоумудрился сделать? Первый раз Шляпу я видела сидящим в одиночестве на кухне.Утверждать, был он в тот момент жив или нет, я не берусь, раз сама была чутьжива. По словам Володи, он в это время лежал у подъезда, хотя ничто не мешалоему подняться и убить Шляпу. Знать бы, зачем? Может, поссорились по пьяномуделу? Был и еще вопрос, который сильно меня тревожил: что в моей квартире делалШляпа? То есть как в нее попал? Ничего, в милиции разберутся.

Мы как раз въезжали в город.

— Слушай, — обратился ко мне Володя, будто толькочто очнувшись, — может, машину сразу поставим? У меня здесь гараж, возлеДома быта. В гору подняться — и стоянка такси.

— Хорошо, — отважно кивнула я, а в мозгупрошелестело: «Вот оно, началось. По дороге он не рискнул избавиться от меня,сейчас завезет в гараж…»

Он свернул на светофоре. По узкой улочке, радующей глаззеленью, мы начали спускаться к Дому быта, вскоре очам моим предстал забор исиние ворота, на которых белой краской было написано: "Кооператив «Юг».Володя посигналил, ворота открылись, и я увидела огромного пса, черного и курчавого,а рядом с ним субтильного вида мужчину в тренировочных штанах.

Володя притормозил и поздоровался с мужчиной. Я распахнуласвою дверь и, высунувшись из машины почти наполовину, тоже поздоровалась, песпредупредительно тявкнул, а мужчина кивнул мне. «Теперь есть свидетели, что вгараж я приехала с Володей», — злорадно подумала я, косясь на своегоспутника. Между тем малой скоростью мы двигали по асфальтовой дороге, пока несвернули возле гаража, выкрашенного коричневой краской, с надписью: «Линия №12», проехали еще метров тридцать и остановились перед металлическим гаражом сцифрой «20» на воротах.

— Ну вот и приехали, — радостно сообщил Володя, ая торопливо огляделась. Первое, что пришло в голову: парень спятил, еслинамеревался разделаться со мной здесь. По меньшей мере, ворота пяти гаражейбыли распахнуты, и возле них бродили люди. В основном мужчины, и не оченьтрезвые, но все же свидетели. Возможно, они мало на что обращают внимание, нобезлюдным место никак не назовешь, и мой предполагаемый убийца должен был иметьэто в виду…

Володя заискивающе улыбнулся мне и предложил:

— Подожди немного… — Я вышла из машины, и он тожевышел, отпер гараж, распахнул ворота и загнал внутрь машину, после чего закрылворота и вновь улыбнулся мне. — Порядок. Пошли?

— Пошли, — кивнула я, теряясь в догадках.

Возвращаться к центральным воротам мы не стали, Володя повелменя по тропинке, которая петляла в межгаражном пространстве. Я опятьнасторожилась, но вскоре снова терялась в догадках: Володя шел впереди иникаких попыток оказаться за моей спиной не делал. Я же исправно сохраняладистанцию и оставалась настороже. Через пять минут мы покинули кооператив черездыру в заборе и вышли к Дому быта, где действительно имелась стоянка такси.Машин десять вереницей выстроились вдоль тротуара, мы загрузились в первую, иВолодя сказал:

— В «Сундук». — А я опять насторожилась, пока невспомнила, что «Сундук» — это пивбар на Мясницкой, место, между прочим,чрезвычайно оживленное.

Все последующие события лишь усилили мое недоумение. Аточнее, никаких событий не было вовсе. Мы заняли столик в пивном баре возлеокна, затянутого рыболовной сетью, и выпили пива. Поначалу я решила, что Володявознамерился споить меня, но он особо на выпивке не настаивал и сам не оченьналегал на пиво, зато совершенно неожиданно разговорился. Я-то была уверена,что парень молчун, но вскоре убедилась, что сделала весьма поспешноезаключение. С моей точки зрения, он трещал, как заведенный, болтал сам иобращался с вопросами ко мне. Это особенно нервировало, так как приходилосьотвечать, вместо того чтобы тщательно проанализировать ситуацию. Он рассказалмне историю своей жизни и выпытал мою. Потом долго распинался о своей работе, яслушала и мрачнела все больше и больше, потому что вел он себя не правильно, иэто меня беспокоило. Я совсем было собралась напрямую спросить, какого черта онубил Шляпу, как вдруг поняла, чего мерзавец добивается. Ну, конечно, он ждет,когда стемнеет. Пойдет меня провожать и в тихом переулке… Милиция решит, чтоэто ограбление, а Володя скажет, что он ни при чем, проводил меня до остановкии больше знать ничего не знает.

Я с испугом посмотрела в окно. До темноты еще далеко, норисковать я не стала.

— Пожалуй, мне пора, — немного невпопад заявила я.Лицо Володи приняло грустное выражение.

— Может, ко мне? — кашлянув, предложил он. Ямысленно усмехнулась: «Какой умный…»

— Давай в другой раз, — вздохнула я. — Животчего-то опять побаливает, может, от пива?

— Может, — согласился он, быстро расплатился, и мыснова оказались на улице.

Я предприняла слабую попытку отделаться от убийцы, но онпроводил меня до подъезда. Посмотрел на мои окна и с наигранной робостьюспросил:

— Не хочешь пригласить меня в гости?

— У меня соседи злющие, — ответила я.

— Ясно. Вернусь из командировки и позвоню тебе. Можно?

— Конечно.

— Вот мой телефон, домашний и мобильный. На всякийслучай.

Я сказала «спасибо», он слабо пожал мне руку и удалился, ая, перескакивая через две ступени, бросилась в квартиру, с намерением звонить вмилицию. Входная дверь была заперта, я вспомнила, что забыла ключ, и надавилана кнопку звонка.

Открыл мне Юрасик, выглядел он каким-то пришибленным и почтитрезвым — для субботнего вечера вещь практически невероятная.

— У нас новые правила, — со вздохом сообщилон. — Дверь теперь держим запертой. И никаких гостей. — Он испуганноогляделся и перешел на трагический шепот:

— Варвара шибко переживает.

Тут и сама Варвара возникла на пороге кухни — лицо бледное ивроде бы даже заплаканное, хотя это мне наверняка показалось, наша бабкаплакать никак не может…

— Нашла своего друга? — ласково спросила она меня.

— Какого? — насторожилась я.

— Того, что ночью здесь сидел… в шляпе…